Кевин Андерсон – Леди Каладана (страница 54)

Администратор энергично кивнул.

– Я не возражаю. Это превосходная возможность, сэр. – Он посмотрел на Лето и быстро отвел взгляд. – Если, конечно, согласится мой герцог.

Лето неопределенно кивнул и уклончиво хмыкнул.

Шагая рядом с графом Фенрингом, Лето ни на минуту не терял бдительности. Из предосторожности оба несли активированные силовые щиты, и герцог даже представил себе поединок с Хасимиром здесь, на металлических мостках, – сверкание клинков, звон защитных силовых полей. Хотя Фенринг дефилировал при дворе в изысканных одеяниях и являлся министром по операциям со специей Шаддама, до Лето доходили слухи, что этот человек скор в движениях и обладает отличными бойцовскими навыками.

Но сейчас, кажется, граф держал на уме нечто совсем иное. Он чего-то хотел – возможно, на самом деле инвестировать в рыбную промышленность Каладана, но вероятно, и чего-то большего…

Хават и Дардик присоединились к ним на краю платформы и тоже принялись смотреть на медленно ворочавшихся рыб.

– Их действительно привлекает музыка? – спросил Дардик. – Может, мне спеть?

– Не делай этого, – строго произнес Фенринг.

– Мы собираемся провести более детальное исследование повадок лунной рыбы, – ответил Лето, – но у нас уже есть данные, что музыка на самом деле их привлекает. – Он позволил себе улыбку, вспомнив последнюю свою вылазку с Полом, Гарни и Юэ. – Один из моих людей, Гарни Холлик, известен как выдающийся исполнитель – он играет на бализете. Когда мы стали лагерем на реке, он заиграл на своем инструменте, и это привлекло рыбу и буквально загипнотизировало ее; мы очень легко ее поймали.

Фенринг отозвался:

– Да, это интересно, но не спортивно.

– Мы были очень голодны, – пояснил Лето. – Там, в глуши, рыба вырастает больше, но эти, здесь, обладают более изысканным вкусом.

Он кивнул в сторону покрытого рябью пруда. Рыбины, покрытые медно-красной чешуей, то и дело выныривали, а затем снова погружались в воду.

– Ах-м-м-х-х, а верно ли что мясо мечущих икру самок ядовито?

Пор спине Лето пробежал холодок. Откуда Фенринг об этом узнал? Известно ли ему, что Пол едва не умер от того, что во время того похода съел икряную рыбу? Об этом вообще мало кто знал.

– Я слышал об этом, – ответил герцог, а затем указал рукой на разделочные цеха. – Мы никогда не выбираем самок с оплодотворенной икрой. Любопытно, что вы тоже об этом знаете.

– Я собираюсь сделать значительные инвестиции, герцог Лето. Я люблю самостоятельно разбираться в делах, – парировал Фенринг, а Грикс Дардик энергично закивал так, что казалось, голова его вот-вот оторвется от туловища.

Теперь Лето еще меньше сомневался, что интересы Фенринга весьма далеки от инвестиций в рыбную промышленность Каладана. Граф хотел выудить рыбку, но в переносном значении этого выражения.

Дардик внезапно рассмеялся и указал рукой на мутную воду.

– Смотрите, эта рыба словно танцует в воде… но выглядит она угрожающе. Они дерутся?

– Такое соперничество самцов характерно для многих видов, – отозвался Хават.

Он бросил быстрый взгляд на герцога. Ментат Атрейдесов понял, что и в этом замечании имеется особый подтекст.

Граф Фенринг улыбнулся, посмотрел на своего странного спутника, а затем внезапно прекратил прогулку.

– Я увидел во всех отношениях достаточно для адекватных выводов. Мой ментат подведет итог анализа нашего путешествия по возвращению на Кайтэйн, но я уже принял решение. – Он метнул внимательный взгляд на Лето, не обращая больше внимания ни на кого и ни на что. – У вас превосходная рыбная промышленность, и у нее большой потенциал. Перед отъездом с Кайтэйна я поговорил с моим представителем в банке Гильдии и отложил на свой счет значительную сумму в соляриях, эти деньги я могу перевести вам немедленно. – Он шмыгнул носом. – Наши ментаты могут заняться деталями. Несомненно, вы ничего не проиграете от этого обмена.

– Я не вполне в этом уверен, – сказал Лето и взглянул на паясничающего Дардика.

Всего через день после возвращения из этой поездки в замке Каладана подписали соглашение, и Фенринг сделал крупное вложение для немедленного использования в усовершенствовании главных производственных процессов в рыбной промышленности.

Увидев то, что хотел, граф теперь горел желанием поскорее отбыть на Кайтэйн. Лето нисколько не сомневался, что Фенринг представит подробный доклад Императору Шаддаму и интересовался, что же увидел этот человек? Однако герцог не особенно беспокоился, потому что Каладан для всех являлся открытой книгой.

