Кэтрин Парди – Лес Гримм (страница 6)

Она ни разу не оглянулась назад.

Аксель делает первый шаг в сторону леса, и мое сердце замирает. Он все еще в ярде от ясеней, но я уже задерживаю дыхание. Остальные жители деревни, замерев, наблюдают.

Он двигается вперед, пока не достигает деревьев. Останавливается и закрывает глаза, что-то неразборчиво произносит. Выпрямляется. Поднимает правую ногу.

Капля пота стекает по моей шее.

Он равняется с ясенями и заносит ногу. Медленно выдыхает и открывает глаза. Переносит левую ногу через невидимую черту и вдыхает через нос. Делает еще два шага. Кивает.

Я тоже киваю. «Продолжай».

Он продолжает идти веред, осторожно, но целеустремленно. В нескольких футах впереди маячат первые два дерева Леса Гримм, пара высоких стражей.

Большинство победителей лотереи не могут пройти мимо Близнецов, как мы их называем. Тропинка пролегает между их стволами и изогнутыми ветвями, и эти ветви смертельно опасны. Они хлещут и толкают, колют и душат.

Один из победителей, Франц Хаген, попытался обойти Близнецов, выбрав другой путь, но на собственном горьком опыте убедился, что их корни простираются далеко. Они появились из-под земли и утащили его с собой. Когда земля сомкнулась над его головой, жители деревни, затаив дыхание, ждали, когда он вынырнет на поверхность. Но этого так и не произошло. Эта земля стала его могилой.

Теперь Аксель находится в тени Близнецов. Его шаг не замедляется, но кулаки сжаты, а плечи напряжены.

Он выигрывает в лотерею во второй раз. В первый он также дошел до Близнецов, но, как только он встал между ними, их ветви обрушились на него и отбросили на пятнадцать футов назад. Он приземлился на валун и сломал левую руку.

Когда одиннадцать месяцев назад я выиграла в лотерею, я продвинулась так же далеко и ни на шаг дальше. Земля вздыбилась, как огромная волна, и одним движением отбросила меня назад, пока я снова не оказалась за ясенями. Моя попытка войти была оскорбительной. У меня даже не осталось и синяка.

Аксель делает еще один шаг. Он стоит в самом центре, между Близнецами. Я зажимаю нос и рот ладонями. Он смотрит на деревья так, словно умоляет их.

– Пропустите его, – шепчу я, тяжело дыша.

Один шаг. Второй. Третий, четвертый, пятый. У меня перехватывает дыхание. Я испускаю безумный смешок. Он прошел Близнецов. У него все может получиться.

Он продолжает идти. Надежда расцветает у толпы. Раздается несколько одобрительных возгласов. Люди окликают его по имени, подбадривая. Фрида и Лотте подпрыгивают на носочках и визжат. Я обхожу их, чтобы лучше видеть.

– Сохраняй спокойствие, – говорю я Акселю, несмотря на то что он не слышит меня. – Не беги. – Это всегда искушение. Редкие победители лотереи, которым удается зайти так далеко, импульсивно бросаются вперед, забираясь глубже в лес, как будто там они будут в большей безопасности. Но это совсем не так.

Аксель продвигается еще на три шага вперед. Низкий стон раздается позади него. Его издают Близнецы. Они раскачиваются, поднимая корни на поверхность.

Я тихо ругаюсь. Он напрягается. Сгибает колени. Он словно стрела на тетиве, готовая к выстрелу.

– Не делай этого, – тихо умоляю я.

Громкий треск сотрясает воздух. Толстая ветка отодвигается от левого Близнеца. Аксель вовремя отклоняется. Ветка падает на землю, едва не раздавив его. Он смотрит на это широко раскрытыми глазами и идет дальше, к лесу. Его ноги не замедляются. Они набирают скорость.

Нет, нет, нет.

Он бежит. Несется со всех ног. Я никогда не видела, чтобы он двигался так быстро.

Паника накрывает меня с головой. Я с ужасом наблюдаю, как ветви Близнецов тянутся к нему. Они растут с невероятной скоростью.

Он бежит недостаточно быстро. Однажды лес отвергает тебя, и ты не сможешь его переубедить.

Ветви обвиваются вокруг талии Акселя. Они поднимают его высоко в воздух. Теперь он завис над Близнецами. Мои нервы на пределе. «Не уроните его». Он не выживет.

– Аксель! – Я заношу ногу над невидимой чертой. Я не знаю, о чем думала. Я не смогу поймать его или как-то помочь. Он слишком высоко. Но я не могу остановиться.

– Клара! – кричит господин Освальд.

Я нарушила правило. Пересекла черту, не выиграв лотерею. Я не оборачиваюсь. Только бегу вперед. К своему другу.

– Не причиняйте ему вред! – кричу я Близнецам. – Он вам не враг! – Как и моя мама. Никто из жителей деревни, кроме неизвестного убийцы, но лес винит всех нас. – Поставьте его на землю!

Дикая трава обвивает мои лодыжки. Я падаю на колени. Я рядом с Близнецами. Их корни вырываются из земли и извиваются, готовые к удару. Осознание глупости, которую я совершила, обрушивается на меня, как башня из кирпичей. Если я сейчас умру, то никогда не спасу маму.

