Кейдис Найт – Вампиры ночи (страница 26)

– Кто бы это ни был, они убивают очень грязно, – отвечает Константин. Он разворачивается и идет обратно к своему столу. – Мне нравится проделанная тобой работа, Саския. Сегодня ты хорошо справилась с Радой и его доверенными. Но это был последний раз, когда ты делаешь что-то в моем клубе без разрешения. Больше никаких приватных танцев и никаких отгулов моим работникам. Поняла?

В ответ утвердительно киваю. До меня доходит, что он ответил на мой вопрос не вполне однозначно.

– Ты у меня в долгу, – добавляет Константин.

Я думаю о том, как он может меня наказать, об опасных заданиях, которые может придумать, но меня совершенно удивляют его следующие слова:

– Завтра. У меня забронирована ложа на «Лебединое озеро» в Большом театре.

Балет? Завтра? Завтра я хотела поговорить с Асель, но, возможно, мне стоит дать ей пару деньков, чтобы она могла оплакать своего парня, прежде чем устроить допрос. Напишу ей позже. Раньше мне не удавалось попасть на балет, так что не собираюсь упускать шанс посетить Большой театр. Должно быть, сейчас я выгляжу как счастливый маленький ребенок, поскольку Константин кажется вполне довольным собой.

– Ты будешь там танцевать? – спрашиваю его.

– Не в этот раз. Ведущие роли для меня уже в прошлом. У нас будет свидание.

Мое сердце замирает.

– По делу или для удовольствия?

Его губ касается улыбка.

– Предоставлю этот выбор тебе.

Глава семнадцатая

Когда сегодня утром, незадолго до рассвета, я вернулась в дом Волковых, на кровати меня уже ждало длинное вечернее платье. Константин. Хитрый ублюдок. Под нарядом спрятана записка, в которой указано, во сколько мы встречаемся с ним вечером в театре. Я правда стараюсь, но трудно ненавидеть парня, который обращается с тобой как с Красоткой[14].

Водитель подъезжает к Большому театру, и я выхожу из машины Константина, подбирая подол, чтобы он не касался снега, покрывающего улицы, словно помадка. Платье цвета свежей крови облегает мое тело, как вторая кожа. Алые пышные рукава спадают с моих плеч, доходя до середины затянутой талии. Красно-черный шлейф поднимается и развевается в воздухе, словно крылья бабочки. Константин даже подобрал рубиновые серьги, похожие на капли крови.

Я чувствую связь.

– Ты выглядишь… изящно.

Константин внезапно появляется перед входом в театр. На нем черный смокинг с шалевым воротником. Он предлагает мне взять его под руку. Я соглашаюсь.

– У тебя очень красиво уложены волосы.

Они волнами спускаются по моей спине.

– Это же ты подослал парикмахера сегодня днем, – отвечаю ему. – Обычно не по мне соглашаться на подобное, но день, когда я скажу «нет» бесплатной сушке феном, будет тем днем, когда я окончательно потеряю рассудок.

Он пожимает плечами.

– Дьявол кроется в деталях.

Мой взор касается статуи Аполлона, возвышающейся над освещенным входом с колоннами. Константин ведет меня по ступеням театра в оживленное фойе. Мы заходим в гардероб, и я с облегчением замечаю, что сегодня не у меня единственной наряд, как у принцессы. Мы разворачиваемся и вальсируем мимо красных шелковых гобеленов, украшающих имперский зал с белыми стенами. С самого начала мне становится ясно, что Константин многим здесь знаком. Должно быть, в этом театре он хорошо известен.

– Значит, необычные свидания не в твоем стиле? – шепчу я, когда он ведет меня под нескончаемым количеством хрустальных люстр и потолками, расписанными гризайлем. Мы поднимаемся по широкой лестнице, устланной ковром из красного бархата.

– Я собирался прийти сюда один. Я многое делаю в одиночку.

А рука у тебя не устает? Прикусываю губы, чтобы случайно не пошутить. Здесь слишком красиво, и сегодня у меня нет настроения для сарказма.

На следующем пролете мы видим людей, которые общаются друг с другом, пьют шампанское. Константин направляется к бару и заказывает один бокал для меня, а также один с виски «Макаллан», восемнадцатилетней выдержки, который, вероятно, стоит столько же, сколько и мое платье.

