Кейлет Рель – Сердце дьявола (страница 19)

А жители Камнюков лишь рукой махнули и продолжили заниматься своими делами. Каждое утро мужчины забирались в горы, чтобы работать в шахтах. Каждый вечер они сплавлялись вниз по реке вместе с добычей. Какую-то часть оставляли в горных кузнях, где днем и ночью работали низкорослые мастера с хмурыми лицами.

Кто-то остроумный называл их кобольдами. Эти мужчины очень рано покидали свой дом и навсегда оставались в шахтах. Они делали лучшее оружие и украшения, днем и ночью плавили металл и обрабатывали камни. Кобольды считались самыми богатыми людьми в королевстве. Но они никогда не покидали свою горную обитель. Это было одно из условий для их мастеров: таинство стали оставалось в горах. Кобольды не имели семей и привязанностей. Для них существовал лишь металл.

Отчасти из-за горной кузни Камнюки и стали популярны.

– Нужно узнать про дракона, – сказал Ру, направляя лошадь к постоялому двору.

Я кивнула, хотя думала иначе. Прежде всего нужно было понять не где дракон, а почему он там. Что ему понадобилось в Каменюках? Зачем древний ящер покинул гнездовье и отправился к людям?

Злейск, Камнюки. Странный маршрут он выбрал. Я была уверена, что если мы разгадаем эту загадку, то сможем отыскать следующее место, которое понадобится дракону. В этом деле стоило играть на опережение.

– Таверна выглядит неплохо, – заметил Ру. – Не похоже, что тут в подарок от заведения дают трехдневную похлебку, которая вот-вот соберет чемоданы и сбежит у тебя из миски начинать новую жизнь в Белых Садах.

Я фыркнула. Впрочем, на сей раз Ру выбрал и правда неплохое место. Таверна выглядела солидно, стояла крепко. Во многом она напоминала жителей деревни: суровая, опрятная, мрачно-нелюдимая.

Мы зашли внутрь и сразу заметили, что местных здесь нет. Это могло быть дурным знаком. Обычно жители деревни сбредаются к постоялым дворам, чтобы немного посидеть с друзьями вдали от сварливых жен. Однако здесь было пусто. Только одна худощавая женщина неторопливо мыла полы возле камина. Удивительно. Она не развозила тряпкой грязь, а именно отмывала ее.

Моему восторгу не было предела, когда я поняла, что даже столы здесь чистые. Не липкие, не покрытые пятнами. Простые деревенские столы. Крепкие такие, добротные, способные выдержать и буйных шахтеров, и распоясавшихся странников.

– Добрый день, – с улыбкой поприветствовал женщину Ру.

Та молча развернулась и посмотрела на нас мутными серыми глазами, не менее пустыми и бесплодными, чем здешние скалы. Инквизитор замешкался. Обычно его улыбка действовала на всех иначе. Даже Петрович общался с ним куда веселее и благосклоннее, хоть и обобрал до нитки.

– Комнату, – сказала я. – Три ночи. Две кровати.

Женщина кивнула на стойку. Я подошла ближе и заметила вырезанные прямо на древесине цифры. Ру придвинулся ко мне и нервно прошептал:

– Мне здесь не нравится.

– Здесь чисто. И тихо. – Я пожала плечами. – Других вариантов нет.

– Переночуем в лесу? – предложил Ру.

– У деревни опасно, а в Чаще еще хуже. Не знаешь, где проснешься утром. Давай остановимся в Камнюках. У нас здесь еще много дел.

Инквизитор покорно выложил на стойку три медяка. Ровно столько просили за постой в этой тихой скромной таверне. И тогда женщина впервые подала голос:

– На втором этаже, третья дверь слева. Замков нет. У нас никто не ворует. Если не верите в нашу порядочность, закажите в кузне замок. Трезвольд не откажет.

Я поклонилась. В горах были свои правила. Здесь жили общиной, держались особняком, и не очень-то жаловали чужаков. Я потянула Ру за рукав, направляясь к лестнице.

– Может, все-таки лес? – шепотом взмолился инквизитор.

– Нет. В лесу ты вечно среди ночи перекатываешься мне под бок, – пожаловалась я. – Дышать тяжело, когда ты руку закидываешь.

– Ты никогда не жаловалась.

– Ты никогда не спрашивал, удобно ли мне так спать, – фыркнула я.

Глава 39

Идею обратиться к кузнецу я отмела сразу. Конечно, местные не станут назло нам срывать замки и прочее, но вот обиду запомнят. Я так и сказала Ру. Инквизитор недовольно посмотрел на меня, потом на Йорика, потом на толстую дубовую дверь, на которой не было даже щеколды.

– А если я захочу заняться чем-то непотребным? – спросил он.

– Тогда сними мне другую комнату, – предложила я. – И тебе никто не помешает развлекаться с девушкой. Только учти, что ее папаня вполне может после такого утащить вас обоих под венец. Чтоб дочь не позорилась, и тебе жизнь медом не казалась.

Ру закатил глаза. Видимо, я что-то не так поняла, но уточнять не было желания. Я хлопнула по бедру, и Йорик вскарабкался вверх по штанине, смешно перехватываясь лапками. Крыс успел обежать нашу комнатку трижды. Надо полагать, он остался доволен осмотром.

– Куда идем? Апчхи!

