Кейлет Рель – Мой лучший враг, или Брачная практика (страница 5)

Мы вышли из башни телепорта вместе. Рейгар предложил мне руку, как настоящий джентльмен. Как настоящая боевичка, я фыркнула.

Потом он попытался подать мне руку, когда мы залезали в наемный экипаж. С притворной заботой укрыл пледом в дороге. Открыл для меня дверь.

Все его жесты я гордо игнорировала. Это еще больше раззадоривало Рейгара. В темных глазах поблескивал азарт. С каждой минутой его попытки ухаживать за “невестой” выглядели еще более нелепо.

— Любовь моя, — мурлыкнул Рейгар. — Позволь перенести тебя через лужу, чтобы ты не замочила сапог.

Я посмотрела на него, потом на крохотную кляксу на дороге, которую можно было перешагнуть.

— Переигрываешь, — раздраженно ответила я.

— Ты права, — серьезно кивнул Рейгар. — Я же маг…

Он картинно взмахнул руками и произнес заклинание. Вообще-то маги нашего уровня вполне могли обходиться без жестового компонента, но Граймс намеренно привлекал внимание.

Лужа высохла. А еще постовая зашевелилась, заполняя пустые участки плитки передо мной. Куда-то исчезла ямка, которую городские власти не могли закрыть вот уже десять лет.

— Позер. — Я закатила глаза. — Ты же знаешь, что в Роувале…

— В Роувале не так ценят маги, как в Гринвейле. У вас работа считается занятием не аристократичным. У нас каждый лорд должен уметь защитить себя и свою семью от умертвий.

— Мы не в Гринвейле, — с грустью произнесла я. — Так что постарайся хотя бы притвориться аристократом.

Я все же положила руку ему на сгиб локтя. А все потому, что мы почти пришли к дому. По этой улице не ездили экипажи. Сюда пускали только частные кареты.

Дома здесь походили на замки, а в каждом дворе работал садовник. Мы подошли к одной из усадеб, на крыльце которой нас уже ждали. Мать стояла на пороге.

За ней скромно переминалась с ноги на ногу Мирабетт. Конечно, им уже доложили и о моем побеге, и о возвращении.

Я присмотрелась к сестричке. На ней было голубое платье. Мое платье… Только на Бетт оно сидело куда лучше, а еще сестричка нанесла румяна и помаду, подвела глаза, вылила на себя какие-то дорогущие духи.

Мирабетт подняла правую руку и принялась накручивать локон на палец, но не слишком усердно, чтобы не испортить укладку. И булыжника-бриллианта на ее пальце не было. Да они издеваются!

Так и было. Сестрица стреляла глазками Рейгару, хлопаньем ресниц сигнализируя, что она здесь и готова. На все готова. У меня челюсть упала от такой наглости. Зато Рейгар быстро сориентировался.

Он лучезарно улыбнулся и поклонился моей матери. Сердце леди Жэссир не дрогнуло, а вот Мирабетт покраснела и прикусила губеху. Да, Граймс умел очаровывать женщин. Недаром за ним бегала вся Академия!

И я вновь почувствовала тоску, такую, от которой на стены лезешь. Рейгар получал все, что хотел. А мне пришлось бежать к нему за помощью, чтобы у меня последнее не отняли.

— Я сказала, что ни один боевой маг не преступит порог моего дома, — холодно произнесла мать.

— Там остались мои вещи, — мрачно напомнила я. — Заберу и уйду.

— Они перестали быть твоими, — ответила она. — Как только ты выбрала этот путь, навсегда перестала быть частью нашего рода.

— Это все великолепно, но там лежит мой диплом. И в Версайне у реки стоит мой дом. Проклятый дом боевого мага, которого ты так ненавидишь.

Улыбка на лице Рейгара стала напряженной. Он словно прикладывал максимум усилий, чтобы эта улыбка не превратилась в звериный оскал.

— Дом отойдет во владение к моей дочери, как только та станет совершеннолетней и пройдет процедуру эмансипации, то есть выйдет замуж. — Мать бросила гневный взгляд на Рейгара. — Не за своего дружка, а по-настоящему. За аристократа, которго одобрит глава рода. Свадьба Бетт через семь недель. Ты не успеешь найти подходящего кандидата, Эвелин.

— Хотя ты нашла весьма симпатичного актера, — мурлыкнула Бетт. — Отличный вкус. Скажи, где ты его наняла? Мой любимый обещал мне роскошный девичник с танцорами…

Я неаристократично хрюкнула, и прикрыла рот рукой, чтобы Граймс не увидел моей широкой улыбки.

До этого момента мой день был исключительно паршивым. Но стоило сестричке сравнить Рейгара с танцором из кабака на заказ… Нет, я все-таки расхохоталась. Рейгар стоял рядом, подолжая держать меня под руку и терпеливо дожидаясь, пока я закончу хихикать.

Семья смотрела на меня, как на умалишенную. А я продолжала смеяться, потому что стоило посмотреть на недовольного Рейгара, как меня вновь скручивало. И дело даже не в шутке. Видимо, у меня просто сдали нервы.

