Кевин Андерсон – Ветры Дюны (страница 19)
– А как леди Тессия? Бронсо родился почти двенадцать лет назад, после несчастного случая. Они могут иметь еще детей?
– У Тессии нет желания, а Ромбур не способен.
– Значит, она плодовита, а Ромбур бесплоден?
Юэ слышал свои слова, но они шли у него с языка словно сами по себе. Ему очень хотелось восстановить внутреннюю связь с ней.
– Бронсо не биологический сын Ромбура. Генетический его отец – сводный брат Ромбура Тирос Реффа, незаконный сын старого Императора Элруда II и леди Шандо Балут. У Ромбура и Реффы одна мать. – Не в силах скрыть тревогу в голосе, Юэ быстро добавил: – Мальчик не знает. Мы сохранили это в тайне. Тебе известно, как предвзято относятся к искусственному осеменению.
«Почему я ей об этом рассказываю?»
Его лицо стало суровым.
– То же самое касается замены поврежденных органов кибернетическими компонентами. То, что я восстановил в тебе, демонстрирует возможности моей работы. – Он снова почувствовал боль. – Ты можешь иметь детей.
Уанна ответила как незнакомка:
– Кое-чему не суждено осуществиться, Веллингтон. Будь доволен тем, что у нас есть.
Он всегда хотел иметь детей, но почти сразу после их брака Уанна попала в серьезную передрягу, в которой были повреждены ее репродуктивные органы. Когда она поправилась, Юэ сумел заменить поврежденные ткани и органы, так что к ней вернулась способность рожать – теоретически. Но она не стала этого делать.
И сейчас в его сознании неожиданно возник вопрос. Юэ не был уверен, что хочет знать ответ, но не сумел сдержаться:
– Скажи мне правду. Сестры запретили тебе рожать?
Уанна еще мгновение сохраняла невозмутимость и спокойствие, потом все рухнуло. Пусть прошло много лет, но он знал ее достаточно хорошо, чтобы заметить небольшие перемены, уловить оттенки настроения.
– О, у меня были дети, Веллингтон. Я родила четверых – отпрысков тех, на кого указывали сестры Бинэ Гессерит: важные линии кровного родства, необходимые комбинации генов.
Она задрожала, и он крепко обнял ее, боясь пошевелиться, потрясенный ее откровением. Он не мог выразить свое недоверие… потому что в глубине души знал: она говорит правду.
– Замененные тобой органы служат превосходно… но твоя генетическая линия, любимый, не соответствует планам Бинэ Гессерит. – Она посмотрела на него полными боли глазами. – Прости. Я не могла…
Он знал: она хочет, чтобы он понял, каковы ее обязательства, и смирился с тем, что значит жениться на сестре из Бинэ Гессерит. Но он застыл, пытаясь справиться с потрясением.
– У тебя… четверо детей?
– Их забирали у меня сразу по рождении. Я не переставала думать о тебе, но мне пришлось отсечь эти мысли, защититься. Сестры Бинэ Гессерит научили меня справляться с эмоциями, но сейчас… не знаю даже, помнила ли я, что чувствовала к тебе когда-то.
Он стоял молча, не способный ничего сказать, а она попыталась взять себя в руки и отстраниться.
– Мне пора.
Потрясенный, он крепко обнял ее.
– Так скоро?
Уанна посмотрела на него, и лицо ее смягчилось.
– Нет, пока еще нет. Я могу остаться с тобой на ночь.
Мать научила Пола концентрироваться, собираться – от мельчайшей мышцы до всего организма, чувствовать каждый нерв, изолировать малейшие ощущения. Он мог сосредоточиться на проблеме и думать, пока не найдет решения.
А вот Бронсо Верниус не мог спокойно просидеть и нескольких минут. Его интересы непрерывно менялись. Ему никогда не нравилась атмосфера строгой дисциплины во время обучения, с фильмокнигами и скучными учителями; одиннадцатилетний мальчик предпочитал учиться, задавая вопросы отцу во дворце. Так он узнал об отравлениях и убийствах, об искусственном изготовлении специи, о том, как тлейлаксу захватили Икс и Ромбур искал убежища на Каладане… о тяжелых ранах отца и о том, как доктор Юэ заменил органы тела кибернетическими.
