Кевин Андерсон – Истории охотников за головами (страница 49)

Он разархивировал ключ шифрования для 802 протокола, и декодировал сообщение.

Оно было кратко:

<Хан Соло – на Джубиларе. Ларадо.>

За всю карьеру охотника, Боба Фетт редко использовал больше одного двух слов, в беседе с кем-либо. И уж тем более не говорил сам с собой, но сейчас он громко произнес – Это будет твой склеп.

На пути к Джубилару, Боба Фетт запустил музыку, которую Мясник считал более важной, чем его собственная жизнь.

Набралось более пятьсот инфочипов, которые прятал Мясник; каждый чип вмещал почти целый день музыки. Фетт выбрал наугад, один из них и включил.

Звуки, которые окружили охотника, были поразительны.

Атональные, рвущие, и режущие ухо. Он встряхнул головой, выдернул чип, и решил пробовать другой.

Длинная тишина после прошлого чипа. Фетт нетерпеливо ждал, и, наконец, его слуха достигли звуки на пределе слышимости. Фетт замер, напрягся, пытаясь расслышать. Шепот превратился в самый слабый звук деревянных духовых инструментов, а затем присоединился высокий звук рога, Фет протянул руку, снизил громкость, и стал слушать, откинувшись назад в кресло.

Голоса, окружившие Фетта, принадлежали существам дюжины рас, они смешивались друг с другом и инструментами, они звучали мелодично и красиво, на языке который охотник никогда не слышал прежде.

– Выключить свет,- отдал команду Фет через некоторое время.

Он сидел в кабине, на пути к Джубилару, чтобы убить Хана Соло, слушая в темноте единственную копию во всей галактике, последнего концерта легендарного Бруллиана Дилла.

На Девароне, под темно-синими небесами, которые часто посещали мечты Кардуе'сэй'маллока в течение более чем двух десятилетий, приблизительно десять тысяч деваронцев сходились на Поле Осуждения возле руин древнего святого города Монтеллиан Серат, города, который Маллок обстрелял и превратил в то, чем он стал сегодня.

Это был красивый день середина холодного сезона, с холодным северным бризом, и высокими бледными облаками, скользящими вдоль потемневших небес. Солнце зависло низко над южным горизонтом; Голубые горы поднялись далеко на севере. Маллок только сейчас обратил внимание на деваронцев вокруг, члены семьи, одетые в траурные одежды и смотрящие как его подвели к яме, где ждали куарра.

Маллок услышал рычание животных, услышал рычание, повышающееся по мере приближение к яме.

Его дочь и брат шли несколько шагов позади.

Маллок вспомнил, что он когда-то имел жену; он задумался, почему её там не было.

Возможно, она умерла.

Дюжина куарра в яме, тощие и голодные, подскакивали к краю ямы, где охранники правосудия остановили его.

Деваронцы не любили церемоний; герольд выкрикнул, – Мясник Монтеллиан Серат!- и крики толпы окружили Маллока, сильным ревом, заглушившим рычания куарра; путы, которые держали пленника, были сброшены и сильные молодые руки толкнули его вперед в яму, где ждали голодные куарра.

Куарра подскочили, и их зубы впились в тело прежде, чем оно достигло земли.

С того места, где он упал, были видны голубые горы.

Он почти забыл горы, леса, за все те годы, что провел в чужом пустынном мире.

Деревья были красивы.

Надо выгнуть голову назад.

Хану пришлось купить спидэр, на Джубиларе мало, что сдавалось в наем.

Слишком часто вещи, сданные в наем, не возвращались.

В ранних сумерках Хан припарковал спидэр и вышел, чтобы осмотреться.

Почти тридцать лет.

Он чувствовал себя постаревшим. Все изменилось. Строения, которые он помнил как ухоженные, были заброшены, строения, которые имели обыкновение быть заброшенными, были разрушены, и новые строительства занимали эти земельные участки. Трущобы распространились всюду – бесконечные воины на планеты разрушали все вокруг.

Окрестности, в близи Форума Победы, где когда-то сражался Хан, были разрушены. Со стороны это походило на руины древней цивилизации, стертой столетиями. Небольшие строения, окружающие Форум, зияли провалами выгоревших или забитых досками окон; стены покрывали выбоины и подпалины, следы бластерного огня.

Все, что оставалось от самого форума, это горы щебня, засыпавшего огромные провалы арок. Хан сошел с тротуара, в одну из них. Стекло и гравий захрустели под ногами, когда он направился к основному входу.

Стоя в пустой арке, уставившись на опустошение, он вспоминал, как все происходило тогда, много лет назад:

: он стоял в кольце. Перед противниками, в окружение криков приветствия и колкостью толпы в ушах. Его взгляд и дыхание напряжено в ожидание момента, когда флажок опустится к земле, и три бойца ринутся на него.

