Кэтрин Вайс – Измена. Босс из прошлого (страница 5)

– А, и вот ваш кофе, – спохватываюсь, вспомнив о занятых руках. И затем спешу сократить расстояние.

Тимофей Алексеевич молчит, поэтому начинаю опускать поднос на стол перед шефом, но мне надо умудриться сделать это так, чтобы выудить распечатку с планом проекта, которую я положила под поднос, пока несла. Как жаль, что я не фокусник, ведь когда пытаюсь одной рукой удержать ношу, а второй достать листок, чашка немного наклоняется и начинает ехать в сторону, быстро стараюсь выровнять поверхность, отчего движение получается резковатым. В итоге чашка устремляется в противоположном направлении, а это на секундочку как раз к боссу. И как бы я ни хотела, предотвратить конфуз не получилось. Посуда ударяется о небольшой бортик подноса, отчего несколько капель по инерции вылетают наружу и благополучно приземляются на брюки шефа.

Он хоть и шарахнулся в сторону при виде моих выкрутасов, но это его не спасло.

Твою мать! Как печально быть криворуким.

– Ты что творишь! – зло выплёвывает начальник, вскочив со стула.

– Простите, – заикаюсь и одновременно офигеваю от его роста.

Мужчина с трудом, но сдерживается от нелестных высказываний, а затем широкими шагами скрывается за дверью, видимо, личного санузла.

Всего секунду постояла в шоке, а потом быстро сняла чашку с подноса, потом достала план проекта и вернула всё, как было.

Ну почему нельзя было сделать так сразу? А потому что кое-кто хотел просверлить во мне дыру своими чёрными глазищами, вот я и накосячила от волнения.

Так что Суворов сам виноват, и я уже извинилась. Думаю, из-за такой мелочи, как кофе не увольняют ведь, правда?

Вернулась на то место, где стояла, когда вошла и принялась ждать босса из туалета, нет, как-то плохо звучит. Принялась ждать вердикт, вот…

Глава 7

Спустя пять минут, которые тянулись для меня целую вечность, босс вышел из туалета. Злой и мрачный как туча. На бедре замечаю сырое пятно от попыток застирать кофейные пятна.

М-да, неудобно получилось.

Мужчина возвращается в кресло, а я внимательно слежу за ним и молчу. Надо ли что-то сказать? Не знаю. Лучше пусть сам говорит.

Но только вместо слов Тимофей Алексеевич нажимает кнопку на селекторе и сухо произносит:

– Алина, вы уволены!

Чего блин? Мои глаза лезут на лоб. Это он так решил вопрос из-за того, что девушка попросила занести ему поднос, а я оказалась рукожопом? Она ведь не виновата! Это не этично вот так вышвыривать людей, даже я бы сказала не справедливо в конце концов! Внутри разгораются разные эмоции, на первых парах злость на начальника, а потом и вина за подставу секретаря.

– Поняла, – доносится из селектора дрожащий голос. – Сейчас напишу заявле… – недослушав, Суворов убирает палец с кнопки, и остаток слова утопает в тишине.

– Так, теперь вы! – переводит на меня жёсткий взгляд.

– Она не виновата! – почти выкрикиваю, не справляясь с эмоциями.

– Елизавета… как вас там…

– Константиновна, – помогаю, а потом набираю в лёгкие воздух и спешу выдать всё, что крутится на языке. – Тимофей Алексеевич, это я сама предложила отнести вам кофе, всё равно шла в кабинет, – вру лишь бы спасти секретаря от увольнения. – Алина не виновата! Это у меня руки из ж… то есть я поторопилась, переволновалась, всё-таки первое знакомство с начальством. Не хотелось упасть лицом в грязь. Хотя да звучит глупо, ведь получилось, так как получилось. Но я вас очень прошу, не увольняйте её, я не смогу жить с таким грузом ответственности. Лучше тогда уж меня увольте…

– Хватит! – выкидывает руку вперёд и морщится. – Остановите уже этот поток бесконечных слов.

Резко смыкаю губы и удерживаю в себе остаток фразы по поводу того, что смогу найти себе место получше. Блин хорошо, что он меня остановил, а то наговорила бы счас на свою голову.

– Что мне делать, я решу самостоятельно. Мне ваши советы без надобности. Алина всего три дня, как работает и только одни проблемы от неё. Так что увольнение рано или поздно настало бы, – чеканит практически каждое слово, и я убеждаюсь в своих предположениях. Суворов не зря носит свою фамилию. Деспот!

– Дайте человеку время адаптироваться и попробуйте меньше муштровать, чтобы вас не боялись подчинённые до дрожи в коленях, тогда, возможно, и работа будет качественнее! – выпаливаю, не скрывая нахлынувших чувств, отчего высказывание звучит как претензия. Но с другой стороны, на правду, ведь не обижаются? Или… Ой, кажется, зря.

Босс нахмурился ещё сильнее, прям бьёт все рекорды. Брови ведь не могут сложиться крестиком? Или могут? Да это ж чисто физиологически невозможно, но у шефа почти получается. Офигеть!