Я отступаю на несколько дюймов, но больше не могу сдвинуться с места. Дикая трава цепляется за мои лодыжки.

– Пожалуйста! – взываю я к Близнецам, молясь за Акселя, за себя и за маму. Мольба о каждой надежде, которая есть у меня в моей запутанной судьбе с Лесом Гримм.

Аксель пролетает над Близнецами, цепляясь за их ветви. Он катится вниз, к лугу. Деревья отпускают его в двенадцати футах от земли. Он падает рядом со мной и, хватая ртом воздух, перекатывается на спину, уставившись в небо.

– Ты в порядке? – спрашиваю я. Глупый вопрос. Конечно, он не в порядке. Но хотя бы живой.

Он поворачивает ко мне голову, приподнимая брови. Его взгляд блуждает по моему лицу.

– Почему ты?.. Тебе не стоило…

Близнецы вновь застонали. Аксель выругался.

– Поторопись.

Я пытаюсь встать, но мои лодыжки все еще связаны. Я рву дикую траву. Корни Близнецов тянутся ко мне. Аксель роется в рюкзаке. Каким-то чудом ему удалось удержать его в руках. Он достает маленький нож и срезает траву. Острый край царапает мою кожу, но я не чувствую боли, даже когда по ноге стекает струйка крови.

Большой корень ударяет Акселя по спине. Он наклоняется вперед и роняет нож. Когда он тянется к нему, корень толкает его в сторону луга.

Я хватаю нож и срезаю последние травинки. Ползу за Акселем, но недостаточно быстро. Корни хлещут меня по спине. Я вскакиваю на ноги. Аксель бросается ко мне. Он хватает меня за руку, и мы мчимся к ясеням, обегаем ямы, где совсем недавно лежали корни, и заросли сорняков.

Деревья в ярде от нас. Мы сжимаем руки друг друга и прыгаем.

Мы пересекаем черту и падаем на землю. Моя голова сильно ударяется о живот Акселя. Он хрипит, и у него перехватывает дыхание.

Ошеломленная, я сажусь. Он делает то же самое. Одновременно мы оглядываемся на лес. Пейзаж меняется. Ямы заполняются землей, сорняки исчезают, а корни Близнецов уходят обратно под землю. Их высокие ветви опускаются, а стволы снова занимают свои посты в качестве статуй-стражей. Теперь колышутся лишь листья и трава от слабого ветерка.

Смертоносный Лес Гримм снова погрузился в сон.

Но только на время.

Глава 3

Я ковыляю с Акселем по тропинке, которая огибает деревню и идет вдоль границы, окаймленной ясенем. Спина болит от падения на землю после нашего прыжка из леса. Он предлагает мне руку, но я ускоряю шаг и притворяюсь, что не замечаю этого.

Мне не стоило бежать за ним в лес. Я только подвергла его большей опасности, а себя сделала объектом сплетен. Как только мы с Акселем оказались в безопасности, жители деревни не переставали гадать, что же подвигло меня на такую глупость. Я пыталась не обращать на них внимания, но их шепот был достаточно громким, чтобы разбудить мертвого.

Такая же несдержанная, как ее мать.

Такая же упрямая.

Но не эти слова задели меня. Я вздернула подбородок, услышав сравнение с матерью. Но последующие слова заставили мои уши вспыхнуть.

Может, она испытывает слабость к мальчишке Фурстов.

Глупая. Никто и никогда не сможет заставить его отказаться от привязанности к Золе.

Я до скрипа сжала зубы. Деревенские жители совсем не в себе. Я действовала импульсивно, потому что Аксель мой давний друг, не более того. Не каждый смелый поступок требует романтики в качестве причины.

Мы с Акселем доходим до фермы Данцеров, где он живет с семьей Золы. Я быстро прощаюсь и бегу искать Хенни.

Я осматриваю стойла. Хенни любит оставаться наедине с коровами, но ее там нет. Ее нет и дома, так что она может быть где угодно. Когда она заканчивает работу по дому, она часто уходит, чтобы заняться любыми незначительными делами, которые ей нравятся, и всегда возвращается домой к заходу солнца.

Отсутствие Хенни никогда не беспокоило ее родителей, что странно, особенно после того, что произошло с Золой. Они по-прежнему беспокоятся о старшей дочери, так сильно переживают из-за нее, что даже не думают волноваться о младшей. Хотя, по правде говоря, Золе всегда доставалось больше их внимания, даже до того, как стала Потерянной.

В конце концов я оставляю поиски Хенни и возвращаюсь домой. В полумиле от фермы Данцеров прохожу мимо заброшенного коттеджа, места, где жили Трагеры до того, как стали Потерянными. И когда я сворачиваю с тропинки на другую сторону, замечаю свою лучшую подругу.

Хенни стоит на коленях с корзинкой у локтя и собирает дикую бруснику с куста рядом с приграничными ясенями. Все растет лучше, когда находится ближе к лесу. За чертой, в лесу, ландшафт пышный и зеленый, но на деревенской стороне зелень увядает, приобретая желтоватый и гнилостный оттенок. Птицы, белки и другие дикие животные больше не посещают Лощину Гримм. В отличие от жителей деревни, животные могут свободно пересекать черту и предпочитают жить там, где много еды.