Кэтрин Стэдмен – Акт исчезновения (страница 13)

У меня кровь стынет в жилах. Боже, прошу, только не мюзикл!

Я вспоминаю свой единственный опыт «а капелла» на съемках «Эйр». Тогда я так раскраснелась, что пришлось прекратить съемку и звать гримеров. Конечно, Джейн должна была засмущаться, но явно не до аневризмы. Сердце колотится при одной мысли, что на встрече в «Юниверсал» меня могут попросить спеть. Лихорадочно листаю сценарий в поисках песен, но, к счастью, не нахожу ни одной.

Набираю в телефоне запрос «Галатея», и в верхней строке появляется ссылка на «Википедию». Миф о Пигмалионе и Галатее. Скульптор Пигмалион вырезал из слоновой кости статую – идеал женщины, назвал Галатеей и влюбился в нее. И Галатея ожила. Мечта любого мужчины.

В голове сразу вспыхивает имя: Наоми Фэрн. И я чувствую себя виноватой. Она не может быть другой – не такой, какая есть. Ненавидь игру, Миа, а не игрока.

Верчу в руках сценарий – пожалуй, лучше заняться чтением.

Я полулежу в кровати, и мне остается до конца десять страниц, когда пищит телефон. Смотрю на экран и с удивлением вижу сообщение от актрисы, которую не видела много лет. Би Миллер. Я сделала в Вотсапе рассылку, написав «Я в городе» почти всем актерам из своих контактов, но не ожидала, что она мне ответит. В сообщении говорится, что она тоже в Лос-Анджелесе и предлагает позавтракать завтра утром в Венисе[27]. Далековато, да и мы с Би никогда не были близкими подругами, но мне совсем не помешает отвлечься. Больше не хочется проводить время в одиночестве. К тому же на завтра у меня нет особых планов – только навести справки насчет этого нового сценария. Я отвечаю Би, и мы договариваемся о встрече.

Дочитываю последнюю строку и переворачиваю рукопись, еще раз взглянув на титульный лист.

Твою мать… Гляжу ошарашенно, проведя рукой по шелковистой бумаге. Вау. Это здóрово. Очень-очень хорошая роль в прекрасном фильме. Мой шанс. Ключ к успеху.

Пытаюсь понять, почему Кэтрин Майер решила, что я подойду на эту роль. И вдруг мне становится ясно: все из-за Джейн. Кэтрин Майер хочет, чтобы главную роль в этом фильме сыграла Джейн Эйр. Вот с кем она хочет встретиться в пятницу. С Джейн, а не со мной – Мией из сельского Бедфордшира. Не с Мией, которую меньше недели назад бросил ее парень, написав всего три слова. Не с Мией, к которой уже несколько дней не прикасалось ни одно человеческое существо, не считая случайного рукопожатия. Кэтрин хочет не меня. Да, теперь ясно. Кэтрин Майер хочет, чтобы Джейн Эйр – отчаянно независимая женщина с чувством собственного достоинства – сыграла главную роль в новом фильме ее студии. Что ж, я готова. Я могу играть Джейн даже во сне. И если она добудет мне эту роль в этом фильме, я буду ею столько, сколько нужно.

Смотрю на сценарий – просто блестяще. Это не мюзикл, а трагикомедия со сложными удивительными персонажами. Для опытной актрисы эта роль станет наградой, а для начинающей – настоящей судьбой. Ролью всей жизни. Такая мысль вселяет не страх, а надежду – чистую, радужную. Я смогу сыграть. Я уже представляю каждую сцену. Эти слова написаны для меня.

Мне просто нужно убедить Кэтрин во время нашей встречи. Просто нужно быть той, кем она хочет меня видеть.

В тишине пронзительно пищит телефон. Сообщение с неизвестного номера.

Я вспоминаю о Эмили – о ее вещах и своем обещании вернуть их.

Но у нее нет моего номера. Она так и не вернулась и не забрала записку.

С опаской открываю текст.

Среда. 10 февраля, 22:57

Привет. Это Ник. Прости, что написал сам. Мне дали твой номер на кастинге в студии днем. Просто хотел сообщить, что я оплатил ее парковку до завтра. Появился парковщик, и все вышло как-то само собой. Так что с парковкой улажено до завтрашнего полудня. Прости, что украл твой номер. Просто интересно, все ли получилось? Ник

Даже не знаю, как реагировать. Воображаю, как он прячется в кустах под окнами студии, где проходит кастинг. А потом, когда Далила выходит после работы, плетет ей какую-нибудь историю, изображая благородного рыцаря. И все только для того, чтобы узнать мой номер…

Но потом я вспоминаю, что Ник работает напротив ее офиса. И он такой красавчик, что она могла остановиться как вкопанная и засмотреться. Наверное, Далила сразу дала ему мой номер. И, если честно, он совсем не похож на сталкера. Красавчики с хорошей работой этим обычно не занимаются. К тому же довольно мило с его стороны оплатить парковку Эмили.

