Кэтрин Рамсленд – Откровения маньяка BTK. История Денниса Рейдера, рассказанная им самим (страница 20)
Прошло несколько недель, прежде чем Рейдер нанес следующий удар. Затруднения в «нормальной жизни» лишили его покоя. Убийство Отеро прошло успешно, и он хотел снова испытать тот прилив адреналина. Ничто в жизни не могло с этим сравниться. Он вышел на охоту.
«Я работал над многими проектами. Были разные люди в городе, за которыми я наблюдал. Я носил с собой нож с выкидным лезвием. Мой любимый был «Бак Хантер». Он достаточно большой и тяжелый, годится для вылазок на природу и рыбалки, и я носил его в кожаных ножнах. Позднее я купил ножи потоньше, в том числе «Эскейп». Оба были с кнопками. Я также носил с собой перочинный нож, даже по воскресеньям. Я брал его с собой в церковь; его легко можно было спрятать в кармане пиджака.
У меня было несколько мест, которые я любил проверять в поисках новой потенциальной добычи. Например, был проект «Розовый» на Першинг-стрит, возле 13-й и Оливер – дом розового цвета. Там жила молодая женщина с детьми. Мужчин я у нее не видел. Я рассматривал дом с заднего двора. Проект «Краска» – женщина, жившая в южной части 13-й улицы, возле поля для гольфа Макдональд. Ее муж управлял магазином красок возле госпиталя Святого Франциска, и она сидела дома одна по вечерам. Когда я следил за ней, она услышала шум и включила на улице свет, поэтому я убежал. Было еще несколько проектов на северо-востоке 13-й и Оливер и несколько на западе и северо-западе оттуда. Там проходила железнодорожная колея, используемая очень редко, и по ней можно было легко подобраться к домам сзади, так что тебя никто не заметит. Там у меня был проект «Задний двор». С ней я только начал планирование. Я выслеживал ее.
Как-то вечером после лекций я пошел по колее на юг 13-й улицы, проверил новый дом и немного изучил двор. Хозяева были дома. Я смотрел на них, стоя на заднем дворе. Потом я пошел обратно в сторону университета. На 13-й улице я увидел большую группу полицейских, проверяющих жилой квартал к юго-западу от железной дороги и 13-й улицы. Я решил, они ищут сталкера. Я пошел прямо на них, сквозь группу, как будто жил там. На выслеживание я никогда не брал с собой пистолетов, только нож таких размеров, какие разрешены законом, и если бы они меня остановили, то ничего бы не нашли. Я использовал оружие, только если собирался нанести удар. Останови они меня, я сказал бы, что пошел прогуляться, чтобы проветрить голову, что я студент университета и засиделся за работой в библиотеке.
В другой день, после лекций или в перерыве, я заметил Кэтрин Брайт – как она пришла домой с подружкой, может, с сестрой. Она стояла возле почтового ящика. Она соответствовала образу из моих фантазий, студентка, с обесцвеченными волосами, миниатюрная. Я увидел, как она входит в дом, и подумал: «Это хороший
Рейдер подглядывал в окна; он выяснил, что Брайт живет одна или, возможно, с соседкой, и у нее нет собаки. «У меня заколотилось сердце, и я понял, что определился с мишенью. С этого момента я сосредоточился на этом доме. Я проезжал мимо, чтобы быстро оглядеть двор и прилегающий квартал. Дом стоял немного особняком. На востоке там было двухэтажное здание, еще один дом сзади, автоматическая прачечная на западе и на севере оживленная улица.
Я не знал имени Кэтрин Брайт до тех пор, пока его не объявили в новостях, я называл ее «девушкой с обложки детектива» у себя в фантазиях. Ее спальня выходила на восток. Я собирался привязать ее к кровати, полуголую или голую. Потом я задушил бы ее руками или подушкой. Я хотел связать ей руки на груди и привязать к шее – как у модели из «Журнала настоящих детективов», который я листал. Я фантазировал о женщинах на обложках: у них в глазах был ужас, руки привязаны к шее, а сверху склоняется мужчина и грозит ножом.
В номере улицы и ее дома были тройки. После бойни у Отеро что-то внутри меня нашептывало: «Ты переступил черту и пошел по темному пути. Лучше остановись, считай это ошибкой и продолжай жить». Но другая часть меня одержала верх над здравым смыслом.
Я считал, что могу это контролировать. Но скоро понял, что сам не справляюсь, а попросить помощи стеснялся. Сексуальные фантазии были превыше меня. Я ставил себе целью быть Белой Шляпой, но жизнь сбила меня с верного курса, и я попал в глубокие воды. Я считал, что смогу вернуться на праведный путь, но когда я читал книги про серийных убийц из прошлого, то все больше мечтал со временем стать одним из них. Я уже встал на эти рельсы и не мог с них сойти. Мой путь был предопределен. Супермен смог бы остановиться, но я не Супермен. Чтобы справиться с происходящим, я использовал кьюбинг, как в детстве. Нормальный человек сошел бы с ума от таких ужасных намерений, но серийные убийцы не нормальные люди. Мы живем в собственном мире, как монстр в своем замке. Мы можем выходить наружу и вести себя дружелюбно, но в душе мы все равно заперты в замке. Никому не под силу перепрыгнуть ров и перебраться через стену».
