Кевин Сильвестр – Квартира 713 (страница 8)

Однажды, когда мальчик смахивал пыль, он задел одно из фото – за ним оказалась рамка поменьше. Фотография там была надорванной и обгоревшей – её края загнулись и побурели. Кто-то пытался её склеить, и Джейку показалось, что он может разглядеть расплывчатое лицо какого-то мужчины. Но он не был уверен.

«Зачем кому-то такое хранить?» – подумал Джейк. Однако всё же аккуратно поставил рамку на место.

На стенах висело четыре или пять рисунков. Они выцвели и тоже слегка обгорели. Джейк мог смутно разглядеть карандашные наброски чьих-то лиц, каких-то зданий, вроде бы цветов. Однажды он спросил Лили, кто их нарисовал, но та лишь улыбнулась, засмеялась и продолжила напевать.

Перед уходом Джейк каждый раз заваривал Лили чайник чая (не слишком горячего) и сидел с ней немного, попивая из своей кружки.

Лили всегда говорила:

– О, ты слишком добр.

Или:

– До чего замечательный юноша. Я всегда знала, что ты вырастешь особенным.

Пусть ей казалось, что она говорит это кому-то по имени Стив, Джейк всё равно чувствовал прилив гордости.

И время от времени Лили как будто слегка менялась, словно узнавала его. На этот раз, покормив кошек, Джейк улыбнулся ей, а она посмотрела ему прямо в глаза и спросила:

– Что-нибудь из этого помогло?

Джейк наклонил голову.

– Что помогло?

Но тут Анастейша вскочила на стол и потёрлась о ладонь хозяйки. Лили слегка улыбнулась, погладила кошку и снова уставилась в пространство, напевая песенку с одной лишь ей известными словами.

Когда Джейк наконец закончил обход – и отнёс (почти все) испечённые Дилейни пирожки Дэнни, – он обнаружил, что мама сидит на диване и красит ногти.

– Угадай, кого пригласили на личное собеседование завтра с утра! – сказала она, широко улыбаясь. А потом встала и исполнила мини-танец.

Джейк подбежал к ней и стиснул в объятьях.

Мама посмотрела на него, гладя по голове.

– Всё наконец-то начинает налаживаться.

Глава 7

Солнце светило ярко и бодряще. Небо было ослепительного кристально-синего цвета. И Джейк уже чуял запах любимого завтрака – яиц с беконом и тостов с коричневым маслом[6], – доносящийся с кухни.

– Роскошно! – сказал он, садясь за стол и немедленно запихивая в рот полоску бекона, а потом ещё одну и ещё.

– Подумала, что можно немного отпраздновать. – Мама поцеловала его в макушку и поспешила одеваться на собеседование. – В этот раз у меня хорошее предчувствие, Джейк.

– Ты всех сделаешь, – сказал Джейк, набивая рот тостом.

Мама закрыла дверь в спальню. Джейк оглядел квартиру. Она выглядела словно ярче. Окна казались чище. Обои – разноцветнее. Не такими убогими. Если мама снова устроится на хорошую работу, они смогут уехать отсюда. Так почему он не чувствовал радости?

Джейк допил остатки апельсинового сока и быстренько вымыл посуду.

– Мам, – крикнул он, – я пошёл.

– Хорошо, Джейк. Пожелай мне удачи.

– Удачи! – Он перекинул рюкзак через плечо, а потом вспомнил, что пообещал Дэнни после обхода забежать в магазин за кошачьим кормом и другими нужными штуками.

– Я буду дома позже, чем обычно, – добавил он.

– Дома?

Джейк замер, держась рукой за дверную ручку.

– Ага. Дома. Пока что.

– Люблю тебя.

– И я тебя!

Несколько минут спустя Джейк едва ли не вывалился из лифта в гораздо более чистый подвал. Дэнни воспользовался освободившимся временем и прибрал здесь. Уже можно было разглядеть пол. Даже узкие полосы света из окон казались ярче.

Джейку больше не приходилось внимательно смотреть под ноги, и он поторопился поделиться с Дэнни хорошей новостью.