А еще приятно было хихикать, когда рядом стоял высоченный боевой маг, умеющий убивать взглядом, и улыбался одними лишь уголками губ.

— Дорогой, — пробормотала я, давясь приступами смеха, — а мне на свадьбу станцуешь?

— Разумеется, любовь моя, — закатил глаза Рейгар, — но только если на столе. И если пообещаешь совать мне в трусы деньги…

— Возьму монетки, — прыснула я. — И обязательно остужу их магией, прежде чем пихать…

— Эва! — завопила на меня мать. — Да ты совсем…

Ее перебил звук приближающихся фанфар. По улице шел целый оркестр, а за ним ехал катафалк, доверху загруженный лилиями. Я решила, что это чьи-то похороны, пока вся процессия не завернула к нашему дому.

Глава 9

— Рейгар, — напряженно произнесла я, — это не смешно.

Я знала, что он богат. В роувальскую Академию было довольно трудно попасть из-за наших исключительных профессоров по боевому искусству. Королевство находилось рядом с Проклятыми землями, да еще и до Приграничья было рукой подать.

Практики у роувальских магов хватало, особенно боевой. Поэтому к выбору Рейгара у меня вопросов не было — диплом нашей Академии действительно считался престижным даже в Гринвейле.

Но я предполагала, что Граймсу просто не хватило денег, чтобы обучаться в столице у себя на родине.

А теперь я видела, как у нашего дома слуги торопливо разгружают сотни белоснежных лилий, для которых в Роувале еще не сезон. Цветы пахли одуряюще. Мама их терпеть не могла именно за этот сладкий всепроникающий аромат.

Каждая такая лилия стоила минимум золотой. Когда Рейгар спросил, какие цветы ненавидит моя мать, я решила, что он купит парочку-троечку стеблей и на этом все. А по ощущениям Граймс заказал всю королевскую оранжерею к нашему порогу.

А оркестр? Парнишки в нелепых алых ливреях принялись играть какую-то романтическую мелодию. Их усатый предводитель встал на переносной стульчик и начал выводить голосом одну высокую ноту. Это было настолько же нелепо, насколько и впечатляюще.

— Что за?.. — пробормотала мама.

— О боги! — воскликнула Мирабетт. — Это же маэстро Ноччио! Из столицы! Он выступает только в королевском театре.

Я с сомнением посмотрела на этого усатого маэстро. Его ус немного отклеился и теперь задорно трепетал на ветру. А еще маэстро стоял слишком близко к лилиям. Он виртуозно шевелил носом, ни на секунду не прерывая свою заунывную ноту. Я почти решилась подойти и почесать нос бедняге, но меня остановил Рейгар.

Граймс мягко развернул меня к себе. В темных глазах плясали знакомые бесенята. Но я видела на лице своего главного соперника что-то еще. Губы Рейгара растянулись в снисходительной усмешке.

Клянусь, я чуть не встала на одно колено. Просто чтобы испортить ему спектакль.

— Любовь моя, — хрипло произнес Рейгар, опускаясь передо мной и протягивая вперед руку с кольцом, — согласна ли ты провести со мною вечность?

— Даже две, — фыркнула я и подала ему руку.

Пение маэстро приблизилось к фальцету. Мальчики из оркестра яростно теребили струны, шмыгая носами. Мать промакивала глаза платочком. Лилии стояли очень близко к крыльцу, и вонь от них мешала дышать.

Я ничего не чувствовала. А когда перешла на магическое зрение, обнаружила, что Рейгар окружил меня абсолютным щитом. Это было нереально сложное плетение и довольно затратное, но Граймс без сомнения вбухивал туда резерв.

— Две, — повторил Рейгар. Его голос стал опасно низким и глубоким. В такой легко провалиться. — Ты обещала мне, Эва. Две вечности.

— Три, если добьешься блогословения моей матушки, — пропела я, покосившись на родительницу.

Она была в бешенстве, но не могла ничего сказать. Нос опух, слезы лились ручьем. А вот Мирабетт… Сестра пребывала в странном оцепенении. Она очень внимательно смотрела на корзинки с цветами и, кажется, подсчитывала, сколько золотых потратил Граймс на это представление. Это неудивительно.

Мирабетт любила роскошь. Звон золота был ей милее голоса возлюбленного. Я знала, что жениха она подбирала не по внешности или характеру, а по вместительности кошелька.

И у Рейгара был больше. Значительно больше.

В этом Мирабетт не сомневалась. Сестричка почувствовала мой взгляд и ощерилась улыбкой. Я видела в ее глазах черную зависть, столь знакомую мне с детства. Мирабетт терпеть не могла, когда что-то доставалось не ей.

Я повернулась обратно к Рейгару. Маг уже встал. Он был очень близко, непозволительно интимно склонялся к моему лицу.

— Три, — выдохнул он мне в губы, — и поцелуй.

— Ну уж нет!

— Она же не согласится, — прищурился Рейгар. — Ты ничем не рискуешь.

— Когда ты так говорил в последний раз, мне поставили незачет по некромантии.

— Ты пересдала.