В полицейском отчете указано, что 4 апреля 1974 года офицеры департамента полиции Уичито выехали на вызов по адресу 13-я Восточная улица 2317 и обнаружили Кэтрин Брайт лежащей в луже крови. Терзаемая невыносимой болью, она показала, куда ее ранили ножом, назвала свое имя и возраст, после чего потеряла сознание. Офицер увидел у нее на запястьях и щиколотках узлы из нейлоновых чулок, а на шее – голубой шарф и тонкую веревку. Она была вся изранена и истекала кровью. Девушка молила о помощи и говорила, что не может дышать. «Скорая» увезла ее в больницу, а полицейские осмотрели дом.
Радиоприемник был включен, содержимое сумочки Кэтрин вывернуто на пол. Ящик с ее нижним бельем стоял открытым, телефонный аппарат сорван со стены. На полу возле шкафа валялось несколько рубашек, связанных узлом с ночной сорочкой, пропитанной кровью. Сверху лежало два выбитых зуба; платье красного цвета было привязано к кровати. На двери ванной полицейские нашли пулевое отверстие, а рядом – фрагменты пули мелкого калибра. В спальне стоял стул с пятнами крови и привязанными к ножкам нейлоновыми чулками. Возле задней двери валялись осколки стекла. В грузовике отца Кэтрин, стоявшем снаружи, полицейские обнаружили нейлоновый шнур.
Брат Кэтрин, Кевин, позвонил в полицию после того, как убежал из дома. Преступник, вторгшийся к Кэтрин, дважды выстрелил в него; у него на шее до сих пор оставался обрывок белой веревки. Он едва не погиб и нуждался в медицинской помощи.
Кэтрин доставили в госпиталь, но в ходе операции она скончалась. У нее было одиннадцать ножевых ран на корпусе, а также ее душили. Кевин рассказал, что когда они вошли в дом, то наткнулись там на вооруженного белого мужчину, который заявил, что он преступник, бежавший из тюрьмы в Калифорнии. Он был белый, около двадцати пяти лет, ростом 185 см, крепкого телосложения, весом около 85 кг, с темными волосами и усами. На нем были перчатки, и он обильно потел. Он заставил Кевина под дулом пистолета связать Кэтрин, а потом потребовал деньги. Он обмотал чулок Кевину вокруг шеи и начал его душить. Они стали бороться, и мужчина выстрелил в Кевина, но сознания тот не потерял. Он слышал, как его сестра кричит от боли. Он пытался дать отпор преступнику, но тот выстрелил снова. Кевин подумал, что надо бежать и звать на помощь, иначе у них не останется шансов. Поэтому он убежал.
Для Рейдера то был тревожный сигнал. «Я заранее подготовил свой шпионский чемоданчик. Позднее я назвал этот проект «Погашенный свет». Одежда и все необходимое были у меня в машине, наготове. Я пошел на лекции, но не мог сосредоточиться. После занятий я поехал в торговый центр «Кен-Мар», остановился за центральным продуктовым магазином и переоделся в салоне машины. Я надел ту же самую военную парку, что и у Отеро. Я купил ее в Японии на армейской распродаже; она была просторная, зеленого цвета, и под ней можно было много всего спрятать.
От «Кен-Мар» я поехал на юг от университетского кампуса, в сторону парка. Оттуда пешком пошел к дому КБ. У меня был при себе 357-й «магнум», кольт «Вудсмен», два ножа, запасные обоймы и магазин в наплечной кобуре. «Вудсмен», автоматический пистолет 22-го калибра, это не самое удобное оружие. Его я брал с собой и к Отеро. Я в последний раз брал его с собой, потому что он потом выстрелил внезапно. [Позднее Рейдер сообщил полиции, что нечаянно спустил курок и боялся, что Брайт почувствует запах пороха.] В другом месте, на проекте «Майло», когда я проник в дом, я тоже случайно выстрелил в подвале. Все дело было в курке. Но с этим пистолетом было удобно тренироваться. Я пользовался им часто и обычно попадал. 357-й «магнум» я захватил на всякий случай в кобуре на левом боку, но он был слишком громкий.
У меня были еще кожаные перчатки. Я начал носить их после того, как увидел в них Джека Николсона в фильме в роли убийцы. Он пользовался кожаными перчатками для гольфа. Я заимствовал у него эту идею. Я украл перчатки, чтобы никто не мог меня по ним отследить. (Я никогда не воровал просто так, только если мне что-то было нужно.) Поскольку перчатки для гольфа продаются по одной, я украл две и вывернул одну, чтобы она подходила на другую руку, а может, я украл и правую, и левую перчатки. Я хотел именно перчатки для гольфа, потому что в них чувствуешь руку лучше, чем в резиновых, которые я использовал раньше.