Кэйго Хигасино – Детектив Галилей (страница 29)

Женщина сидела на дешёвой полиэтиленовой подстилке. Глаза скрыты под тёмными очками. Похоже, «Шанель».

Рядом лежал мужчина, навзничь, также в солнцезащитных очках. Всё тело его лоснилось, видимо обильно смазанное лосьоном для загара. Мускулистая грудь слегка пунцовела.

Что касается женщины, она, очевидно, не желая жариться на солнце, старательно перемещалась вслед за тенью, отбрасываемой пляжным зонтом. Время от времени она намазывала на руки и ноги крем от загара.

Солнце палило нещадно. Когда женщина машинально поправляла тесёмку лифчика, можно было разглядеть белую полоску.

Сдвинув брови, женщина что-то сказала мужчине. Скорее всего: «Если будешь так долго валяться на солнце, обгоришь». Мужчина, не открывая глаз, рассмеялся и что-то ответил. Вероятно, что-то вроде: «Сама же притащила меня сюда, на море».

На что она: «Не думала, что будет такое пекло, уже как-никак сентябрь».

А он: «Всем известно, что в это время ультрафиолетовые лучи ещё сильнее».

Глядящий в бинокль прервал свой «дубляж». Женщина сбросила прикрывавшее плечи полотенце, сняла очки и поднялась. Взяла лежавший рядом надувной матрас.

«Пойду искупнусь. А ты?»

«Не хочу, иди одна».

Женщина, надев пляжные сандалии, зашагала в сторону моря.

Опустив бинокль, он невооружённым глазом попытался определить её местонахождение. Несмотря на сентябрь, в это воскресенье море кишело людьми. Хуже того, голубые купальники нынче были в моде. Он нашёл её с большим трудом.

Она как раз снимала сандалии, стоя у кромки воды. Разувшись, вошла в море в обнимку с надувным матрасом.

Он открыл крышку стоявшего рядом переносного холодильника. Достал увесистый полиэтиленовый пакет и не торопясь поднялся.

Рёко Умэдзато не умела плавать. Но море любила. Покачиваться на волнах, обхватив надувной матрас, было для неё верхом блаженства. Казалось, что даже время замедляет свой неумолимый бег.

До свадьбы они тоже часто приезжали вдвоём на море. В то время её нынешний муж Такахико жил в Фудзисаве. Поэтому их свидания обычно происходили в Иокогаме, но стоило Рёко сказать: «Хочу купаться», как Такахико тотчас отменял все намеченные дела и вёз её на своём «паджеро» на пляж. На этот случай на заднем сиденье автомобиля всегда лежали их купальные принадлежности.

«Увы, скоро мы уже не сможем вот так беспечно валяться на пляже», — подумала Рёко. Прошёл год, как они поженились, и всё это время предохранялись, но пора уже серьёзно подумать о ребёнке. Родители наседали, да и возраст поджимает. В этом году Рёко исполнилось двадцать девять.

Она хотела бы заняться сёрфингом, плаванием с аквалангом, но, раз уж решили иметь ребёнка, придётся от всего этого отказаться. Впрочем, она уже смирилась. Сегодня она счастлива, а кроме того, если действительно хочешь иметь детей, нет ничего страшного в том, чтобы пожертвовать некоторыми удовольствиями.

Но какой же нынче чудесный день! Рёко, лёжа грудью на матрасе, закрыла глаза. Точно покоишься на огромном водяном ложе. В охлаждённое водой тело постепенно проникает тепло.

Вдруг она почувствовала, как что-то ударилось снизу в матрас. Открыла глаза. Из воды вынырнул коротко стриженный юноша. На глазах выпуклые очки.

— Извините.

Ограничившись этим, он вновь опустился под воду. И уплыл куда-то в сторону.

Рёко грустно усмехнулась, вспомнив промелькнувшую мысль. Когда юноша вынырнул возле матраса, она подумала: «Уж не желает ли он со мной познакомиться?» Несколько лет назад это было бы вполне вероятно. Но с тех пор, как перевалило за двадцать пять, уже никто не приставал к ней на улице.

Ну и отлично, в моём возрасте пора успокоиться!

В этот момент она заметила, что её унесло далеко в море. Вокруг почти не осталось купающихся. Работая ногами, она развернулась назад.

И вдруг…

Что-то накрыло её.

Такахико Умэдзато всё видел своими глазами.

Незадолго перед этим он приподнялся и стал высматривать в море ушедшую купаться жену. Он сразу нашёл Рёко. Её розовый надувной матрас трудно было не заметить. Она, как обычно держась за него, качалась на волнах.

Он сунул в рот сигарету и щёлкнул зажигалкой Zippo. Вместо пепельницы — бутылка из-под колы, которую он только что опустошил.

Выдыхая дым, Умэдзато наблюдал за женой. Какой-то купальщик заговорил с ней и тотчас куда-то уплыл.

«Ну и дурёха!» — подумал он, следя за тем, как Рёко поспешно меняет направление. Наконец-то заметила, как далеко заплыла!

