Кэтрин Куртц – Высший Дерини (страница 67)

Непонятно как, но он оказался вблизи расположения палатки Кардиеля. Он бросил взгляд вперед, в пространство, освещенное факелами, а затем прошел мимо часового к палатке Риченды. Конечно, ему не следовало бы быть здесь после последней встречи с ней, но вдруг она сможет пролить кое-какой свет на мотивы Брана? Морган старался придумать себе разумное оправдание. Возможно, она подскажет, почему Дерри в бреду произносил имя ее мужа. А если быть честным, он хотел еще раз увидеться с ней, хотя отлично понимал, что не имел на это права.

Он вошел в освещенный круг, приветствовал часового и подошел ко входу в палатку. В первой половине помещения никого не было, но из-за занавески слышался женский голос, певший колыбельную песню.

Морган подошел поближе и заглянул внутрь. Он увидел Риченду, сидящую возле постели сына и ласково поправляющую его одеяло. Мальчик уже засыпал, но когда протянул руки, чтобы обнять мать за шею, заметил Моргана.

Он сразу же проснулся, встал на колени и с удивлением смотрел на Моргана своими огромными голубыми глазами.

– Папа? Ты пришел рассказать мне сказку?

Смущенный Морган подался назад, но Риченда повернулась и успела заметить его. Ее удивление, вызванное словами мальчика, быстро растаяло, она поняла, что это Морган, а не ее муж. Подняв мальчика на руки, она подошла к Моргану, слегка улыбаясь.

– Нет, милый, это не твой отец. Это герцог Аларик. Добрый вечер, Ваша Светлость. Брендан в темноте принял вас за отца.

Она поклонилась, и мальчик крепче прижался к ней. Теперь он тоже понял, что это не отец, но не знал, как относиться к незнакомцу. Увидев улыбку матери, мальчик понял, что это не враг, поэтому он шаловливо улыбнулся Моргану и спрятал лицо в волосах матери.

– Герцог Аларик, – пробормотал он. Это имя ничего для него не значило.

Морган шагнул вперед и поклонился.

– Хелло, Брендан. Я слышал о тебе много хорошего.

Брендан подозрительно посмотрел на Моргана и повернулся к матери.

– Мой папа герцог? – спросил он.

– Нет, милый. Он граф.

– А кто главнее?

– Оба одинаковые. Ты не хочешь поздороваться с Его Светлостью?

– Нет.

– Ты должен поздороваться. Скажи: добрый вечер, Ваша Светлость.

– Добрый вечер, Ваша Светлость, – повторил мальчик.

– Добрый вечер, Брендан. Как поживаешь?

Мальчик засмущался, сунул в рот пальцы и опустил глаза, но затем вскинул голову.

– Расскажи мне какую-нибудь историю.

– Ладно. Сегодня я тебе расскажу о короле, когда он был таким же мальчиком, как и ты. Король тогда был не королем, а принцем, и была у него лошадка, которую звали Ночной Ветерок. И вот однажды…

Через некоторое время Морган протянул руку, притронулся ко лбу мальчика, и тот закрыл глаза.

Морган выпрямился и повернулся к Риченде.

Она как бы излучала покой, умиротворение. Аларик протянул графине руку, и та без слов приблизилась к нему и взяла его руку в свою. Морган оглянулся на спящего мальчика.

– Он Дерини, миледи, вы знаете?

– Да, я знаю, – торжественно кивнула она.

Неожиданно для себя Морган почувствовал беспокойство.

– Он такой же, как и я в его возрасте – невинный, уязвимый.

Его нужно обучать, хотя это и рискованно. Но ведь его тайна не будет храниться вечно, и он должен научиться защищать себя.

Она кивнула, глядя на сына.

– Когда-нибудь он сам обнаружит, что отличается от других мальчиков. Но его надо подготовить к этому заранее, чтобы неожиданность не ранила его, хотя, увы, мне тяжело брать на себя эту миссию. И еще… его отец. Мальчик обожает отца, как и все мальчики. Но теперь…

Она замолчала, однако Морган понял, что она хотела сказать.

