Кейдж Бейкер – Наковальня мира (страница 40)
— Думаю, что так и поступлю, — отозвался Меднорез, тоже направляясь в сторону бара. — Прекрасная идея! Вы же сами понимаете: на мою жизнь постоянно покушаются, поскольку у многих есть причины меня ненавидеть, так что легко можно ошибиться и решить, будто…
— Эй, Меднорез! — откуда-то, подкручивая усики, вынырнул крошечный угрюмый человечек. — Мы же договаривались о встрече. Я намеревался сообщить вам уйму феерически пикантных подробностей о жизни моего покойного папеньки. Помните?
— Ох, и правда! — воскликнул Меднорез, а человечек схватил его за локоть и потащил прочь из бара. — Какой же я забывчивый! Но, знаете ли, после приступа кататонии остается этакая несобранность… Приятно было познакомиться, господин Поперек!
— Ну вот, ты получил положительное заключение санитарно-технической инспекции, а Тысячеликий преспокойно едет домой, — удовлетворенно заключил лорд Эрменвир, выдыхая зеленый дым.
Он сидел за лучшим столиком на террасе в компании Смита и госпожи Смит, любуясь тем, как на сумеречном небе загораются первые звездочки. Тигель и Винт, ходячее воплощение земного, сновали между столиками, зажигая светильники и включая масляные обогреватели.
— А я думал, что ему нельзя появляться дома до тех пор, пока он не соберет денег, чтобы расплатиться с вашим батюшкой, — заметил Смит, поспешно отклоняясь в сторону, когда телохранители лорда Эрменвира стали благоговейно опускаться на колени.
Лорд Эрменвир хихикнул:
— Он, конечно, уже собирался вступить в подростковую банду «Наша улица», да только выяснилось, что нужды в этом нет. Наш неоплаканный покойник, господин Меднорез, оказывается, носил при себе записную книжку с некоторыми сведениями частного характера. У него в Первом банке Пылающей Горы деньжат больше, чем у диктатора Фрескина! Эйрдвэй страшно нравится сидеть в шкуре прославленного сплетника, и он намеревается еще немного поиграть в Меднореза.
— А это не опасно? — спросила госпожа Смит. — Учитывая то, сколько у господина Меднореза врагов…
— Может, и да, — ответил лорд Эрменвир. — Если у моего братца есть хоть капля здравого смысла, он как можно скорее, пока никто не догадался, что он не настоящий Меднорез, запустит лапы в банк, расплатится с папочкой, а остальное пустит по ветру. Так я ему советовал. Послушается ли он? Или через полгода я наткнусь на него в какой-нибудь забегаловке, где, размалеванный и оборванный, бедняга будет тщетно пытаться привлечь внимание потенциальных клиентов… Можно только надеяться на лучшее. — Он снова выпустил облачко дыма и блаженно уставился на него, словно узрев картины грядущего падения брата.
— В детстве вы, должно быть, были сущим кошмаром, — покачала головой повариха.
— Не то слово, дорогая госпожа Смит.
— Послушайте, мой господин, а его светлость ваш брат вымыл ванную перед отъездом? — осторожно поинтересовался Смит.
— Конечно нет, — отозвался лорд Эрменвир. — Он никогда в жизни за собой не убирал. Это все для законопослушных козявок вроде меня, по крайней мере так мне было сказано, когда я попросил его пройтись губкой хотя бы по краю ванны. Выслушав оскорбления, я лишь улыбнулся и предложил ознакомиться с содержимым дорожной аптечки господина Меднореза. Эйрдвэй был просто в восторге, потому что решил, будто там полным-полно расслабляющих и возбуждающих средств. Ну а поскольку читать этикетки тоже удел законопослушных козявок, ему пришлось экспериментальным путем выяснить, что господин Меднорез страдал хроническими запорами…
— И теперь ванная…
— Не волнуйся, мои ребята отдраили стены будь здоров. Теперь определить, что там происходило нечто нелицеприятное, сумеет только медиум! — заверил его лорд Эрменвир.
— А…
— Мы разделались с этим вчера вечером. Сгребли Все… э… клочки и ошметки и под покровом ночи спустили в твою знаменитую трубу. А сверху добавили добрый бочонок «Пенящегося чуда Медночиста». Фьють! — Лорд Эрменвир проиллюстрировал свои слова, выпустив струйку дыма. — Ни следа не осталось, разве что парочка возмущенных духов, ну, им я указал кратчайшую дорогу в рай, присовокупив глубочайшие извинения и купон на два бесплатных сеанса эротического массажа. Кстати, Смит, давно хотел спросить: а куда выходит эта труба?
— Не на пляж, не волнуйтесь, — успокоил его Смит. — Прямиком в море.
— Так вы сливаете отбросы и каустические химикалии в море?! — нахмурился лорд Эрменвир.
— Как все, — растерялся Смит.
— Но ведь… ведь горожане там купаются! Они ловят там рыбу!
— Море же большое, — пожал плечами Смит. — Вся дрянь, наверное, тонет. Никто не жаловался.
— Вы же все медленно травитесь и сами этого не замечаете! — в панике воскликнул лорд Эрменвир. — Девять кругов ада! Я ел здесь устричный бульон!! !
— Он очень питательный, — заверила его госпожа Смит.
