Кэтрин Рамсленд – Откровения маньяка BTK. История Денниса Рейдера, рассказанная им самим (страница 56)
Керри вспомнила, что их ближайшая соседка Марин Хедж оказалась одной из жертв. Убийство Хедж напугало Керри, но отец успокоил ее. Потом она вспомнила, что в ночь убийства Хедж отца не было дома. Предположительно он находился в скаутском лагере вместе с ее старшим братом Брайаном. Керри начала осознавать, что и другие его отлучки совпадают с датами преступлений. Ее уверенность поколебалась.
Керри позволила агенту взять мазок у нее изо рта на анализ ДНК. Позднее она узнала, что ее отец признал себя виновным даже в большем количестве убийств, чем ему вменяли изначально. Он убил
Да, подтвердила Керри, он был хорошим отцом. Мог иногда сорваться, особенно если трогали его вещи, но ни разу не поднял на нее руку. Он посещал церковь и учил ее божьим заповедям.
Вскоре после ареста Керри написала отцу письмо, где говорилось, что он не может надеяться на сохранение прежних отношений между ними. Членам семьи нужно как-то переварить эти новости и его ложь. Она просила его не заставлять их пройти через судебный процесс. Сначала Рейдеру не хотелось отказываться от такого грандиозного спектакля, но в конце концов он согласился признать себя виновным. Это не спасло семью Рейдера от попыток общественности переложить на них часть вины за его преступления. Отвечая на вопросы судьи, Рейдер подробно осветил детали каждого из убийств.
Как-то вечером, в 2006 году, Керри написала отцу еще одно письмо.
Мне не стоит говорить тебе, что я обожала тебя, что ты был светом моей жизни… это правда, как бы горько она сейчас не звучала. Но кто может меня осудить? Нет ничего возмутительного в том, чтобы сердиться на своего отца, про которого знаешь, что он – серийный убийца…
И тут же мне хочется тебя спросить, тепло ли тебе по ночам… Мне так жаль, что ты сидишь один в этой тесной бетонной клетке, и иногда я думаю, как бы мне хотелось тебя обнять.
Она его не отправила. Однако постепенно Керри пришла к прощению благодаря поддержке прихожан своей церкви.
В декабре 2012 года Керри снова написала Рейдеру, сообщив, что хранит о нем теплые воспоминания и прощает его. «Я не знаю, смогу ли когда-нибудь приехать повидаться с тобой, но помни, что я люблю тебя и надеюсь на встречу с тобой на небесах».
Рейдер переслал мне статью из «Уичито Игл», обрадованный тем, что дочь начала говорить о нем.
15. Внутренний Минотавр
Моя жизнь полна синонимов, а Темная Сторона – антонимов. Наверное, дело в компартментализации. Я могу переключаться с одной стороны на другую, носить и Белую, и Черную Шляпу.
Рейдер писал о себе все прошедшее десятилетие. У него есть свои соображения насчет того, каков он и почему совершал преступления, но они меняются по мере ознакомления с новыми теориями. Например, посмотрев цикл из двенадцати передач Чарли Роуза о функционировании человеческого мозга, куда входил и эпизод про насилие, он написал следующее.
«Я не все понял, но меня всегда интересовала любая информация, способная объяснить, почему я перешел на Темную сторону. Я не вписываюсь в обычный профиль. Я как квадратная затычка, которую заталкивают в круглое отверстие, – квадратная даже по сравнению с другими Минотаврами. Думаю, у меня присутствует дислексия, проблемы с написанием букв и цифр, если они не разбиты на маленькие группы. Я вижу монстров в узорах на потолке и на стенах.
Если ночью я погружаюсь в свои мысли, волосы на шее у меня встают дыбом, а глаза таращатся в темноту. Губы начинают дрожать, словно я трансформируюсь в монстра. Возможно, при мыслях о том, что я видел ранее, мой разум берет власть над телом.
Временами, когда у меня мечтательное настроение, я смотрю на себя в зеркало и начинаю подрагивать и рычать. Я словно волк или собака, предупреждающие окружающих. Для меня это чувство сродни Джекилу и Хайду, своего рода «крещендо». Наверное, это мое темное подсознание бьется за контроль, чтобы вступить на Темный путь. Недавно я начал говорить низким голосом – это происходит в конце дня, когда я устал или в плохом настроении, [я говорю] на иностранном наречии, сам с собой, бормочу себе под нос. Одна фраза, которую я повторяю, [звучит]
В полицейском отчете, содержащем признания Рейдера, указывается, что он не страдал «никакими психическими заболеваниями», но сам Рейдер считает это утверждение спорным. Он прав в том, что полицейские не эксперты в подобных вопросах, хотя они и отметили его «тягу ко злу».
