Кэйго Хигасино – Вещие сны (страница 30)

На этом Кусанаги застрял. Такой вопрос ему ещё в голову не приходил.

— А вот тебе моя версия. В каком часу муж соберётся покончить с собой, Такако просто не знала. Всё, о чём она догадывалась, — это что ей нужно уложиться в отрезок времени, на который обеспечивал себе алиби Сакаи. Отрезок этот должен был продлиться четыре или пять часов. В одном и том же месте столько не проторчишь.

— Да, похоже.

— Но есть и ещё одна причина, — Юкава поднял указательный палец. — Для надёжного алиби время старались выбрать как можно точнее. Вы вели следствие, основываясь на том, что смерть Тадааки наступила между пятью и семью, и спрашивали, кто где был именно в эти пару часов. Потому жена погибшего вам и не стала ничего говорить про кафе. Её главной целью было использовать подозрения полиции в своих интересах. А если бы вы стали спрашивать у неё алиби на время после семи, она бы скрыла от вас, что была в продуктовом магазине.

— Так вот почему она так старалась почаще вертеться на глазах в полиции? Чтобы потом «случайно вспомнить» о любом алиби, которое им потребуется!

— Ну что ж. Ты не находишь, что вы купились на её стратегию? — спросил Юкава, и в глазах его за линзами очков мелькнула саркастическая усмешка.

— Да уж, отрицать не могу, — признал Кусанаги. — Если бы она не тянула всё внимание на себя, возможно, мы бы и думали совсем по-другому. Вообще, у меня остаётся реальное чувство, что с самого начала следствия нас просто сводили с ума.

Например, тот же поиск свидетелей. Полиция разыскивала тех, кто мог видеть кого-нибудь подозрительного в районе отеля с пяти до семи. Но оказалось, что в этом не было ни малейшего смысла, потому что сообщник Ядзимы, Сакаи, появился там уже после полуночи.

— В общем, здорово они нас обставили, — добавил Кусанаги.

— Ну и ладно, вам-то что? — беззаботно пожал плечами Юкава. — Лично я буду молиться, чтобы им всё-таки выплатили страховку. Прошёл год с заключения контракта или не прошёл, самоубийство это или нет — как бы там ни было, семейство Ядзимы действительно осталось без кормильца.

— Но это же преступление.

— Или же просто игра не по правилам. Так или иначе, почему должен быть какой-то особый смысл в этом чёртовом годичном сроке?

На это Кусанаги ничего ответить не смог. Потому что такие правила, что тут ещё ответишь?

И тут в его кармане забренчал телефон. Звонил Макита. «У нас новое дело», — сообщил молодой напарник.

— Меня вызывают, — сказал сыщик Юкаве и встал.

— Только не тащи сюда свои очередные головоломки! — бросил ему в спину Юкава, пока он шагал к двери.

Часть 5. Предсказание

1

Обеденный стол ломился от морепродуктов. Мяса Сидзуко почти никогда не готовила. Видимо, оттого, что сама его особенно не любила. Ханакадзу Минэмура, несомненно, знал её кулинарные пристрастия, потому и принёс бутылку лёгкого белого вина. Эту черту его характера Наоки очень ценил. Чуткое внимание к мелочам, от которого с ним становилось очень уютно. Даже как-то жалко, что с таким тонким чутьём парень подался в технари.

— Виноград для «Сюр Ли» собирают немного раньше, чем обычные урожаи. Потому и вино называют «молодым». Хотя сам я, честно говоря, не очень-то в этом и разбираюсь, — рассказывал Минэмура о принесённом вине. Явно стараясь, чтобы его объяснение не показалось занудным.

— И правда, очень лёгкое и приятное. Верно же? — потребовала Сидзуко согласия от Наоки, держа бокал.

— О да, — ответил он, кивнув. На самом деле он плохо понимал вкус вина, предпочитая саке.

Ханакадзу был его старым университетским приятелем. На три года младше, он занимался в том же яхт-клубе, что и Наоки Сигэхара. Хотя факультеты у них были разные: Наоки учился на экономическом, а Минэмура — на инженерно-строительном. В студенчестве они общались не очень тесно — яхт-клуб при университете больше напоминал физкультурную секцию, а разделение на старших и младших создавало свою невидимую стену.