Некоторые из толпы кивают ему, но большинство, похоже, избегают его взгляда. Дрожь пробегает по моей спине. Я осознаю, что никто здесь, кроме меня, не знает, что из себя представляет Константин. Или на что он способен.

Он кладет свою прохладную руку мне на поясницу, и я вздрагиваю.

– Милая, у меня для тебя небольшая работа. Сейчас я представлю тебя некоторым людям, и мы обменяемся с ними парой слов. Сожми мою руку, если они будут лгать, точно так же, как в ресторане той ночью.

Вспоминаю о кровавой бойне в «Сахалине». Это поэтому сегодня на мне красное платье? Чтобы не осталось ни пятнышка, если он убьет какого-нибудь бедолагу?

Константин берет меня за руку, его губы растягиваются в полуулыбке, будто он читает мои мысли.

– Не волнуйся. Обещаю сегодня вечером вести себя как настоящий джентльмен.

– Господин Волков, как славно, что вы пришли, – слышится чей-то низкий голос рядом.

Константин оборачивается, улыбаясь старику.

– Борис, рад вас снова видеть, – произносит Константин.

Звень!

– Вы сегодня со своей прекрасной женой? – добавляет он.

– К сожалению, моей жене нездоровится, – отвечает старик, обвивая рукой талию молодой блондинки. – Сегодня я пришел со своей племянницей.

Звень. Звень.

Такое чувство, будто моя голова – кассовый аппарат. Если так пойдет и дальше, мне понадобится ибупрофен.

– Позвольте представить вам Саскию, – произносит Константин. – Мы работаем вместе. Она одна из самых потрясающих женщин, которых я когда-либо встречал.

Ожидаю звона. Но ни одного не слышно. Сделав глубокий вдох, я пожимаю руку мужчине.

– Борис – один из моих деловых партнеров, – объясняет Константин, поглаживая большим пальцем внутреннюю сторону моего запястья. Тихонько сглотнув, я стараюсь сконцентрироваться, но снова ощущаю на кончике языка вкус его крови. – Наше последнее дело оказалось немного сложнее, чем предполагалось. Не так ли, мой друг?

Борис удивлен, что Константин затеял подобный разговор, придя на балет, но он быстро скрывает свое беспокойство.

– Бизнес никогда не бывает простым, вы же знаете. Я тоже очень расстроен задержкой, с которой мы столкнулись. И причинами, которые к ней привели.

Сжимаю руку Константина. Его лицо неподвижно.

– Конечно, – протягивает он, улыбаясь белоснежными зубами и своим будто окаменевшим взором.

Я замечаю, что блондинка смотрит на моего кавалера с большим интересом, чем на своего. Честно говоря, не мне ее винить.

– Такой человек, как вы, никогда бы не стал обманывать меня, верно, Борис?

Старик смеется.

– Никогда.

Я сжимаю руку Константина снова и молюсь господу, чтобы он дождался последнего акта, прежде чем совершит свою месть.

Они прощаются, и Константин уводит меня в другой конец зала. Его рука все еще удерживает мою.

– Спасибо за поддержку, – произносит он. – Остался лишь один человек, с которым ты должна мне помочь, а после мы отправимся в нашу ложу.

В нашу собственную ложу? Даже я знаю, что подобное в Большом театре невозможно!

Высокая стройная женщина медленно направляется к нам. На ней белое платье с оборками, касающимися пола, подобно свежевыпавшему снегу. Ее темные волосы собраны в тугой пучок, а глаза кошачьи, дымчатые.

Чувствую, как Константин напрягается рядом со мной. Здесь замешано общее прошлое. Ого, интересно.

– Катарина, – обращается он к ней, – выглядишь ослепительно.

На ее лице нет улыбки. Женщина смотрит на меня так, будто я только что плюнула ей в шампанское.

– Ты тоже прекрасно выглядишь, Костя, – отвечает она с французским акцентом. – Рада тебя видеть.

– Взаимно.

– Знаешь, тебе не следовало нас покидать, – говорит она. – Ты рожден быть в балете. Другого места для тебя нет.

– Я не уходил, Катарина. Удалился от дел. Переключился на более важные вещи.