Кевин Андерсон – Леди Каладана (страница 88)

Он с аппетитом принялся за сосиски.

– Это высокая похвала, я не шучу. – Она съела еще одно яйцо. – Мы сможем совместно найти выход из этой ситуации.

Джессика сумела добиться определенного успеха, и при этом ей не пришлось прибегать к манипуляциям. Удовлетворится ли Орден сестер возобновлением дружеских отношений с виконтом, зачтет ли это как победу Джессики? Как ей заявить об успехе с Джандро так, чтобы ее отпустили? Она, без сомнения, сможет наладить отношения этого аристократа с Бинэ Гессерит, сделать их менее напряженными. Но сомневалась, что этого хватит. Харишка и Мохайем недвусмысленно приказали ей стать ближайшей советницей этого человека. Джандро должен публично назвать ее своей официальной наложницей, объявить для всей Империи. Это услышат все, в том числе и Лето. От этой мысли в желудке возникло невыносимое жжение – словно она проглотила расплавленный свинец.

Это испытание для Джессики. Ей придется доказать безусловную лояльность Ордену. В противном случае они ее никогда не отпустят.

Она постоянно проигрывала в уме последний кошмарный разговор с Лето, его взгляд, стену холодного отчуждения, которую он воздвиг между ними. Станет ли он вообще ее ждать или уже повернулся к ней спиной? Джессика испытывала нестерпимую боль от одной мысли, что Ксора наверняка уже на Каладане. Ксоре поручили сделать там то же, что делает Джессика здесь. Она постарается создать узы как новая наложница Дома Атрейдесов.

Джессика посмотрела на сидящего напротив виконта. Она читала досье на него, составленное в Ордене сестер, но оно не содержало деталей.

– Почему ваш отец считал себя в долгу перед Бинэ Гессерит?

Джандро окинул взглядом статуи в саду возле лишайников.

– В детстве он едва не погиб от несчастного случая, но сестры спасли его. Он тайно пробрался на транспорт, следовавший с Элегии в Школу Матерей, потому что хотел своими глазами увидеть «ведьм», о которых много слышал. Он спрятался в грузовом контейнере, и его вместе с грузом доставили на планету. – Джандро явно доставлял удовольствие этот рассказ. – Отец оказался достаточно изобретательным, чтобы придумать способ попасть на Уаллах IX, но детали он спланировал неудачно. Его нашли почти до смерти замерзшим в неотапливаемом трюме. Сестры выходили его и известили семью о его местонахождении. Он едва не умер тогда, но поправился и выздоровел. И всю жизнь потом заботился, чтобы его пожертвования бесперебойно поступали в Орден сестер. Он до самой смерти выказывал благодарность.

Виконт нахмурился.

– Но у меня много других инвестиций и есть важные увлечения, которые требуют затрат. Дом Туллов построил достаточно зданий для вашей Школы Матерей.

Джессика поняла его.

– Нельзя принуждать к щедрости – это искажает и уродует цель. Вы должны распоряжаться фамильной сокровищницей по своему усмотрению.

Он посмотрел на Джессику долгим тяжелым взглядом, словно рассматривая волшебную шкатулку и стараясь сообразить, на какую панель нажать, чтобы проникнуть в ее голову. Искренность и откровенность женщины вывели самоуверенного аристократа из равновесия.

Взглянув на вездесущую охрану, она вспомнила и вторую часть миссии – пронаблюдать и разобраться, что это за другие «увлечения» виконта Джандро.

Она продолжала разговор любезно и дружелюбно, а со стороны собеседника тоже понемногу таял лед. Джессика владела специальными методиками Бинэ Гессерит, но ей ни разу не приходилось испытывать их на Лето. Когда ее совсем молодой женщиной назначили на Каладан, отношения Лето с Кайлеей Верниус уже умерли. В момент физического притяжения Лето возжелал ее… а она жаждала его до сих пор.

Теперь ей до боли его не хватало, но он находился далеко, очень далеко, причем не только в пространстве.

Виконт Джандро задумался.

– Если нам суждено быть вместе, так и случится. Надо верить в судьбу.

– Иногда судьбу надо подтолкнуть в нужном направлении. Главное – верно определить это направление.

Я – это я. Я – то, что делаю, а не то, кем выгляжу напоказ другим.

Когда Лето занял место в лайнере Гильдии, следуя инструкциям Якссона Ару, он обрубил все контакты с Каладаном, своими советниками и сыном.

Герцог надел заурядную одежду, приняв обличье скромного бизнесмена. Хотя Сафир Хават мог изготовить фальшивые документы, ими снабдил герцога сам Якссон – это являлось частью маскировки. Так Лето стал купцом, торговцем разными товарами с Каладана. Он запасся декларацией груза риса пунди и трилиума, обычных статей каладанского экспорта. Объявить себя торговцем лунной рыбой оказалось очень больно.

