Кейдж Бейкер – Наковальня мира (страница 35)

— Нет уж, спасибо, — поспешно отказался Смит. Он был не в силах отвести взгляд от стеклянной птички. — Вы можете уколоть кого-нибудь ядом и убить, практически не оставив следов?

— Не потребуется даже яда, — принялся объяснять лорд Эрменвир, потирая руку. — Достаточно воздушного пузырька. Но все это не так-то просто осуществить. А ты что, до сих пор пытаешься выяснить, кто убил этого гнусного журналиста?

Смит кивнул:

— Я знаю, кто его не убивал и отчего он не умирал. Это все.

— А отчего же он умер?

— Понятия не имею. На теле нет никаких следов.

— Ты производил вскрытие? — Лорд Эрменвир пристально посмотрел на Смита. Тот в свою очередь изумленно уставился на лорда. — Только не говори мне, что вскрытия вы тоже не делаете!

— Думаю, нет, — ответил Смит. — А что это значит?

Лорд Эрменвир объяснил.

— Но это же осквернение трупа! — завопил Смит. — Разгневанный призрак умершего и все его предки будут преследовать тебя и в этом мире, и в ином!

— Все, что нужно сделать, — это сказать им, что ты проводишь судебную экспертизу. У меня никогда не возникало никаких проблем.

— Я на такое не способен, — признался Смит. — Это даже хуже, чем тыкать в кого-то иголкой. Хладнокровно резать труп… отвратительно!

— Мне отвращение незнакомо, — усмехнулся лорд Эрменвир. По всей видимости, его лекарство начинало действовать. — Послушай, а хочешь, я сделаю это для тебя? Если демон станет издеваться над трупом, думаю, это не так сильно оскорбит твои благородные чувства?

— Что ж, вы — это другое дело, — уступил Смит.

— Тогда вперед! — Лорд Эрменвир вскочил на ноги. — У меня даже инструменты с собой. Разве это не удача? Отправляясь в путешествие, нужно быть готовым ко всему, по крайней мере так говорит мой папа. Ресторан сегодня вечером закрыт, не так ли? Мы сможем выполнить всю работу на кухне!

— Нет! — горячо запротестовал Смит. — Что если там поселится призрак? Ресторан наш главный козырь. Мы можем прогореть.

— Пожалуй, ты прав. Кроме того, это было бы негигиенично, — согласился лорд Эрменвир, роясь в комоде. — Куда я подевал костную пилу? Ну неважно. Мы подождем, пока все уйдут на Фестиваль, и поднимем труп ко мне. Здесь нам никто не помешает.

Смит спустился вниз и с нетерпением наблюдал, как гости, облаченные в карнавальные костюмы, один за другим выходят на улицу или заказывают паланкины, чтобы добраться до центра города, где проходили основные увеселительные мероприятия. На пороге кухни показалась госпожа Смит. За нею следовали Тигель и Винт с огромным подносом, на котором красовался Десертный морской дракон. Это было величественное зрелище: распростертые веером рубиновые крылья из застывшего сиропа и блеск тысячи изумрудных чешуек — в прошлом сахарных пластин. Сама госпожа Смит казалась не менее блистательной: в переливающемся синем атласе и золотистой парче, с тщательно уложенными волосами и ярко накрашенными губами. Ароматное облако духов окутывало повариху.

— Мы отправляемся в городской банкетный зал, — объявила она. — Пожелай мне удачи, Смит. Она мне понадобится. Мои шпионы доложили, что пекарня с Якорной улицы сегодня утром получила партию высококачественной муки от «Мельниц Старого Труна».

— Удачи, — отозвался Смит. — В любом случае они кладут слишком много сливочного крема.

— А наш десерт напичкан афродизиаками, так что мы должны надеяться на лучшее, — призналась госпожа Смит. Она достала трубку из черного нефрита, около фута в длину, невероятно тонкой работы и зажала ее между зубов. — Будь добр, дай мне огоньку.

Смит дал ей прикурить и поцеловал. Когда он наклонился к ней, госпожа Смит прошептала:

— Горицвет ушла с молодым Ивострелом.

— Вы имеете в виду на Фестиваль? — Смит вздрогнул.

— Они целую вечность просидели на парапете на заднем дворике, а когда я на минутку вышла в бар за бутылочкой фруктового ликера для соуса, прокрались мимо. Думали, я их не вижу. Но я разглядела выражение их лиц. Уж мне-то оно знакомо. Негодники выбежали в сад и перебрались через стену. Думаю, они не вернутся раньше утра, но на всякий случай не запирай на ночь боковую дверь.

Смит попытался представить себе Ивострела за столь земным занятием, как карабканье через стену с девушкой.

— Хорошо, — медленно кивнул он, — не запирать боковую дверь. Что ж, возвращайтесь с победой, госпожа Смит.

— Смерть нашим врагам! — зловеще воскликнула повариха.

Она перекинула через руку свой длинный шлейф и, выпуская облака дыма, решительно двинулась в ночь. Тигель и Винт с огромным подносом в руках послушно последовали за ней.

Поручив Горну присматривать за холлом, а обоим Смитам сторожить в баре на случай непредвиденных ночных происшествий, Смит поспешно поднялся по лестнице и дважды тихонько стукнул в дверь лорда Эрменвира. Она тут же широко распахнулась, и на пороге, с улыбкой до ушей, показался его светлость.