Вскоре после отъезда графа Фенринга в космопорт Кала-Сити с плантаций риса пунди вернулись Пол с Дунканом и Гарни. Лето обрадовался, снова увидев сына; им нашлось, о чем поговорить. Гордый своей работой, Пол говорил быстро, докладывая, что видел и делал – самое главное, что он пересказал слова архивикария Тороно о возможном возобновлении нелегальной торговли айларом. Лето пообещал, что немедленно поручит Сафиру Хавату начать расследование.

Но все эти неприятные новости не могли омрачить радости от приезда Пола домой. Отец и сын стояли рядом на террасе замка, наблюдая, как челночные суда взлетают из космопорта к висящему на орбите лайнеру. Глядя на него, Лето сказал:

– Я рад, что отправил тебя. Граф Фенринг всегда казался мне подозрительным, и я до сих пор не могу понять, стоит ли ему доверять.

– Хотелось бы мне с ним познакомиться. Мы с тобой, отец, составляем потрясающий дуэт.

Пол уже казался себе совсем взрослым.

Лето вздохнул.

– Если мы с Фенрингом останемся деловыми партнерами, то, несомненно, в следующий раз ты его увидишь. Но он окутан зловещей тенью, и я не хочу, чтобы она запятнала тебя. Он вложил много денег в нашу рыбную промышленность, и мы уже нашли этим средствам достойное применение. Но я до сих пор не могу понять, чего он хочет на самом деле.

Пол нахмурился.

– Иногда надо держать потенциального врага рядом, чтобы лучше наблюдать за ним.

Лето рассмеялся, когда взлетевший корабль превратился в сверкающую точку.

– Я только что подумал то же самое! Кто тебя этому научил – Сафир Хават или Дункан?

– Это сделали вы, сэр, и я принял эти слова близко к сердцу.

Камуфляж – это важнейший навык выживания, и не только для животных, но и для дальновидных деловых руководителей.

Когда горячее тропическое солнце коснулось ровных рядов папоротника барра, воздух наполнился пикантным ароматом. Вдыхая его, Чен Марек мог оценить всю соблазнительность каладанского наркотика, но сам он не испытывал ни малейшего искушения его попробовать.

Ни один тлейлаксу не станет принимать айлар. Тлейлаксу – избранные богом люди, и им не нужны костыли, чтобы вести нормальную жизнь.

С другой стороны, тлейлаксу не испытывали никаких моральных колебаний, используя слабости чужаков для получения выгоды. Распространение наркотика не требовало особого хитроумия и даже труда. Сколь много людей нуждалось в дополнительных отвлечениях, и каждое из которых лишало их силы.

Марек высадил здесь одну из быстрорастущих разновидностей, выведенную мастером Арафой, и теперь наблюдал за его ростом на Каладане. Рабочие команды уже собрали и обработали тонны специально адаптированного папоротника. Они росли здесь превосходно, как нигде больше, вероятно, благодаря особенностям атмосферы планеты, химическому составу почвы и спектру солнечного света. Мастеру Арафе удалось поддерживать жизнеспособность саженцев в Бандалонге, но там оказалось невозможно разводить растение в промышленных масштабах. Здесь Марек мог культивировать его на огромных плантациях, и он уже восстановил некоторые каналы распространения… после того, как Лето Атрейдес уничтожил северные поля.

Маскировочные сетки излучали в атмосферу голографическое изображение непроходимых джунглей, скрывая новые нелегальные делянки. Марек сознавал, что работать легче, когда герцог находится в имперской столице, но теперь Лето вернулся на Каладан, а это могло создать проблемы. Но Лето еще не заглядывал сюда, на южный континент. Марек чувствовал себя в безопасности – во всяком случае, пока.

Тлейлаксу прошелся вдоль ряда растений, подмечая различные типы модифицированных папоротников. Некоторые отличались очень светлым оттенком зеленого цвета, а другие казались настолько темными, что на них становились практически невидимыми характерные черные пятна. В высушенных шишках разных типов концентрация айлара варьировала, и Марек экспериментировал с разными методиками обработки, чтобы определить самый прибыльный сорт.

Марек и Якссон Ару уже нашли амбициозного дистрибьютора, контрабандиста по имени Лупар, который вызвался возобновить продажу айлара на северном континенте в районе рыбозаводов, а кроме того, этот человек имел обширные связи на других планетах Империи. Но Якссон дал очень осторожные инструкции. Герцогу Лето Атрейдесу не полагалось ни о чем знать.

Чен Марек балансировал между необходимостью восстановления прибыльности – для финансирования движения Союза Благородных – и необходимостью соблюдать осторожность. Ставкой стало спасение народа Тлейлакса, освобождение его из-под гнета Коррино, и он не мог допустить раскрытия тайных операций.

Он протестировал новые сорта мастера Арафы и убедился, что получаемый из них наркотик более устойчив и менее вреден. Прежде они с Якссоном увлеклись и выпустили на рынок опасный, порой смертоносный продукт, и смертельные передозировки привлекли внимание герцога Лето Атрейдеса и вызвали его гнев. Из-за этого едва не погибло все дело.