Для того чтобы ментально подготовиться к новой роли, Лето уделил некоторое время повторению сложных и запутанных уроков, которые ему, тогда еще молодому герцогу, давал Сафир Хават. Воин-ментат проявлял высокую требовательность в обучении, хотя юному Лето эти уроки иногда казались очень трудными. Однако они глубоко запечатлелись в мозгу, их словно выжгли там каленым железом. Зато теперь он мог ясно видеть все бесконечные хитросплетения влияний, последствий, связей и действий. Он научился ловко управлять реакциями, внимательно наблюдать, поражать быстротой мышления и выжидать, независимо от того, насколько велико желание действовать немедленно. Герцог Паулус тоже учил сына всему, что знал и умел, воспитывая в нем лидера, командира, государственного деятеля, дипломата и воина, страшного для врагов.

Планируя встречу с лидером мятежников, Лето поклялся как следует к ней подготовиться.

После нескольких томительных остановок на разных планетах лайнер прибыл в пункт, назначенный Якссоном. На орбите Элегии недавно открыли новую пересадочную и перевалочную станцию, современный транспортный узел, позволяющий направлять пассажиров и грузы по любому маршруту без лишней потери времени, но зато с большими удобствами. Путешествуя как простой смертный, Лето не имел в распоряжении фрегат Атрейдесов, но теперь, после стольких скандалов, привлекших к нему пристальное внимание, он наслаждался заурядностью поездки, покоем и тишиной.

Однако эта безмятежность мгновенно испарилась, стоило вспомнить, зачем он прибыл и что ему предстоит.

Лето и еще более сотни пассажиров высадились на пересадочной станции Элегии и перешли в большой чистый комплекс с широкими окнами, откуда при взгляде вверх виднелись звезды, а при взгляде вниз – планета. Лето смотрел в окно, не обращая внимания на суету пассажиров, бегающих уточнить расписание и интересующихся, когда прибудет лайнер, который заберет их и доставит к месту назначения.

Планета выглядела красиво. Лето вспомнил, что Элегией управлял виконт Джандро Тулл, у которого недавно умер отец. Его владения славились экзотическими лишайниками и изготовленными из них тонкими тканями. Их герцог видел при дворе. Но главный доход Дома Туллов приносили ему разработки металлических руд на астероидах. До недавнего времени Тулл тесно сотрудничал с Домом Верденов. Лето узнал об этом, когда наводил справки о возможных кандидатах на брачный союз Пола. Теперь же, когда Император Шаддам уничтожил Дом Верденов, Тулл, вероятно, столкнулся с серьезными финансовыми трудностями. Может, восполнить потерю помогут доходы от новой орбитальной пересадочной платформы.

К Лето подошел незнакомый человек.

– Здесь собралась масса мелких людишек, занятых своими пустяками, – сказал он. – Бесчисленные представители человечества со своими заботами, мечтами и страстями. Но я смотрю на них как на мелкую рыбешку, загнанную в чистенький прудик. Они окружены собственной вселенной и озабочены выживанием среди таких же рыбешек в пруду. Они даже не задумываются, что где-то шумит огромный безбрежный океан. – Якссон Ару перевел дух и улыбнулся. – Наша задача влить в этот пруд свежую воду, чтобы род человеческий мог пуститься в свободное плавание.

У Лето чаще забилось сердце. Он посмотрел на собеседника и нахмурился, увидев полузнакомые черты.

– У вас прекрасная маскировка.

– Мы все носим маски, друг мой. Просто моя более замысловата. – Он рассмеялся. – Но в превосходной проекции на фонтанах перед императорским дворцом я намеренно использовал прежнюю внешность, чтобы никто не увидел моего нового лица.

Он прикоснулся к щеке и ласково провел по ней пальцем.

Лето собрался с мыслями и проникся своей новой личиной, надеясь, что поведет себя достаточно убедительного для лидера мятежников.

– Вы дали мне шанс стать членом Союза Благородных, но я принимаю это предложение не без колебаний, так как боюсь насилия, которым вы угрожаете.

Якссон небрежно улыбнулся.

– Но тем не менее вы здесь, потому что для вас тоже важен конечный результат. Вы понимаете, что свободное и независимое содружество в любом случае лучше стагнирующей и коррумпированной Империи Коррино. – Он понизил голос, опасаясь соглядатаев, других пассажиров, столь многочисленных на орбитальной станции у Элегии. – Позвольте рассказать одну историю, Лето. На Оторио, в нашем родовом имении, мы с отцом часто проводили время в оливковой роще. Там росли большие, величественные, но старые деревья. Настало время, когда они одряхлели настолько, что перестали давать плоды, и нам пришлось вырубить их и выкорчевать корни – одно растение за другим, чтобы посадить новые оливы, дававшие превосходный урожай. Такова и Империя Коррино, друг мой. Надо искоренить ее и удобрить почву так, чтобы на ней могло взрасти что-нибудь замечательное.