Кэтрин Куртц – Высший Дерини (страница 7)

Кэмпбелл отдал честь и отправился выполнять приказы командира.

Из соседней палатки вышел человек в серой невзрачной одежде со свитками пергамента в руках.

Бран скучающе взглянул на него, и человек, отвесив низкий почтительный поклон, протянул ему документы.

– Ваши письма готовы. Остались только подписи. Гонцы ждут приказаний.

Бран с легким кивком взял документы и начал бегло их просматривать. Выражение скуки на его лице усилилось. Он передал писцу бокал с вином, а сам принялся небрежно ставить подпись на каждом листе. Закончив, он вернул бумаги писцу и забрал у него свой бокал.

Бран уже хотел было вернуться к прежнему занятию – задумчиво смотреть на склоны гор, прихлебывая вино, но покашливание писца, старающегося привлечь его внимание, помешало ему.

– Милорд…

Бран недовольно повернулся к нему.

– Милорд, ваше письмо графине Риченде… Вы не хотели бы опечатать его?

Взгляд Брана упал на кипу бумаг, а затем снова на лицо писца. Он вздохнул, снял тяжелый серебряный перстень.

– Ты видишь это, Джозеф? – спросил он, опуская перстень в ладонь слуги.

– Да, милорд.

– Отвезешь письмо лично. И постарайся убедить мою жену и наследницу переехать в какое-нибудь нейтральное место, лучше всего в Джассу. Там под защитой епископов они будут в безопасности.

– Хорошо, сэр. Я еду сейчас же.

Бран кивнул ему, писец стиснул кольцо и, поминутно кланяясь, удалился.

Его место тут же занял человек в форме капитана, с головы до ног закутанный в грубый шерстяной плащ голубого цвета, теперь уже совершенно выцветший. Его голову украшал стальной шлем с голубым пером.

Бран улыбнулся капитану. Тот ответил широкой улыбкой.

– Что-нибудь случилось, Гвиллин?

Капитан отрицательно покачал головой. Голубое перо затрепетало в воздухе в такт движениям головы.

– Ничего, милорд. Всадники пятого эскадрона просят оказать им честь и устроить сегодня утром смотр, – он посмотрел на горы, по которым блуждал рассеянный взгляд Брана. – Все же более интересное зрелище, чем эти проклятые горы.

Бран посмотрел на Гвиллина с ленивой улыбкой.

– Конечно. Но имей терпение, мой друг. Тебе найдется много дела, когда кончится это сидение. Не будет же Венсит вечно торчать в горах.

– Вы правы…

Гвиллин кинул рассеянный взгляд на горы, но вдруг насторожился и стал более внимательно вглядываться в туман.

Бран, заметив интерес Гвиллина к раскинувшемуся перед ними ландшафту, посмотрел туда же, а затем щелкнул пальцами, подзывая пажа, который вертелся поблизости, ожидая приказа.

– Эрик, мою трубу, быстро. Гвиллин, объяви тревогу.

Кажется, началось.

Когда паж умчался выполнять приказ, Гвиллин подал знак своим людям, дожидавшимся неподалеку, и они помчались по лагерю.

Бран упорно вглядывался в туман, но фигуры были расплывчатыми и непонятными.

Отряд всадников спускался по склону. Их было человек двенадцать. И лошади, и сами люди в оранжевых плащах казались клочьями рыжего пламени на утреннем солнце.

Предводитель небольшой колонны, одетый в белое, держал в руке пику, на которой развевался белый флаг.

Бран нахмурился, приложил к глазам трубу и внимательно присмотрелся.

– На них эмблемы Торента, – тихо сказал он, когда к нему подошли Гвиллин и Кэмпбелл. – И их предводитель держит в руках флаг переговоров. Двое из отряда не в форме, может быть, они просто купцы.

Он опустил трубу, глядя на приближающийся отряд, затем отдал ее пажу и щелкнул пальцами, подзывая слуг.

– Беннет, Грэхем, соберите людей, чтобы встретить посланцев.

Оказывайте им все знаки уважения, но будьте осторожны, так как это может быть и ловушкой.

– Хорошо, милорд.

Группа всадников продолжала спускаться с гор, а из лагеря уже, звеня кольчугами и сбруей, выехал эскорт, назначенный Браном.

К палатке самого Брана съехались его лорды и командиры. Всем было ясно, что, хотя состояние ожидания и неопределенности сохраняется, после переговоров с посланцами Венсита что-то может измениться.

Бран стоял и смотрел. Увидев, как две группы всадников встретились приблизительно в трехстах ярдах от границы лагеря, он вошел в свою палатку и через несколько секунд появился оттуда с кинжалом на поясе и маленькой короной на голове.