— Неужели вы не понимаете… — Лорд Эрменвир окинул взглядом недоуменные лица собеседников и застонал. — Ничего, ничего вы не понимаете! Вот вам пожалуйста — трагическая слепота цивилизации! Мама вечно об этом твердит. Она говорит, что подобная беспечность когда-нибудь вас всех погубит, а папа всегда отвечает: «Ну и на здоровье, нам же лучше», они начинают ссориться, а все домочадцы поспешно бегут в укрытие. Послушай, немедленно прекрати сливать отбросы в море!
— А куда их девать-то? — оторопел Смит.
— Хороший вопрос. — Лорд Эрменвир выколотил трубку. — Гм. Может, заколдовать твою канализацию, чтобы вся дрянь попадала другой мир? Точно! Хотя нет. Тогда придется проделать тот же фокус со всеми стоками этого города, иначе нет никакого смысла…
— Но в другом мире есть свои обитатели. Зачем им-то наша гадость? — резонно возразила госпожа Смит.
— Разве что найти такой мир, где любят ядовитые вещества… — протянул лорд Эрменвир, набив трубку свежей травкой и раскуривая ее с помощью шаровой молнии. Он яростно пыхтел, сосредоточенно прищурившись. — Надо хорошенько все обдумать.
— Уж вы-то точно сумеете все устроить, — заметила госпожа Смит. — Ее светлость ваша матушка, должно быть, гордится вами.
Лорд Эрменвир выглядел явно смущенным.
На террасе показались Ивострел и Горицвет. Они шли бок о бок, тесно прижавшись друг к другу, что весьма затрудняло продвижение между столиками.
— Мы хотели спросить, — начала Горицвет.
— С вашего позволения, мой господин… — заговорил Ивострел.
— В общем, за мусорными баками у нас заросший сорняками пустырь. Что если разбить там сад? — выпалила Горицвет. — Будем выращивать лекарственные травы… Мы сами все сделаем. Я, конечно, ничего в садоводстве не смыслю, но он в этом разбирается и всему меня научит. У нас под рукой всегда будут нужные лекарства, и не придется лишний раз таскаться в квартал йендри… Хорошая идея?
— Думаю, да, — отозвался Смит.
— Ха! Попробуйте, — поморщился лорд Эрменвир. — Прохожие тут же заметят грядки с экзотическими травами, и сразу поползут слухи, будто вы выращиваете всякую дрянь, чтобы отравить добрых жителей Салеша, и все это часть злодейского заговора йендри… Вас растерзают на кусочки.
— И ни чуточки не растерзают! — вспыхнула Горицвет. — Вы так говорите только потому, что я отказалась с вами спать, вы, мерзкий тип! А если больные придут к Ивострелу и он сумеет их вылечить своими лекарствами, они не будут его бояться!
— Еще как будут, дурочка! Знаешь, как пугает мысль о том, что кто-то обладает тайным знанием? — поднял бровь лорд Эрменвир. — Темные мистические силы! Первобытные суеверные страхи!
— Ничего, привыкнут! — отрезала Горицвет. Глаза у нее округлились от внезапного озарения. — Вся беда в том, что никто никого толком не знает, а когда узнают получше, сразу поймут, что другие вовсе не такие уж плохие и гораздо больше похожи на нас, чем мы думали раньше, и… Иногда то, что тебе твердили всю жизнь, оказывается полной ерундой, вот так!
— Мир не переделаешь, детка, — заметила госпожа Смит.
— Весь — нет, а кусочек — да! — заявила Горицвет. — Например, можно разбить садик!
— Как узнать, получится у нас или нет, если даже не попытаться? — спросил Ивострел у госпожи Смит.
Та промолчала, наблюдая за Горицвет, взирающей на любимого с немым обожанием.
— Скажу Тиглю, чтобы выдал вам кое-какой инвентарь, — решил Смит.
— Спасибо! — Горицвет повисла у него на шее и наградила смачным поцелуем.
— Вы не пожалеете, мой господин, — торжественно пообещал Ивострел.
Он снова взял Горицвет за руку, и они растворились в благоухающем сумраке.
— Огоньку, госпожа Смит? — предложил лорд Эрменвир.
— Спасибо. — Она наклонила трубочку, а лорд вызвал яркую шаровую молнию и направил в чашечку.
Смит помахал рукой, разгоняя радужный дым.
— Хороший вырос мальчик, — сказала госпожа Смит лорду Эрменвиру. — Я так обязана вашей матушке.
Лорд хмыкнул и кивнул, откинувшись в кресле.
— Вы прекрасно знаете, что справились бы и сами, — ответил он. — Вы же взяли на себя заботу о маленькой несчастной сиротке Горицвет. Кстати, почему?
Госпожа Смит наградила его суровым взглядом.
— Трудно освободиться от прошлого, — произнесла она. — Все надеешься, что у истории будет счастливый конец, даже когда знаешь, что ничего не выйдет. Если этим детям удастся сбросить оковы крови, тогда, как знать, может, все страдания не напрасны. И…
— И что? — поинтересовался Смит.
Госпожа Смит накрыла его руку своей:
— Смит, она дочь Калиона Солнцестрела. Если бы мне пришлось повторить все сначала, я бы умерла с ним. Боги редко сходят на землю, но он точно был богом. Лучше объяснить не могу.