– Маму пригласили на собеседование! – сияя, воскликнул он, как только вошёл в кабинет.

Однако его настроение переменилось, стоило ему увидеть лицо Дэнни. Обычно комендант улыбался, смеялся, что-нибудь рассказывал, а сегодня сидел за столом, ссутулившись и опираясь головой на ладонь. Он почти не отреагировал, когда Джейк вошёл.

– Эй, что такое?

Дэнни продолжал таращиться в пустоту перед собой. Джейку показалось, он издал тяжёлый вздох.

– Вы заболели? – Мальчик подошёл и помахал ладонью перед лицом здоровяка. Дэнни сморгнул и потряс головой, словно опомнившись от транса.

– Привет, Джейк. Нет, не заболел. Просто… что ж, гляди сам. – Он постучал пальцем по бумаге на столе.

Джейк сел и повернул листок к себе. Сверху на нём красовался логотип какой-то юридической фирмы, весь в завитушках.

«Долгосрочный договор аренды между “Регентством” и городом истекает пятнадцатого числа следующего месяца.

Попытки найти нового покупателя оказались безуспешными. Как законные представители собственности мистера Уильямса – не имевшего на момент смерти близких родственников, – совместно с городским советом мы решили, что продажа участка земли – лучший способ погасить долги, возникшие после смерти мистера Уильямса».

Джейк оторвался от чтения.

– Мистер Уильямс?

– Архитектор, который спроектировал и построил это здание. Настоящий гений. Он давным-давно умер, и деньги, которые он оставил на содержание дома, закончились. Слишком много уходит на обслуживание, а доходов почти никаких. Простая математика.

– Долги? Продажа? – Джейк не был уверен, что прочёл правильно, но Дэнни кивнул.

– Читай дальше.

«Каждый нынешний постоялец получит единовременную выплату в соответствии с его индивидуальным договором аренды. Снос планируется начать через шесть месяцев после отправки данного уведомления, проект ожидает рассмотрения департаментом городского планирования».

Вот и всё. Джейк юристом не был, но суть уловил. Это письмо – смертный приговор для «Регентства».

– Они правда могут так сделать? – спросил он.

– Это здание старое, всеми забытое, разваливающееся в городе, который хочет продвигаться вперед. Может, они хотят построить тут какую-нибудь новую стеклянную многоэтажку? Или парковку… Не знаю. – Дэнни глубоко вздохнул. – Мой отец частенько говорил: «С городским советом не поборешься». Я слишком стар, чтобы спорить. Или бороться.

– Но вы же вечно твердите мне, что этот дом – особенный!

Дэнни откинулся на спинку стула и несколько раз провёл ладонями по подбородку, прежде чем заговорить.

– Джейк, ты знаешь, что я люблю этот дом. Но всё меняется. Даже нечто настолько незыблемое и прекрасное, как «Регентство». Мы пытались, как кучка моряков пытается удержать корабль на плаву в разгар шторма. Но шторм слишком силён. Волны слишком высоки. Корабль тонет.

Джейк попытался подавить нарастающую панику.

– Мы можем сделать хоть что-то?

– Ржавые трубы, старый цемент, крошащиеся кирпичи, трещины в штукатурке – а ремонт удовольствие дорогое. Я не миллионер, как и никто из здешних жильцов. Ты сам сказал, что этот дом – дыра. И городской совет явно согласен.

Джейк выронил листок на стол и уставился на него, задумавшись.

– Но… постойте. Где, блин, все будут жить?

– Ну, компенсация поможет… немного. Нам всем придётся найти новое жильё.

Джейк подумал о Гасе. Он никогда не выходит из квартиры. Как он найдёт новое жильё? Дилейни мог бы открыть на выделенные деньги пекарню, но Джейк подозревал, что не всякий арендодатель разглядит гениального пекаря за внешностью наркодилера на велосипеде. А Тео, Профессор, Хавьер? Они доверяли ему, мальчишке, доставлять им почту и не дать заработать пищевое отравление.