Все приближенные сгруппировались вокруг него, ожидая приближения отряда парламентеров. Те были уже совсем близко.

Бран еще раньше решил, что двое из отряда принадлежат к знати, и теперь понял, что не ошибся.

Наиболее блистательный из них, высокий, одетый в роскошный черный плащ и алую тунику, величественно ехал во главе отряда. Подъехав к палатке, он соскочил с коня и направился к Брану. Вблизи стало видно, что одежда его пропиталась промозглой сыростью, но бородатое лицо было непроницаемо. Он снял свой шлем с черным пером и взял его в левую руку. Длинные черные волосы поддерживались серебряным зажимом. На прекрасном шелковом поясе висел кинжал с серебряной ручкой. Другого оружия у этого человека, по-видимому, не было.

– Полагаю, вы граф Марли, командующий этой армией? – слегка снисходительно осведомился он.

– Да.

– Тогда у меня послание для вас, милорд, – продолжал, слегка кланяясь, парламентер. – Я Лайонелл, герцог Аркенола. Я служу королю Венситу, который послал меня, чтобы засвидетельствовать почтение.

Глаза Брана, взгляд которых не отрывался от посланца Венсита, сузились, он положил руку на пояс.

– Я слышал о вас, милорд. Вы не родственник самому Венситу?

Лайонелл вновь слегка поклонился, как бы подтверждая предположение Брана, и улыбнулся.

– Да, я удостоен этой чести. Моя жена – родная сестра нашего обожаемого короля. Надеюсь, вы гарантируете нашу безопасность, пока мы находимся в вашем лагере, милорд?

– Разумеется. До тех пор, пока вы не будете нарушать этикет, вам бояться нечего. А что еще передал Венсит, кроме пожеланий здоровья? – спросил Бран.

Темные глаза Лайонелла впились в лицо Брана. Он поклонился и торжественно произнес:

– Милорд, граф Марли, Его Величество Венсит, король Торента и Толана, а также семи племен на востоке, просит, чтобы вы оказали ему честь и посетили его временную штаб-квартиру в Кардосе, – последовала маленькая пауза. – Он хочет встретиться с вами, чтобы обсудить возможности примирения и вывода войск из спорного района или найти другие приемлемые решения всех спорных вопросов, которые вы предложите ему, – Лайонелл был сама любезность. – Его Величество не ссорился с графом Марли и не хочет воевать с тем, кого уважал и ценил очень давно. Он ждет вашего немедленного ответа.

– Не давайте ответа, – прошептал Кэмпбелл, подходя ближе к Брану. – Это ловушка.

– Это не ловушка, милорд, – вмешался Лайонелл. – Чтобы вы поверили в искренность Его Величества, он приказал мне и моим людям остаться здесь в качестве заложников. Вы можете взять с собой одного офицера или, если хотите, почетный эскорт из десяти человек. Вы можете покинуть Кардосу и вернуться в свой лагерь когда захотите, в любое время, как только решите, что дальнейшее обсуждение бесполезно и не интересует вас. Я полагаю, такое предложение вполне приемлемо. Вы согласны?

Бран некоторое время внимательно смотрел на Лайонелла с непроницаемым видом, затем, сделав знак Гвиллину и Кэмпбеллу следовать за ним, повернулся и вошел в палатку.

Стены внутри палатки были обтянуты голубым и зеленым бархатом, украшены коврами и гобеленами.

Бран прошел в центр палатки и встал, задумчиво поигрывая рукоятью кинжала, а затем обратился к своим офицерам:

– Ну, так что вы думаете? Следует мне ехать?

Все обменялись взглядами, и заговорил Кэмпбелл:

– Прошу прощения, милорд, но мне это не нравится. Что мы можем получить от переговоров, кроме предательства? Несмотря на слова герцога Лайонелла, я ни на секунду не верю, что Венсит уведет войска. Ведь сомнения в исходе битвы нет, если только он решится сойти с гор и начнет ее. Весь вопрос в том, сколько людей он при этом потеряет. А если он применит магию…

– Бедный Кэмпбелл, – угрюмо улыбнулся Бран. – Нехорошо напоминать мне о том, что я хотел бы забыть. Гвиллин?

Гвиллин пожал плечами под своим голубым плащом.

– Кэмпбелл кое в чем прав. Мне кажется, мы действительно не сможем долго удерживать этот проход, если Венсит нападет на нас. Но я все думаю, какое же соглашение он хочет заключить с нами? И все-таки я склонен согласиться с Кэмпбеллом: это пахнет ловушкой. Так что я не решаюсь ничего вам советовать.

Бран погладил пальцами шлем и кольчугу, которые лежали перед ним на стуле, потрогал ковер на стене.