— Все чисто?

— Можно идти.

— Вперед, ребята! — Он вылетел из комнаты и зацокал каблуками вниз по лестнице. Четверо телохранителей загромыхали следом.

— Эй! — Смит отчаянно замахал руками, пытаясь привлечь внимание лорда к тому, что голова Режа повернута задом наперед. Лорд Эрменвир обернулся и, поняв в чем дело, захихикал и легким движением руки все исправил.

— Прошу прощения, — произнес он громким сценическим шепотом. — Ну, где там этот твой, как его?

Смит поспешно догнал их и провел на кухню, откуда все спустились в холодный погреб.

Шарплин Меднорез лежал серый и окоченевший, так что запихнуть его в одну из пустых бочек не было никакой возможности. После дюжины мрачных шуточек и нескольких совершенно невероятных и даже криминальных идей наконец решили выносить тело завернутым в мешковину. Смит молился лишь о том, чтобы в холле не оказалось никого из гостей. Горн взмахом руки дал знать, что путь свободен, и странноватая компания с трупом в мешке нетвердой походкой стала подниматься по лестнице, напоминая кучу разновеликих муравьев, волокущих мертвого жука.

К тому моменту, когда они вновь оказались в номере лорда Эрменвира, Смит окончательно лишился присутствия духа. Но, к его огромному облегчению, в комнате не было ни черных свечей, ни запаха ладана. Яркие лампы горели вокруг покрытого клеенкой стола. Рядом, на маленьком столике, были разложены режущие инструменты, напоминающие кулинарные принадлежности.

— Давайте шлепнем его пока на пол, — предложил лорд Эрменвир, выскользнув из-под трупа, чтобы закрыть дверь. — Ребята, разрежьте на нем одежду.

— Ради бога, не надо резать! — в ужасе закричал Смит. — Завтра я должен передать тело Попереку, и, если труп будет обнаженным, да еще с дырой, сразу начнутся вопросы.

— Верно, — согласился лорд Эрменвир. — Ну хорошо. В таком случае просто разденьте его.

Телохранители старательно принялись за работу, и хотя телу Меднореза пришлось пройти через целую серию крайне непристойных манипуляций, оно в конце концов было освобождено от одежды.

— Это похоже на головоломку, — счастливо прорычал Бей, держа в руках брюки Меднореза. — Пришлось изрядно напрячь мозги.

— Вам полезно, — отрывисто бросил лорд Эрменвир, снимая пиджак и рубашку.

Он сорвал с кровати простыню и повязал ее вокруг шеи, как огромную салфетку. Смит нервно ходил по комнате взад-вперед, наблюдая за происходящим и мысленно извиняясь перед Меднорезом.

— Итак, начнем. — Лорд Эрменвир подошел к трупу и принялся рассматривать его. — Что мы имеем? Особь мужского пола, принадлежащая к расе детей солнца. Смерть наступила примерно полтора дня назад. Покойный, по всей видимости, находился в расцвете сил. Никаких признаков хронических заболеваний. На правом боку, между третьим и четвертым ребром, имеется шрам. Вероятно, кто-то стрелял в покойного, хм… из самострела. Жизненно важные органы, правда, задеты не были. Что еще? Налицо начальная стадия разложения.

Смит застонал:

— Приступайте скорее.

— Ты ведь хочешь, чтобы я выяснил причину смерти, не так ли? — отозвался лорд Эрменвир. Он обследовал глаза и уши Меднореза, осторожно ощупал череп. — Никаких следов ранений головы. Никто не подкрадывался и не ударял его сзади дубинкой. Имеются признаки асфиксии, удушья. Держу пари, что это яд. Давайте взглянем на содержимое желудка.

Лорд Эрменвир выбрал небольшой ножичек и произвел надрез. Наблюдавший за всем этим Смит почувствовал, как покрывается холодным потом.

— Посмотрим, где у люди вашей расы располагаются желудки. Насколько я помню, где-то здесь. Помоги-ка мне, Смит. А-а, с тобой все ясно! Хватай, передай ему лампу. Ты поможешь мне. По правде говоря, не могу понять, Смит, какой из тебя убийца?

— Быстрый. — Смит, задыхаясь, отвернулся. — Я привык рубить руки, головы и все остальное сгоряча, одним махом. Но уж точно не так. Думаю, вы научились этому у своего отца?

Телохранители тут же стали опускаться на колени, едва не затушив все лампы.

— Поосторожней, — предупредил лорд Эрменвир. — Нет, если хочешь знать, я научился этому у мамы. Она считает, что, изучая смерть, можно спасти жизнь. И не думай, что она дрожит над анатомическим столом, у мамы железные нервы. Настоящее Добро, когда оно хочет чего-то достичь, может быть столь же безжалостным, как и Зло, позволь заметить.

— Догадываюсь, что так оно и есть. — Смит вытер пот со лба и попытался успокоиться.

— Покойный ел не много. Я бы сказал, что его желудок был совершенно пуст, когда Меднорез прибыл в гостиницу. На обед у него было вино… восхитительный жареный угорь госпожи Смит… выглядит как ком промасленной бумаги… так… а это что такое?