Пол впервые встретил медноволосого юного Бронсо в день, когда семья Верниусов пришла на закончившееся катастрофой бракосочетание герцога Лето и Илезы Икац. Мальчик был заинтересован, хотя держался напряженно и немного странно. Пол прилетел на Икс учиться, изучать новую культуру, но его товарищ лелеял совсем другие планы.
– Ты готов испугаться, Пол? По-настоящему испугаться?
– Как?
Пол знал, что Дункан и Гарни остановят его, если будет хоть малейшая опасность. К тому же они только прибыли.
Бронсо встал из-за парты и отбросил в сторону фильмокниги с данными о многочисленных планетах Империи.
– Подняться на здание – снаружи. Готов?
– Я забирался на приморские утесы на Каладане. – Пол помолчал. – У тебя есть снаряжение, или мы пойдем как есть?
Бронсо рассмеялся.
– Ты мне нравишься, Пол Атрейдес. Морские утесы! Когда я закончу с тобой разбираться, ты будешь плакать, как младенец. – Из своего личного ящика он достал набор присосок и подвеску с портативным генератором силового поля и бросил все это Полу. – Бери мои. Они все равно вскрыты.
Он порылся в ящике, нашел для себя новый набор и распечатал упаковку.
Пол прошел вслед за другом по проходам и коридорам к открытому балкону высоко под потолком пещеры; здесь свистел ветер. Бронсо пальцем начертил маршрут к опоре поддержки, от нее к мостику и наконец на свисающую крышу:
– Пройдем этой дорогой, и, если тебе хватит храбрости, вернемся во дворец.
Бронсо стал одеваться, а Пол разглядывал присоски, которыми тот часто пользовался. Некоторые швы показались ему надрезанными, словно незаметным прикосновением виброножа. Он не был знаком с таким снаряжением, но чутье подсказало, что надо присмотреться внимательнее.
– Слушай, они откажут, как только я поднимусь на стену.
Бронсо взглянул на присоски.
– Да я каждый день ими пользуюсь. И они всегда были исправны. – Он посмотрел внимательнее. – Кто-то с ними повозился.
– Кто-то хочет тебя убить?
Вопрос звучал слишком мелодраматично, но Пол не раз видел смертельную вражду и соперничество.
Бронсо рассмеялся – чересчур громко:
– Совет технократов будет очень доволен, если «случайно» погибнет единственный наследник дома Верниусов. Они уже пытались устроить неприятности отцу, но меня пока не трогали.
– Надо сообщить об этом.
Пол вспомнил уроки Сафира Хавата, Гарни Холлика и Дункана Айдахо. Индикаторы яда, личная защита, охрана… такова жизнь благородных семейств ландсраада.
– Покажу отцу, но Болиг Авати слишком умен, чтобы оставлять следы. Все равно родители будут недовольны.
Пол уверенно ответил:
– Сафир Хават говорил мне, что, когда знаешь об опасности, уже наполовину устранил ее.
Самые темные, тихие часы ночи Тессия часто проводила в одиночестве в личных покоях, потому что Ромбур почти не нуждался в сне; неутомимый руководитель-киборг ночами ходил по коридорам в потолке города Верни и по прозрачным переходам, соединяющим структуры-сталактиты.
Тессия проснулась в темноте с ощущением: что-то неладно. Моргая, она поняла, что рядом с ней кто-то стоит – чужой! Привыкшие к темноте зрачки расширились, и Тессия открыла рот, собираясь закричать.
Приказ, произнесенный Голосом, разрубил ее сознание, словно топором. Голос был женский:
– Молчи!
Гортань Тесы замкнуло, ее голосовые связки окаменели. Даже легкие перестали выдыхать воздух. Как Бинэ Гессерит, Тессия училась сопротивляться Голосу, но этот удар был нанесен искусным мастером, который хорошо знал Тессию и ее слабые места.
Когда ее глаза привыкли к мраку, она различила рядом с собой Преподобную мать Стокию. Тессия чувствовала себя, как насекомое, приколотое к доске длинной иглой. Ей очень хотелось закричать, но мышцы не повиновались.
Стокия наклонилась, дыхание ее было мягким, как шепот.
– Ты зря поверила, что у тебя есть свобода выбора.
Тессия как марионетка поднялась с постели. Ноги выпрямились, колени напряглись: Тессия стояла перед Преподобной матерью.
– Правила Бинэ Гессерит противоречат желаниям индивидов. Ты всегда это принимала. Тебе следует напомнить о твоем месте – весьма малозначительном – в мире