Куда больше они сблизились, когда Минэмура поступил в компанию, где уже работал Наоки. Хотя Наоки трудился в отделе рекламы, а Минэмура — в отделе инноваций и по работе они почти не пересекались, у них было общее увлечение — яхты. Для Наоки, который по окончании вуза приобрёл себе судно и по несколько раз в год выходил с друзьями в море, возможность заполучить в команду приятеля, которому можно доверять, значила очень много.

И с тех пор уже десять лет, как они с Минэмурой частенько проводят время вместе. За несколько дней до выхода в море тот приходит к Наоки домой обсудить детали путешествия. Вот и сегодня вечером снова появился здесь с той же целью. А угощение уже было идеей Наоки.

Не успела принесённая Минэмурой бутылка опустеть, как сотовый телефон на комоде неожиданно зазвенел.

— О! Это же тебе звонят? — окликнул хозяина гость.

— Точно. Кто это может быть в такой час?

Наоки встал, но брать трубку не торопился. Его охватило дурное предчувствие. Он обругал себя за рассеянность: нужно было заранее отключить телефон!

Трубка трезвонила не переставая. Если не брать её, Минэмура и Сидзуко почувствуют неладное. «Ничего не поделаешь», — подумал он и всё-таки взял телефон.

— Алло? Я слушаю.

Он услышал, как в трубке затаили дыхание.

— Это я, — раздался наконец женский голос, знакомый до боли.

— A-а… Привет.

Дурное предчувствие усилилось. Наоки взглянул на сидящих за столом и повернулся к ним спиной.

— Где ты сейчас? — спросили в трубке.

— Нет-нет, сейчас у меня гости. Давайте я перезвоню вам позже!

На его театральную выходку женщина отозвалась смехом.

— Значит, дома?

— Ну… да. Поэтому позвоню вам, как только освобожусь. Прошу прощения! — выпалил он скороговоркой, надеясь тут же оборвать связь.

— Только не вздумай отключаться. Иначе я буду звонить снова и снова. А отрубишь мобильник — позвоню на домашний. Номер я знаю.

Наоки бросило в жар. Она говорила с ним совсем не так, как обычно.

— Хорошо, я вас понял. Подождите пару секунд!

Прижимая телефон к уху, он открыл дверь и вышел из гостиной в коридор. Подальше от Минэмуры и Сидзуко. Как перед ними держаться при таком разговоре — он понятия не имел.

Он прошёл в кабинет.

— Ты что творишь? Перестань меня компрометировать! — прошипел он в трубку, усевшись в кресло.

— Где же здесь компромат? Или ты хочешь скрыть, что я существую?

— Подумай сама. Здесь же моя жена!

Женщина издала какой-то странный звук горлом.

— Но ведь ты обещал рассказать ей обо всём. Зачем же что-то скрывать?

— Я уже говорил. Для этого нужно правильно выбрать время.

— Каждый раз одно и то же. Слышать больше не могу!

— В общем, я сам позвоню тебе завтра. Договорились?

— Нет! — коротко бросила она.

Наоки затаил дыхание.

— Что значит «нет»?

— Я больше не верю тебе. Или ты уже передумал с ней разводиться? Ты ведь только и повторяешь одно и то же. Как мне ещё реагировать?

— Я тебе не вру. Только успокойся и перестань говорить ерунду, — сказал он, понизив голос: не дай бог, жена услышит его из гостиной.

— Расскажи ей прямо сейчас.

— Что?

— Расскажи обо мне своей жене.

— Не сходи с ума. Расскажу в ближайшее время.

— Это кто здесь сходит с ума?! — её голос срывался от истерики. — В ближайшее время, в ближайшее время! Думаешь, можно кормить меня этим до бесконечности?! Я больше ждать не могу. Почему и звоню!

— Но ты же понимаешь… Нельзя всё так сразу… — выдавил он почти умоляюще.

— Если ты неспособен, тогда расскажу я. Передай жене трубку!