Я вдруг ловлю себя на мысли, интересна ли я Нику. Если вообще кто-то способен заинтересоваться мной после Джорджа. Ник таким образом пытается завязать отношения? И когда-нибудь мы с затуманенными глазами расскажем нашим внукам историю, как мы встретились? Надеюсь, что нет, потому что я сейчас не в том состоянии, чтобы что-то затевать. Даже короткую интрижку. И я уверена на все сто, что после Джорджа не собираюсь встречаться с мужчиной симпатичнее меня.

Тем не менее я позволяю своему большому пальцу зависнуть над клавиатурой мессенджера. Наверное, Ник просто вежливый. Но поболтать с ним не повредит, к тому же меня распирает от желания с кем-нибудь обсудить сегодняшние события.

Я печатаю:

Ник, ты страшный человек. Но спасибо, что рассказал. И спасибо за оплату парковки. От Эмили никаких новостей. Надеюсь, объявится завтра. Если нет, свяжусь с ее агентом через своего. Странно, что она не хватилась бумажника. Все это очень странно. Надеюсь, она в порядке – просто чокнутая. М

Добавляю после своего имени «х», потом стираю и нажимаю «отправить». На экране пульсируют серые точки – он печатает ответ. Интересно, где Ник работает, имеет ли какое-то отношение к кино… Может, и не имеет: в Лос-Анджелесе живут и работают разные люди. Может, он архитектор… Пытаюсь представить его за кульманом, уткнувшимся в планы этажей. Нет, он не похож на парня, который сидит сиднем целыми днями.

Его ответ появляется на экране:

Кстати, я даже не спрашивал у секретарши твой номер. Она просто дала его мне! С оплатой парковки никаких проблем. У меня тоже случались истории с местными парковками. Меня немного беспокоит ситуация с Эмили, все это как-то странно, но ты делаешь правильно, давая ей шанс. Дай знать, если могу чем-то помочь. Ник

Пульсирующие точки исчезают. Видимо, на сегодня все. Уже 11 вечера. Людям, у которых серьезная работа, надо высыпаться. И мне, наверное, тоже пора спать.

Снимаю увесистый сценарий «Галатеи» с колен и осторожно кладу его на стол в углу гостиной. Волшебные огоньки на знаке «Голливуд» освещают холмы. Я задумываюсь, какое расстояние от моего окна до тротуара внизу. Думаю, как та актриса нырнула с сияющего знака «ГОЛЛИВУД» в темноту, и вздрагиваю.

Задергиваю тяжелые шторы и напоминаю себе, что линии разломов могут не двигаться годами, – я не упаду. Я в безопасности здесь, наверху, в своей сверкающей башне. И с той актрисой у меня ничего общего.

11

Брошенный автомобиль

Все сто десять фунтов Би Миллер восседают напротив меня в буддийской чайной «Безмятежное облако» на Венис-Бич. Наш поздний завтрак состоит из рисовых лепешек с ломтиками авокадо и перцем чили и тибетского соленого чая. Вселенная явно наказывает меня за съеденный вчера в «Ин-и-аут» бургер.

Би грызет свою рисовую лепешку.

– Ничего не понимаю, – говорит она с набитым ртом. – Они предложили роль ей. Знаю, не стóит об этом, но у нее два подбородка, Миа. Реально два подбородка.

Она рассказывает мне о своих пробах в понедельник: на роль взяли другую актрису. Новый телесериал о супергероях.

Би комично пожимает плечами и продолжает:

– И что мне делать? Тоже обзавестись двумя подбородками? Понятно же, что она не в форме – не то что я – и не годится для экшна. Как они собираются снимать сцены драк? После двух серий «Последнего сражения» совершенно ясно, что я выполняю трюки лучше ее. Да и откуда у нее опыт – разве что в том дерьмовом шоу про петлю времени? Где она, кажется, даже не в главной роли?

Не знаю, что ответить, и просто киваю, прихлебывая отвратительный чай и пытаясь погрузиться в «безмятежно-облачные» мысли, пока кафе вокруг жужжит от таких же неприятных разговоров.

– Благослови ее господь, – продолжает Би с пугающей серьезностью, – я знаю, что она борется со своим весом, но как они вообще собираются ее снимать? В каком ракурсе? Им придется снимать все ее сцены сверху.

Внутренний голос подсказывает: пора что-то ответить.

– Ну не знаю, Би. По-моему, она в приличной форме. Да я и сама далеко не модель, если ты понимаешь, о чем я.

Би смотрит на меня большими невинными глазами, словно я обвинила ее в преступлении на почве ненависти.

– Боже мой, Миа, – выпаливает она извиняющимся тоном. – Перестань… Я совсем не тебя имела в виду. Ты выглядишь потрясающе. Ты от природы худая. И я никогда бы даже не… Боже, ты, наверное, считаешь меня стервой. Но я только хочу сказать, что речь идет об остросюжетном сериале, основанном на комиксах. Костюмы в основном из латекса. Для тебя-то это не проблема, ты можешь сыграть кого угодно вроде Остин[28]. Просто этот сериал станет для нее тяжелым испытанием. Придется постоянно себя контролировать. Думаю, продюсерам придется нанять для нее диетолога. Ей предстоит очень много работы. Будет реально тяжело – это все, что я имела в виду. – Она примирительно откусывает от рисовой лепешки.