– Можешь остаться здесь и поспать, – предложила я. – А мы с Ру пока поспрашиваем жителей.

– Вот еще, – зафырчал крыс, – вас на минуту нельзя одних оставить. Тебе, хозяйка, последнее время тоже на месте не сидится. А раньше спокойная была, смирная. Эх! Испортили мне хозяйку.

Крыс зыркнул глазками-бусинками в сторону инквизитора, но тот и бровью не повел. Ру вытащил из сумки целый ворох листиков, один из них протянул мне. Там был нарисован дракон с хитрой мордой, сидящий по-кошачьи на камнях и обернувший лапы хвостом. Его изумрудные глаза смотрели в самую душу. Пожалуй, только они и были прорисованы до самых прожилок на радужке.

– Дракон, – пояснил Ру. – Мы ищем этого.

– Ты хочешь показывать эти листы местным?

– Думаю, нам придется подняться к кобольдам. В горной кузне могли заметить пропажу поставок или еще чего.

Я только покачала головой. Кобольды не отрывают глаз от своих металлов и камней, какое им дело до дракона? И зачем древнему ящеру красть добычу шахтеров и поставки для кузни? В Костотрясах любого добра навалом. Достаточно лишь захотеть его нарыть. Люди не продвигаются далеко в горы, а драконам нет дела до той мелочи, что они добывают.

– Пастухи, – сказала я. – Нужно спросить, не пропадали ли овцы больше обычного. Или коровы. Может, на пастбищах видели странные следы, или койоты стали подходить ближе к селу. Дракону надо есть.

– И пить, – ответил Ру. – Они всегда держатся поближе к рекам.

Я задумалась. Да, драконам требовалось постоянно охлаждаться. Они могли спать в ледниках или горных озерах. Вот только заметить ночлег ящера было также сложно, как получить благословение Истле. Это не зависело от тебя. Только судьба да прихоть самого древнего создания могли тут помочь.

– Начнем с пастухов? – спросил Йорик и тут же оглушительно чихнул.

Я машинально погладила его по мягкой шерстке и почувствовала, как внутри крыса что-то булькает. Беда с легкими. Меня тут же накрыла паника. Взяв Йорика в охапку, я быстро прочитала заговор, а потом поднесла пушистый комок к уху. Крыс протестующе засучил лапками, но это ему не помогло.

– Что случилось? – разволновался Ру.

– Йорик гулит. Нужно приготовить ему отвар, – сказала я. – У крыс слабые легкие. Видимо, простудился из-за ночевок в лесу.

– Не настолько слабые, – проворчал Йорик. – Возможно, я что-то повредил, адаптируя тело для разговоров с вами.

– Значит, для начала к травнице, – решил Ру. – Потом пообедаем и подумаем, где будем искать дракона.

– И арнику, – вспомнила я. – Мне нужна арника для видений.

– Ты хочешь сделать курение?! – пискнул крыс. – Я против. Эти заговоры на ясновидение до добра не доведут, тем более с сомнительными препаратами.

– Возможно, арника нам не понадобится, – уклончиво ответил Ру. – Да, Кара? Мы же не будем прибегать к опасным методам в поисках дракона?

– Это не для задания, – призналась я. – Это для моих, ведьмовских целей.

Тут крыс и инквизитор были солидарны. Они смерили меня укоризненными взглядами и промолчали. Ну не объяснять же им, что Богиня всегда права и зла не посоветует?

– А еще из арники делают неплохие обереги, помогающие найти любовь, – добавила я, в надежде смягчить Ру. – Хочешь, сделаю для тебя один?

– Мне не нужно искать любовь, – криво улыбнулся инквизитор. – У меня все схвачено. Главное, чтобы она нашла меня.

– Можешь подарить ей арнику, – серьезно произнесла я. – Она поймет.

– Или глазные капли, – пробурчал Йорик. – Может, тогда увидит.

Глава 40

Мы быстро отыскали домик местной травницы. Нам даже не пришлось спрашивать дорогу: маленькая избушка, увешанная связками трав и сушеных кореньев, нашлась в конце улицы. Я втянула носом острый запах пряностей. Для меня это великолепие сборов было немного непривычным. Я знала, что многие ведьмы предпочитали создавать отвары и лечить людей, но сама выбрала другой путь.

– Апчхи! – чихнул Йорик. – Здесь пахнет, как в мешке с перцем.

– Можешь остаться с Ру за порогом, – предложила я. – Вам необязательно заходить. Я могу сама спросить про дракона и купить грудной сбор.

– Я думал, ведьмы предпочитают сами делать отвары, – удивился Ру.

На его слова обернулись все прохожие. На лицах людей читался страх. Когда инквизитор называет кого-то ведьмой, жди беды. До Камнюков вряд ли дошел слух о сотрудничестве жриц Истле и тех, кто их веками истреблял.

– Не все, – развела руками я. – У меня отлично получается лечить раны и собирать травы. Однако я терпеть не могу всю эту возню с котлом.

– Странно.

– Ты и сам странный, – парировала я. – Все инквизиторы верят в Истле, хоть и не терпят ее дочерей. Некоторые фанатики даже утверждают, что восстанавливают баланс в мире, убивая ведьм. Мол, богиня не так задумывала, и магия только мешает гармонии. Но все они так или иначе верят. А ты отрицаешь.