– Елизавета…

– Константиновна, – зачем-то вставляю.

– Я запомнил! – ещё немного и мужчина зарычит. – Вам не кажется, что вы забываетесь?

– Эм… – реально задумалась. – На правду не обижаются, поэтому нет. Вы меня уволите за это? Я ведь тоже всего второй день на работе, а уже вон и кофе пролила, и как вы сказали, забываться начала.

– Сядьте! – ну всё рычит. Блин, наверное, плохая примета доводить начальство до истерики в первое знакомство. Но с другой стороны, а нечего быть таким деспотичным!

Делаю пару шагов и опускаюсь на стул для посетителей, в этот момент дверь распахивается и на пороге появляется Алина.

– Стучать не пробовала? – рявкает босс, и девушка чуть приседает от страха.

– Я… П-простите… Я п-принесла заявление… – заикается уже бедная.

Бросаю на Суворова взгляд по типу – вот видите! Мужчина замечает это, смотрит то на меня, то на работницу и вдруг его лицо распрямляется. Он будто только что действительно понял, что я пыталась донести.

– Алина, в следующий раз стучите, и пока заявление отменяется, – произносит более ровно.

Батюшки! Кто-то, оказывается, может быть адекватным.

– Хорошо, спасибо, – бормочет девушка и по глазам видно, как она шокирована словами начальника.

– Вы свободны, – говорит босс, и дверь почти бесшумно закрывается, оставляя нас вновь наедине.

Минуту в кабинете царит тишина, а потом мужчина весьма деловым тоном, будто недавно не хотел никого порвать на клочки, начинает:

– Елизавета Константиновна, о вас ходят легенды. Точнее, о качестве вашей работы. Те два завода, где вы внедрили свои разработки, значительно увеличили показатели. Поэтому мною было принято решение о переводе вас на более высокую должность. Вчера вы были предоставлены сами себе, и, надеюсь, успели освоиться, но сегодня сто́ит задуматься о разработках нового проекта…

– А я уже, – перебиваю.

В начальственных глазах вновь мелькает раздражение, но быстро сменяется чем-то похожим на удивление.

– Что вы уже?

– Проект запланировала и даже накидала краткий план для себя, – отвечаю, протянув ему распечатку.

Тимофей Алексеевич берёт лист и изучает содержимое. Спустя пару минут возвращает бумагу и произносит:

– Думаю, можно начать с более полезных вещей, чем замена окон.

– Не поняла? – настал мой черёд хмуриться.

– Считаю более важным оптимизацию производственных процессов, нежели…

– Подождите, вы хотите сказать, что вам плевать на людей, которые работают в холоде? – опять перебиваю и мысленно одёргиваю себя. Где мой профессионализм? В присутствии Суворова меня будто подменили! Так надо взять себя в руки и быть паинькой.

– Там же не минусовая температура, – пожимает плечами, подтверждая мои догадки. – Да и показатели в компании не вырастут, если колл-центр будет в тепле.

– Я, конечно, ещё не анализировала, но могу предположить, что очень даже вырастут. Приведу пример. Если человек находится постоянно в прохладном помещении, то иммунитет снижается, и работник рано или поздно уйдёт на больничный. А из-за того, что не долечится, чтобы поскорее выйти на работу, ведь в зарплате никто не хочет терять, его защитные функции организма всё так же будут слабы, а в офисе холодно. Следовательно, через короткий промежуток времени всё повторится вновь. И вот к нам обращается потенциальный покупатель, но помочь ему некому. Большинство болеет, а те, что остались, не справляются. Человек уходит в другую фирму. Или просто звонит клиент, у которого, например, задерживается доставка, вроде мелочь, но ему всё по той же причине не помогают, поэтому в следующий раз клиент может и вовсе не обратиться к нам.

– Хм, интересные доводы у вас, – задумчиво говорит босс, когда я заканчиваю свою пламенную речь. Одно радует, наконец, смогла взять себя в руки и проявить сдержанность.

– Это не доводы, а реальные примеры. Я, конечно, человек подневольный, если откажете, то буду думать, чем помочь производству, но как, мне кажется, данный проект можно закрыть за пару месяцев и уже после переходить к чему-то более глобальному, – использую, ведь свой дар убеждения. Не зря же я оптимизатор, о котором, как выяснилось, ходят легенды.

– Мне надо подумать…

– Хорошо. Сообщите мне о вашем решении в кратчайшие сроки, пожалуйста, – поднимаюсь и иду к выходу. – А я пока начну готовить презентацию с анализом данных, чтобы не быть голословной.

– Стойте, – нервно окликает, когда моя рука легла на дверную ручку.

– Да? – поворачиваюсь и быстро прокручиваю в голове, что опять сделал не так.

– Во-первых, я вас ещё не отпускал, а во-вторых, идёмте, посмотрим на ужасный холод в колл-центре, – поднимается из-за стола.

Блин это что мне сейчас придётся в компании босса прогуливаться по офису? Капец…