Кевин Андерсон – Наследник Каладана (страница 66)
Позади вспыхнули яркие охранные огни, и беглецы замерли в тени джунглей. Чен Марек задергался и замычал из-под кляпа, но из комплекса не последовало никакой реакции – ни криков, ни сирен.
Пол присел на корточки:
– Они еще не поняли, что Марек пропал. У нас на счету каждая минута! – Он подтолкнул связанного тлейлаксу вперед, но наркобарон сопротивлялся, нарочно спотыкаясь об упавшие ветки и спутанные кусты.
Когда они отошли подальше от комплекса, Синсей отбросила осторожность и поскорее потащила отца к вершине вулканического утеса – туда, где остались их веревки. Дункан Айдахо старательно топал следом, потряхивая головой, все еще пытаясь вырваться из наркотического тумана. Доктор Вим бредил и трясся, и Дункан смог внятно пояснить, что ученому давали другой сорт айлара – несколько тестов подряд.
Остановившись, отец Синсей согнулся пополам, и его вырвало. Девушка заботливо обняла его за плечи.
Встав на краю скалы, Пол растерянно посмотрел вниз, но заставил себя сосредоточиться на решении насущной проблемы:
– Сюда мы влезли по веревкам. Спускаться придется тоже по ним.
– Я смогу держать отца одной рукой, – заявила Синсей. Это прозвучало довольно дерзким утверждением, но ученый был изможденным и худощавым, а Пол знал, какая она сильная.
– Лучше сделаем петлю, что-то вроде упряжи, – предложил юноша.
Дункан недовольно заворчал:
– Я могу спуститься сам!
– Но можете и сорваться, – возразил Пол.
Мастер меча лишь коротко хохотнул:
– Не сорвусь.
– А с этим как быть? – Синсей посмотрела на Марека.
– Свяжем его и тоже спустим на веревке. Что с ним еще делать?
На лице девушки появилось мстительное выражение:
– Можно сразу обвязать ему веревку вокруг шеи. – Она шагнула к наркобарону. Хотя его руки оставались стянутыми за спиной, а шипастый боло врезался в предплечья, Марек извивался и дергался. И вдруг извернувшись, бросился на Синсей.
В тени джунглей сверкнул серебристый отблеск бритвенно-острого лезвия, выскочившего из рукава тлейлаксу – тайного оружия, спрятанного в складке ткани. Несмотря на шипы, Марек все же смог неглубоко порезать предплечье Синсей.
Девушка ахнула больше от неожиданности, чем от боли, и отшатнулась. Тонкая рана напоминала скорей царапину, но Синсей все равно смотрела на нее с ужасом. Хотя Марек не мог говорить из-за кляпа, в его глазах светилось торжество.
– Яд тлейлаксу! – взвыл доктор Вим и кинулся на Марека. – Сволочь!
Прежде чем кто-либо успел остановить ученого, он протаранил связанного врага, и они оба полетели вниз со скалы. Синсей отчаянно закричала, но два тела уже кувыркались далеко внизу, врезаясь в подлесок и ударяясь о валуны.
Синсей осела на землю от горя и внезапного головокружения, и Пол подбежал к ней. Девушка уставилась на порез на своей руке, который уже покраснел и воспалился. Она ткнула в него пальцем:
– Что это такое… яд тлейлаксу?
Прорываясь сквозь наркотический туман, Дункан зашевелился активней, схватившись за веревку:
– Поскорее вытащи ее отсюда, Пол! – Затем пошатнулся и вновь покачал головой: – Вытащи отсюда всех нас…
С тяжелым сердцем Пол привязал веревки к деревьям, сбросил вниз и попытался придумать, как лучше все это провернуть. Яд начинал действовать на Синсей. К тому же девушка только что потеряла отца, и это не добавляло ей бодрости, а Дункану все еще не хватало ни равновесия, ни сил.
Заглянув за край крутого обрыва, юноша увидел внизу движущиеся фигуры людей, вышедших из джунглей. На мгновение ему почудилось, что это наемники Марека. Но это были муадха – и Яр Зелл впереди. Подтягиваясь по веревкам, аборигены вскарабкались наверх.
– Нам нужна ваша помощь, – хрипло произнес Пол, когда они встали рядом. Ему казалось, что он сам вот-вот упадет в обморок.
Трое из десяти оставшихся охранников Якссона прошли обучение пилотированию перестроенного сверхсветового корабля. Они заранее наметили курс на планету-крепость КАНИКТ. Ускользнув от сардаукаров и оставив позади Носсус с пылающей базой, корабль устремился в открытое пространство. Повстанцы летели совершенно автономно, не следуя никакому маршруту Космической Гильдии, без Навигатора. Их невозможно было отследить.
Несмотря на это, Лето не чувствовал никакого облегчения. Напротив, ему казалось, что ситуация все больше выходит из-под контроля. Герцог был заперт на этом корабле вместе с отчаявшимися людьми, которые верили, что он один из них. Если бы у мятежников возникло хоть малейшее подозрение в обратном, они бы тут же его убили.