Хан прыгнул к ближайшему из них. Он взлетел на два метра от земли и врезал ногой в лицо бойца. Нос человека сломался, его голова откинулась назад, больше у Хан не было ясной памяти о следующих нескольких минутах. Кто-то сделал запись поединка, и он видел её позже; но происходящее на экране, не как не могло уложиться в голове. Юноша сильно пострадал, травмы были ужасны, он уходил с арены со сломанной рукой и челюстью, двумя сломанными ребрами, сотрясением мозга и сенниками на половине тела; на следующий день ушибы стали фиолетовыми. Он даже не мог вспомнить, как выглядела женщина, которая беспокоилась о Хане следующие несколько дней, хотя отчетливо помнил ее пальцы смазывающие ушибы.

Здесь. Прямо: здесь.

Хан стоять в самом центре. То самое опустевшее пространство: то самое кольцо. Арена. И когда все было кончено, он оказался единственным, оставленным на ногах. Тридцать лет, больше половины жизни прошло с того дня.

Хан сделал медленный шаг: остановился и бросил последний взгляд, осматривая опустошенные развалины, простирающееся до самого горизонта и пошел прочь назад к спидэру. Забравшись в машину, Хан откинулся, назад заложив руки за голову, и стал смотреть в небо пока, сумерки медленно обтягивали все вокруг.

– Мэр Бейкр,- сказал Хан. – Это удовольствие видеть вас.

Он встретил ее в ярко освещенном складе гидропоники, в комплексе складов на краю Смерти, эту часть Смерти, имели обыкновение называть Колонной Палача. Хан приехал подготовленным; один из бластеров был на виду в кобуре, еще два закреплены под курткой, и еще один спрятан в ботинке. Не то, чтобы ожидались неприятности, но это был бизнес, бизнес, в котором он учувствовал задолго до восстания, и по этому хорошо знал, как должен вести себя. Нет смысла в том, чтобы рисковать, на такой планете как Джубилар, в таком городе как Смерть.

Хана наняли, чтобы провести контрабандный груз Джандарра на Шалам, Хану почти расхохотался, когда мэр оказался совсем близко; Джандарра был одним из любимых лакомствй Леи. Он ожидал, что даже она будет удивлена, когда обнаружит его на Шаламе с таким грузом; и, конечно же, местные власти не посмеют выдвинуть обвинение в нарушение закона.

Мэр улыбнулась Соло. Она была высокой, тучной женщиной с очаровательной улыбкой. С ней было четыре телохранителя; два у входа на склад, два несколько шагов позади мэра, все в броне и вооружены штурмовыми винтовками. – Джентльмен Моргави Люк, не так ли?

Хан улыбался в ответ. – Правильно. Люк Моргави. Как я уже сказал вашему помощнику, госпожа, я независимый торговец с Боранда.

Женщина кивнула. – Очень приятно, Люк. Пожалуйста, следуйте за мной. – Женщина пошла вниз мимо рядов резервуаров с гидропоникой, к стеллажам в задней части, где рассеянный свет был более ярок и имел другую длину волны. В резервуарах, росли маленькие фиолетовые и зеленые трубчатые овощи. <Джандарра>. – Исконное место их произрастания Джубилар; они относятся к редким деликатесам и растут обычно только в пустыне после относительно редких ливней. После почти двух лет работы мы сумели вырастить их здесь.

Хан кивнул.

– И на Шаламе на 100% подняли пошлину. – В ее голосе послышался гнев. – Здесь мы имеем груз на восемьдесят тысяч кредитов, который теперь стоит только сорок.

– Им нельзя доверять,- посочувствовал Хан. – Они также жульничают в карты. Вы знали это?

Она остановилась и посмотрела на Хана. – Нет,: Джентльмен Моргави. Я не знала. Но я знаю, что ты шулер подумала она, и выдала приятную улыбку на лице – это было трудно. Он действительно не узнал её, что ж, тридцать лет долгий срок, в конце концов, и она набрала шестьдесят килограммов; и после неудачного брака с Миаджи Бейкр, ее больше не звали Инкави Ларадо.

– Цена восемьдесят тысяч кредитов,- снова повторила женщина. – Официальная поставка на Шаламет будет, стоит на сорок тысяч меньше. И нас это не устраивает.

– Пятьдесят процентов от рыночной стоимости,- сказал Хан вежливо. – За двадцать тысяч кредитов, и я буду, счастлив, выполнить эту работу.

Ее глаза сузились. – Вы думаете, что сможете обмануть их флот?

Хан ответил, – Леди, я и раньше оставлял с носом имперцев. И не что нибудь, а Звездные Разрушители. Могу рассказать:

Боба Фетт лежал в темном углу и тщательно корректировал прицел – Сначала он собирался вбежать через главный вход склада гидропоники, что не вызывало особых проблем за исключением того, что некоторые из резервуаров стояли прямо на пути и он столкнулся с тем что придется ждать Соло вернувшись к входу на склад.

Фетт терпеливо ждал. Он был удивлен неожиданной удаче; кто бы мог подумать, что западня устроенная три десятилетия назад, сработает сейчас?

Действительно удача, даже в нынешнее время, после падения Империей, Хан Соло имел много врагов: родственники Джаббы, лояльные офицеры Империи, которые сумели поддерживать маленькие феодальные владения на тысяче планет в галактики; и различные награды за Соло, Мертвого или Живого, были все еще внушительны, равные тем, что предлагали Вейдер, Джабба и Империя; это стоило усилий, даже имея в банке четыре с половиной миллиона кредитов.