На допросе Рейдер признал, что в нем есть «некоторая доля» педофилии, потому что он хранил, в частности, картинки с детьми, плюс совершил сексуальный акт в отношении Джозефины Отеро. Мысль о том, что он может быть педофилом, «сильно меня беспокоит. Я знаю, что мужчины с возрастом начинают поглядывать на молоденьких женщин. Например, в фильме «Лолита». Для меня они сексуальный объект, вроде куклы или манекена. Я ненавижу детское порно, да и взрослое тоже. Это не мой стиль, его не было в моей коллекции. Сейчас, пока я сижу здесь, тяга к сексуальным фантазиям у меня меньше. Может, дело в возрасте, а может, в тюремной обстановке». (Криминальные психологи установили, что он не отвечает диагностическим критериям педофилии.)
«Триггером для убийства Отеро стало увольнение из «Сессны», когда я встал на темный путь. Но что заставило меня убить Брайт, Фокс, Виан и остальных? Что заставляет человека совершать подобное, а потом возвращаться домой, к жене и ребенку? Наверное, так действуют шпионы, которые выполняют свою работу и имеют семью. Я испытываю теплые чувства к семье и друзьям, но абсолютно холоден к тем, кого считал объектами своих нападений.
Вегерле случилась, когда в моей компании были проблемы с управлением. Это было трудное время, а с Дэвис я находился в конце долгого этапа безработицы и уже практически сдался. Интересно будет сравнить даты с тем, когда мне отказали в полиции [после увольнения из ADT]. Но главное, что и без всякого стресса я всегда находился в состоянии охоты, слишком много фантазировал, мечтал целыми днями, искал веревки, разные приспособления для бондажа и испытывал возбуждение от созерцания картинок со связанными жертвами. Семя было посеяно в раннем детстве, и теперь оно привело к темному пути! Когда у меня не было работы, а Пола рано вставала и уходила из дома, я оставался в постели и предавался фантазиям. Я уделял им слишком много времени. Они стали слишком сильными.
Следующие шесть факторов, думаю, направили меня на Темную сторону: 1) монстры, которых я боялся (и чтобы преодолеть страх, сам стал таким); 2) куры, которых подвешивали за ноги, чтобы отрубить им голову; 3) мои переживания в амбарах и сараях (плен, веревки, игры с братьями); 4) «Дом восковых фигур», фильм, где монстр контролирует связанную жертву; 5) жестокие учительницы в школе (связать их и получить сексуальное удовлетворение) и 6) превращение фантазий в вуайеризм в возрасте 11–12 лет.
Я начал как Белая Шляпа, хороший парень.
Я получил психологическую травму, когда у мамы рука застряла в диване и когда она заставила меня пойти вернуть трактор. Я был очень чувствителен к критике. У нас не сложилось с ней близких отношений. Также я чувствовал себя отвергнутым, когда потерял свою первую девушку. Я был вспыльчив и не смог с этим смириться.
Поначалу мы были бедны, а мои одноклассники жили куда лучше. Я не мог соперничать с ними. Мне пришлось устраиваться на работу в старшей школе, чтобы что-то себе позволять. Но я не очень хорошо учился, был стеснительным, и в классе меня унижали. Бывало, меня дразнили и даже били. Я придумал себе воображаемый мир, чтобы скрываться в нем.
Я ненавидел свою учительницу в пятом классе и превратился в одинокого волка, увлекся бондажом. Секс и бондаж смешались между собой. В фантазиях она была моей первой реальной жертвой. До того я во всем слушался учителей. После четвертого класса это прошло. Первая сексуальная разрядка случилась, когда я обвязал себя веревкой, пока следил за учительницей. То, что было допустимо в детстве и потом в подростковом возрасте, позднее сделало меня Темным Монстром.
Темная жизнь по-настоящему началась, когда мне было 13–14 лет. Я нашел и прочитал отцовскую книгу про Харви Глатмена. Я мастурбировал, пока ее читал. Я занимался легким бондажом и читал рассказ в «Редбук» про парня, который душит свою девушку. (Некоторые мои непристойные рекламки напоминали девушек с фотографий Глатмена, которые должны были вот-вот умереть.)
Я наблюдал за людьми через подзорную трубу, сидя на дереве. Я читал много детективов со связанными женщинами на обложках. Я влюбился в дочь моего начальника и в фантазиях связывал ее. Я также фантазировал о том, как связываю популярных девочек из школы и бросаю на железнодорожные пути. Мне нравились фильмы про мумий из-за связывания и контроля. Я жестоко обращался с животными. Много что было для меня просто объектами. Когда наступает сексуальное возбуждение, объект превращается в жертву.