Во время полета Раджив Лондин вновь и вновь принимался вспоминать, как сардаукары вторглись на Куарте, как убили его дочь прямо у него на глазах, и как отважный администратор Родунди его спас. Лето становилось плохо от мысли, что то же самое может произойти с Каладаном и с Полом. Джессика, вероятно, уже погибла на Элегии – еще одной мишени императорского гнева.
С тяжелым сердцем слушая, как Лондин в который раз живописует тот день в мрачных подробностях, Лето ловил себя на мысли, что эмоции этого человека кажутся удивительно неровными. Лорд уделял излишнее внимание некоторым второстепенным аспектам разгрома. Этот аристократ всегда злился и возмущался, когда речь заходила об Империи, но сугубо с теоретических позиций, будто в салонной игре. Возможно, он просто не знал, как справиться с настоящей трагедией и как противостоять последствиям своей поддержки кровавой революции.
Хотя в маленьком спасательном корабле все находились друг у друга на виду, Лето старался избегать Лондина, насколько это возможно. Он сдерживал гневные слова, которые рвались наружу, чтобы не обвинить этого человека – среди прочего ставшего причиной боли и страданий, причиненных распространением «каладанского наркотика». Якссон Ару ведь тоже имел долю с этих доходов, используя их для финансирования своего восстания. Понимал ли Якссон вообще, что для герцога это как ножом по сердцу – когда народ Каладана приносят в жертву ради достижения собственных целей?
Путешествие на Танегаард продолжалось более недели, и все это время Лето искал возможность завладеть камнем памяти, чтобы уничтожить его опасное содержимое. Лидер повстанцев никогда не расставался с этим предметом. Беззаветно преданная Якссону команда не оставляла Лето ни малейшей возможности применить силу. Даже если бы ему удалось каким-то образом выкрасть камень, это ничего бы не дало – при удалении на несколько метров от тела Якссона устройство сочтет хозяина мертвым и отправит весь массив данных в глубокий космос. Какая-нибудь ретрансляционная станция рано или поздно примет сигнал и распространит информацию дальше – именно так, как задумывал Якссон.
Лето не считал, что его шансы улучшатся, после того как они достигнут Танегаарда, но все равно оставался начеку. Он сам и был единственным шансом на благополучный исход.
Когда сверхсветовой корабль без предупреждения вышел на орбиту планеты-крепости, силы безопасности Картеля немедленно пришли в состояние повышенной боевой готовности: орбитальные сторожевики выдвинулись на позиции, а над административными зданиями крепости замерцало силовое поле. Из цитадели непрерывно передавали сообщения с максимальным приоритетом, затем требования, но Якссон не обращал на это внимания – он прихорашивался. Переодевшись, взглянув на себя в зеркало и замазав темные круги под глазами, он, наконец, отправил запрос на разговор с Малиной лично. Лидер повстанцев выглядел гордым и уверенным, хотя Лето знал, в каком отчаянии он пребывает на самом деле. Танегаарду предстояло стать его последним убежищем.
Якссон сверкнул неубедительной улыбкой в экран коммуникатора:
– Я не прилетал на Танегаард много лет, мама! Спасибо, что принимаешь нас с распростертыми объятиями! – Он ухмыльнулся. – На Носсусе у нас вышла незадача – вторжение сардаукаров; так что мы согласны на твое предложение прибыть под защиту Картеля. – Он откинулся в кресле, вновь приняв независимый вид, и коснулся своей новой экзотической серьги, будто выставляя ее напоказ. – Нам с тобой нужно многое обсудить.
Лицо Малины Ару на экране выглядело суровым и обеспокоенным.
– Я рада, что ты выбрался живым. Наши защитные меры превосходят даже те, что применяются в Императорском дворце, как ты, вероятно, помнишь по своей практике здесь. Как ур-директор Картеля, я предоставляю вам безопасный коридор. Следуйте по этим координатам к центральной административной крепости и приземляйтесь на указанную платформу. Я встречу вас лично. – Она отвернулась в сторону, помолчала и добавила: – Твои брат и сестра тоже здесь.
– О, значит, мы будем держаться вместе, как семья! – просиял Якссон. – Против продажных Коррино!
Наблюдая за Малиной сбоку и оставаясь вне ее поля зрения, Лето никак не мог расшифровать выражение лица этой женщины. Лидер Картеля была холодной и рациональной, всегда сосредоточенной лишь на бизнесе, и не давала волю эмоциям. Однако Якссон, похоже, вовсе не заметил ее настороженности, пока она с ним разговаривала. Самого факта, что мать присоединилась к его делу, – но так ли это? – ему вполне хватало в качестве доказательства ее искренности.
Лондин беспрестанно ерзал, но помалкивал, как и Лето. У них не оставалось иных вариантов – разве что сдаться имперским войскам или стать полными изгоями. Лето никогда не смог бы бросить Каладан и Пола, даже если бы его загнали в угол. Он должен выяснить, все ли с ними в порядке. И узнать судьбу Джессики.