Умэдзато сделал затяжку и выдохнул дым. И вдруг…

Раздался оглушительный грохот, и в тот же миг жена превратилась в огненный столб.

Огонь был жёлтого цвета. Казалось, что он взметнулся со дна моря. Под его напором окружающая вода, вспенившись, побелела. И вновь из-под воды поднялся столб огня.

После первого взрыва весь пляж точно замер. Купающиеся, ещё ничего не понимая, просто смотрели изумлённо на фонтан пламени.

Но в следующий миг началась паника. Все начали наперегонки выбираться на берег. Крики, вопли, стоны. Умэдзато невольно вспомнил фильм «Челюсти» Спилберга. В том фильме люди убегали от гигантской акулы, а сейчас — от огня.

В голову лезли мысли о фильме потому, что он совершенно не мог понять, что происходит, не мог ни о чём думать. Продолжая сидеть на подстилке, сжимая обжигающий пальцы окурок, он смотрел на то место, где только что плавала его жена. Искал её глазами.

Взрывы на поверхности моря прекратились. Только расходилась кругами белая пена.

Вокруг что-то кричали люди. Но Умэдзато ничего не слышал.

Наконец он поднялся. Пошёл, пошатываясь, к морю, всё ещё не осознавая, что же произошло. Единственное, что он понимал: все, кто был в море, вышли на берег, все, кроме его жены.

Где же Рёко?

Внезапно ему на глаза попался качающийся на волнах предмет. Розового цвета, из какой-то синтетики.

Тут только он вспомнил про надувной матрас.

2

Как только Тосио Като понял, что звонят из дома «На холмах», у него появилось дурное предчувствие. Когда десять лет назад строили этот дом, экономили на всём, не потрудившись изолировать жильцов друг от друга, поэтому теперь склоки не прекращались. Одна из причин — слишком много одиноких холостяков. Вот уже несколько лет прошло с тех пор, как токийский муниципалитет принял новый закон об утилизации мусора, а большинство жильцов и не думали соблюдать установленные правила.

Тосио Като угадал: звонок был с очередными жалобами. Женщина с первого этажа возмущалась тем, что капает с верхнего балкона. Она, видите ли, только что постирала простыни и не может вывесить их посушиться.

— Над вами, кажется, живёт господин Фудзикава. Его нет дома?

— Разумеется, нет, поэтому я и звоню. Немедленно примите меры! — В голосе женщины звучали истерические нотки.

— Хорошо, хорошо, успокойтесь, сейчас приду.

Повесив трубку, Като стал хмуро искать ключи от дома «На холмах». Юити Фудзикава тоже был холостяком. Но до сих пор с ним никогда не было никаких проблем. Они виделись лишь однажды, когда заключали договор об оплате, и молодой человек показался ему тихим и необщительным.

Оставив контору на других, он сел в свой фургон и поехал. Фирму «Като-недвижимость» основал его отец.

Дом «На холмах» рекламировался как «строение прекрасной архитектуры, расположенное в семи минутах ходьбы от станции Митака». Что касается «семи минут ходьбы», это была истинная правда, но посеревшие стены как-то не укладывались в понятие «прекрасной архитектуры». Неподалёку проходила скоростная трасса, и под воздействием выхлопов стены давно утратили свой первоначальный вид.

Зайдя с той стороны дома, где были расположены балконы, Като определил проблемное место. И сразу понял причину. Шланг кондиционера, установленного в квартире Фудзикавы, оборвался, поэтому вниз стекала вода. По словам живущей внизу женщины, Фудзикавы не было дома, но кондиционер продолжал работать. Забыл выключить? Или из-за жары нарочно, отправляясь на работу, оставил включённым?

В любом случае это был непорядок. Поднимаясь по лестнице, Като достал дубликат ключа.

Фудзикава жил в двести третьей. В почтовом ящике на двери скопились газеты за несколько дней. Значит, уехал в командировку или на отдых? Значит, забыл выключить кондиционер.

Като открыл дверь дубликатом ключа. В этот момент его вновь охватило дурное предчувствие.

Квартирка была маленькая, сразу по левую руку — кухня. Впереди — небольшая комната, но раздвижная дверь задвинута, так что заглянуть внутрь не было возможности.

Като снял ботинки. Он никак не мог понять причину не оставлявшего его неприятного чувства.

Но вдруг за мгновение до того, как попытался отодвинуть дверь в комнату, понял. Вонь. Она сочилась из-за двери.

«Как бы чего…» — успел подумать он, и в следующий момент его рука отодвинула дверь.

Посредине комнаты ничком лежал человек. В майке и брюках. На белой майке, точно на географической карте, темнели пятна. Пригляделся — кровь, брызнувшая из расколотой головы.

Попятившись, Като шлёпнулся на пол.

3

Если верить висящему на двери списку присутствующих, Манабу Юкава бесследно исчез. Ибо ни одна из граф — «лекции», «эксперименты», «вышел», «выходной» — не была отмечена. Машинально опустив глаза, Кусанаги увидел валявшийся под дверью зелёный магнитик. Подобрав его, постучал.