Кевин Андерсон – Охотники Дюны (страница 29)
– Мы кормим вас. Вам нет нужды убивать.
– Убивать Досточтимых Матрон.
– На этом корабле нет Досточтимых Матрон. Мы тоже их ненавидим.
– Должен охотиться. Нужен укротитель.
– Сейчас ты не можешь охотиться, и пока здесь нет укротителей.
– Когда-нибудь? – с надеждой в голосе спросил футар.
– Когда-нибудь. – Шиана не могла пообещать большего.
Она повела его прочь от убитой сестры, надеясь, что они никого не встретят по дороге к камере футаров, не встретят еще одну потенциальную жертву. Влияние ее на это животное было очень хрупким. Если Хррм чего-то испугается, то скорее всего бросится.
Она повела футара по боковым проходам, на нижнюю палубу они спустились в лифте, которым вообще едва ли кто-то пользовался. Футар был безутешен, он не желал возвращаться в камеру, и она жалела его за это вынужденное заключение. Так же, как семерых песчаных червей в вольере.
Подойдя к двери камеры, Шиана обнаружила, что отказал второстепенный контур запирающего устройства, которое износилось за столько лет службы. Сначала она боялась, что случилась какая-то серьезная системная поломка, но оказалось, что это мелкая неисправность, вызванная недостатками технического обслуживания. Несчастный случай на старом судне.
Год назад у них уже случилась авария, когда прорвало резервуар очистки использованной воды, тогда из проржавевшего бака вода хлынула в коридор. Были также проблемы с водорослями, которые применяли для питания и воспроизводства кислорода. Техническое обслуживание оставляло желать лучшего. «Разгильдяйство».
Шиана сдержала гнев, не желая, чтобы Хррм учуял его. Несмотря на то что сестры Бинэ Гессерит жили в условиях постоянной, но невидимой опасности, она перестала казаться непосредственной. Отныне надо ужесточить дисциплину. Такой несчастный случай, как этот, может привести к настоящей катастрофе.
Хррм выглядел жалко, как побитая собака. Он был сильно опечален необходимостью возвратиться в клетку.
– Ты должен жить здесь, – сказала Шиана, увещевая футара. – Ну хотя бы еще какое-то время.
– Хочу домой, – жалобно произнес Хррм.
– Я постараюсь найти твой дом. Но сейчас мне надо, чтобы с тобой ничего не случилось.
Хррм побрел в дальний угол камеры и угрюмо сел там на корточки. Три остальные футара приблизились к прозрачным барьерам своих отдельных камер и с любопытством уставились на Шиану голодными глазами.
Починить запирающий механизм было делом одной минуты. Теперь все будут в безопасности – и футары, и сестры. Но все же Шиана боялась за них. Бесцельное блуждание по кораблю не доведет до добра, ее люди давно утратили смысл существования.
Такое положение больше недопустимо. Возможно, рождение гхола даст сестрам то, в чем они так нуждаются.
Для Ордена сестер Другая Память есть одно из величайших благословений и одновременно величайшая тайна. Мы видим и понимаем лишь оболочку, тень этого процесса перехода жизни одной Преподобной Матери к другой. Этот неисчерпаемый резервуар живых голосов прошлого светит нам как немеркнущий, но мистический свет.
За прошедшие два года Новый Орден сестер стал постепенно превращаться в единый организм, а планета Капитул продолжала угасать. Командующая Мать Мурбелла быстрым шагом обходила ставший темно-коричневым сад. Скоро здесь будет пустыня. Запланированная.
Песчаные форели без устали поглощали воду, отбирая ее у земли. Это тоже было частью плана превращения Капитула в альтернативу Ракису. Зона пустынь стремительно расширялась, и в саду только самые стойкие яблони с их очень глубокими корнями продолжали отчаянно цепляться за жизнь.
Но, несмотря на это, сад оставался любимым местом Мурбеллы, здесь она радовалась общению с Одраде – ее тюремщицей, потом учителем, а потом (и отнюдь не сразу) и почитаемой наставницей. День был в самом разгаре, солнечные лучи просеивались сквозь скудную листву и хрупкие ветви. День был прохладный, с севера дул холодный освежающий ветер. Мурбелла остановилась и склонила голову в память о женщине, погребенной под карликовой макинтошевой яблоней, упорно зеленевшей, несмотря на наступление пустыни. Бразовая плита отмечала место вечного упокоения Верховной Матери. Досточтимые Матроны предпочитали пышность и мишурный блеск, но Одраде были отвратительны эти показные ухищрения.
Как хотелось Мурбелле, чтобы ее предшественница дожила до этого дня, до осуществления ее замысла об объединении, мечты о том дне, когда Досточтимые Матроны и сестры Бинэ Гессерит вместе заживут на Капитуле. Теперь обе группы учились друг у друга, перенимая все самое ценное.