Выпустив ее руку, Морган осторожно заглянул на другую половину.

Сестра уже вернулась откуда-то и теперь сервировала стол для ужина, расставляя посуду. Морган подумал, сколько же времени она здесь находится и слышала ли что-нибудь из их разговора.

Но женщина ничего не сказала. Она молча поклонилась и зажгла свечи. Морган, досадуя, вернулся в первую часть помещения, но Риченда с мальчиком уже скрылись за занавеской.

Через некоторое время Риченда вышла, и Морган, чтобы замаскировать беспокойство, начал разливать вино.

– Она слышала? – прошептал Морган, когда Риченда взяла кубок и пригубила вино.

Риченда покачала головой и села за походный столик напротив Моргана.

– Нет, но если слышала, ей это не понравится. Однако я уверена, что часовой предупредил ее, что я не одна. Да вы и были со мной не так уж долго, так что большого урона ваша честь не понесла.

Морган улыбнулся, смущенно опустив глаза.

– Насчет завтрашнего дня, миледи, – заговорил он тихо. – Если Гвинед одержит победу, то Бран умрет. Вы это знаете?

Он пристально смотрел на нее, наблюдая за ее реакцией.

– Да, конечно, – прошептала она. – Но, боюсь, может случиться другое. И что тогда будет с нами, Аларик? Что будет со всеми нами?

В это же время, в другом месте – в палатке Келсона другой человек думал над тем же вопросом. Это был Дерри.

Он лежал без сна близ затухающего огня, не открывая глаз, не в силах больше сопротивляться зову. И несмотря на то что он проснулся, импульс становился все сильнее.

Дерри открыл глаза, сел – палатка была пуста. Юноша сбросил одеяло и вскочил на ноги. И тут же споткнулся, как будто что-то ударило его, но он покачал головой, как бы прогоняя прочь запрещенные мысли. Его глаза закрылись на мгновение, и пальцы нащупали перстень на мизинце.

Когда он снова открыл глаза, в них светилась решимость, которой раньше не было. Без колебаний он подошел к выходу из палатки. Его глаза горели.

– Часовой!

– Да, милорд.

Солдат был внимателен и готов служить. Он вошел в палатку и отдал честь.

– Ты можешь помочь мне, – схитрил Дерри. – Кажется, у меня оторвался рукав от плаща, – он показал на кучу мехов и одеял, где только что спал. – Я поискал бы и сам, но у меня кружится голова, когда я наклоняюсь.

– Не беспокойтесь, сэр, – усмехнулся солдат. Он положил копье и наклонился над мехами. – Рад видеть, что вы встали и чувствуете себя лучше. Мы все очень беспокоились за вас.

Пока тот говорил, Дерри сжал ручку тяжелого охотничьего кинжала и, приблизившись сбоку, с силой ударил солдата чуть пониже уха. Не проронив ни звука, тот рухнул на пол.

Дерри не терял времени. Оттащив бесчувственное тело солдата в Путь Перехода, он подошел к выходу из палатки и плотно задернул полог. Затем вернулся к часовому, встал возле него на колени и приложил руки ему к вискам.

Странное ощущение охватило Дерри. Веки часового затрепетали и открылись, но это уже был не взгляд простого солдата, теперь в глазах светились хитрость и ум.

Дерри почувствовал, что эти глаза подчиняют его себе, делают совершенно беспомощным, не способным к сопротивлению.

– Молодец, Дерри, – прошептал часовой, хотя голос его стал совсем другим. – Ну, так что ты узнал? Где Келсон и его друзья?

– Пошли на холм, чтобы наблюдать за вашим лагерем, сэр, – услышал Дерри свой ответ. Он был не в силах сопротивляться и ничего не мог поделать с собой.

– Хорошо, – кивнул солдат. – Тебя никто не видел, когда ты напал на часового?

Дерри покачал головой.

– Думаю, что нет, сэр. Что вы еще хотите от меня?

Наступило молчание, а затем солдат повернул голову к Дерри. В его глазах светилась мощь.

– Лорд Бран хочет возвращения своей жены и сына. Ты знаешь, где они?