Однако Досточтимые Матроны, бежавшие на другие планеты, продолжали быть болезненной занозой под ногтем Командующей Матери. От отступниц постоянно надо было ждать волнений и мятежей, и это в то время, когда все силы надо было посвятить отражению угрозы со стороны Внешнего Врага. Те женщины не признали Мурбеллу своим вождем, утверждали, что она запятнала и принизила звание Досточтимой Матроны. Некоторые из отступниц представляли большую опасность, так как были способны на истребление; но, вероятно, таких было немного, ибо в противном случае они уже давно напали на Капитул.
Когда специально сформированная боевая группа завершила подготовку, Мурбелла решила захватить некоторых отступниц и привести их к покорности, пока не стало слишком поздно. Настанет день, когда Новому Ордену сестер придется открыто выступить против отступниц, окопавшихся на Баззелле, Гамму, Тлейлаксе и других планетах.
«Мы должны сломить и ассимилировать их. Но сначала мы должны увериться в нашем собственном единстве».
Нагнувшись, Мурбелла взяла в руку горсть земли у подножия деревца. Держа на ладони кучку сухой почвы, она поднесла руку к лицу и с наслаждением вдохнула пряный земной аромат. Ей даже показалось, что она улавливает едва уловимый запах наставницы и подруги.
– Настанет день, и я присоединюсь к тебе здесь, – произнесла она вслух, не отрывая взгляд от яблони, – но не сейчас. Сначала я должна закончить очень важное дело.
– С нашим наследием. Ты вдохновила меня на то, чтобы соединить обе фракции, сдружить женщин, которые до сих пор считали себя смертельными врагами. Я не ожидала, что это кажется так тяжело или займет так много времени. – Одраде не ответила.
Мурбелла отошла еще дальше от укрепленного убежища – и чем дальше становилось здание, тем меньше груз ответственности давил на плечи Мурбеллы. Она шла мимо рядов умирающих деревьев – яблони сменились персиками, персики вишнями, вишни апельсинами. Мурбелла решила засадить местность финиковыми пальмами – эти деревья дольше других выживут в пустынном и жарком климате. Но есть ли у них в запасе эти годы?
Взойдя на близлежащий холм, она оглядела окрестности, отметив, насколько тверже и суше стала почва. На лугах, раскинувшихся за садами, по-прежнему паслись стада, но пастбище стало скудным, и животным в поисках пищи приходилось теперь разбредаться на большие расстояния. По теплой земле пробежала ящерица. Почуяв опасность, маленькая рептилия вспрыгнула на камень и оглянулась на Мурбеллу. Внезапно с неба спикировал пустынный ястреб, схватил ящерицу и вместе с добычей взмыл в безоблачное небо.
Мурбелла натянуто улыбнулась. Пустыня продолжала наступать, убивая все живое на своем пути. Поднятая ветром пыль застилала теперь некогда яркое и чистое небо коричневатой завесой. Песчаные черви вырастают в пустыне, и она растет вместе с ними. Возникает непрестанно расширяющаяся экосистема.
В подкрадывающейся спереди пустыне и в оставшихся за спиной садах Мурбелла видела две великие мечты Ордена Бинэ Гессерит, столкнувшиеся, как две гигантские волны, это было начало, поглотившее конец. Задолго до того, как Шиана привезла сюда созревающего песчаного червя, Орден сестер насадил сад. Новый план имел, однако, бо́льшую галактическую важность, нежели символика, представленная могилами в саду. Своими смелыми действиями сестры спасли песчаных червей и меланж от неистовых Досточтимых Матрон.
Разве не стоило ради этого погубить несколько фруктовых деревьев? Меланж был одновременно благословением и проклятием. Мурбелла повернулась и пошла назад в Убежище.
Сознающий себя разум есть лишь верхушка айсберга. Не видимые с поверхности, в глубине подсознания прячутся неведомые мысли и скрытые способности.
Еще когда Дункан Айдахо был пленником в космопорту Капитула, корабль-невидимка был напичкан таким количеством мин, что их хватило бы на то, чтобы взорвать и разнести в клочья три таких судна. Одраде и Беллонда буквально начинили корабль взрывчаткой, которая должна была сработать, вздумай Айдахо бежать. Сестры считали, что мины – надежное средство запугать потенциальных беглецов. Лояльные сестры не могли даже подумать, что сама Шиана и ее консервативные последовательницы смогут обезвредить мины, похитить корабль и использовать его в своих целях.
Теоретически все пассажиры на борту «Итаки» заслуживали доверия, но Дункан, непоколебимо поддержанный баши, настоял на том, что эти мины настолько опасны, что их нельзя оставлять без присмотра. Только он, Тег, Шиана и еще четыре человека имели право доступа в арсенал.
Во время рутинного обхода Дункан вошел в арсенал и осмотрел выбор оружия. После осмотра у Айдахо поднялось настроение, он прикинул, что «Итака» может дать отпор любому нападающему, если в этом возникнет необходимость. Он чувствовал, что старик со старухой не прекратили поиск, не отказались от преследования, несмотря на то, что вот уже в течение трех лет он не замечал мерцающей сети. Самое главное – ни в коем случае не терять бдительность.