Кэтрин Куртц – Хроники Дерини (страница 153)
Лишь троим новообращенным не была известна тайна Элистера Келлена, но во всем остальном они были равны. За семь лет сотрудничества они достигли даже большего, чем полагал Камбер. Были раскрыты секреты нескольких деринийских заклинаний, считавшиеся навсегда утерянными, и обнаружены неизвестные способности, ставшие их оружием. Они систематизировали правила поединков Дерини и способствовали основанию нескольких школ по обучению Дерини. Если преследования все-таки начнутся, останется хоть какая-то надежда, что их знания не погибнут и их раса не выродится. Наконец, члены Совета Камбера сумели удержать многих своих соплеменников от поступков, способных спровоцировать людей — противников магии и вызвать репрессии против всех Дерини.
Прошлой весной отец Торстейн умер, и пока они обсуждали возможных претендентов, обнаружилось, что «семеро плюс одно пустое место» срабатывает лучше, чем «восемь».
В конце концов они думать забыли о восьмом члене. Несколько раз Джебедия замечал, что свободное место принадлежит святому Камберу, возможно, подспудно понимая чувства Камбера живого. Эту идею подхватили Грегори и Джеффрай — рьяные сторонники культа Камбера. Они назвали пустующий стул троном святого Камбера. Итак, в Совет Камбера теперь входили семеро.
И теперь один из этих семи спешил на встречу со своими единомышленниками. Накинув плащ, он направился по темному коридору к резиденции Джеффрая и Порталу. Сейчас архиепископа нет, но при помощи Портала он попадет в комнаты Совета в мгновение ока.
В этот час в коридорах замка никого не было, и Камбера это радовало. Дойдя до двери Джеффрая, он проверил комнату за ней, прошелся туда-сюда по коридору, затем нагнулся к дверному замку и включил свои способности Дерини.
Сознание сосредоточилось на замке, и когда наконец тот поддался, Камбер улыбнулся, порадовавшись, что еще не утратил умения.
Он скользнул внутрь и запер дверь. Беззвучно ступая по ковру, он пробрался в спальню Джеффрая, подошел к дальней стене, откинул занавес и вошел в молельню.
Теперь его разум напрягся, воспроизводя в уме картину места назначения. Мгновение спустя он уже сгущал энергию, привлекая все силы организма… И еще через миг Камбер исчез из молельни в Валорете.
Когда реальный мир перед его глазами вновь обрел четкие контуры, он увидел самого Джеффрая, стоявшего у границы Портала со свечой в руке. На архиепископе была сутана до пят из того же бархата, что и плащ Камбера, его темная коса и украшенный драгоценными камнями нагрудный крест поблескивали в пламени свечи. Когда их взгляды встретились, Джеффрай нервно кивнул.
— Мне очень жаль, что так вышло насчет опекунства, Элистер. Очень хотелось бы тебе помочь…
Камбер пожал плечами и с безразличным лицом шагнул из Портала.
— Мы недооценили Мердока. Что еще я могу сказать?
— Это не твоя вина, — пробормотал Джеффрай, покачав головой. — Никто не знал, что так обернется.
Кстати, ты знаешь, что они назначили Таммарона канцлером?
— Я так и думал, — сухо вымолвил Камбер, глядя на двери комнаты Совета.
Там уже ждал Джебедия с Джессом, старшим сыном Грегори, и внуками Камбера — Девином и Анселем, — повзрослевшими сыновьями убитого Катана Мак-Рори. Эти трое были частыми гостями на заседаниях Совета, потому что последние несколько лет много разъезжали по стране, усмиряя банды из числа тех, что Камберу и Джорему пришлось повстречать несколько дней назад. Не один юный Дерини оказался перед лицом местного суда в Кулди и Эборе, был оштрафован, а иногда и посажен в тюрьму за свои проделки. Поэтому очень часто мнение много повидавших Джесса, Девина и Анселя помогало принимать решения. На плечах таких вот, как они, будет держаться будущее Дерини в Гвиннеде.
Когда молодые люди поклонились епископам, Камбер приветливо улыбнулся им и удивился, почему они и Джебедия ожидали снаружи, но потом сообразил: вероятно, Джорем и Ивейн ждут, станет ли он обсуждать ошеломляющее открытие Райса при юношах, не входящих в Совет. Но у Камбера на этот счет не было никаких сомнений. Он приятельски потрепал Джебедия по плечу и об руку с Джеффраем вошел в комнату Совета.
По обе стороны от входа горели факелы, окрашивая кровавыми отблесками красную медь дверей; кованый узор отбрасывал резные тени. Когда двери отворялись, рельефные фигуры на них, казалось, оживали, и тени плыли по стенам. Ивейн и Джорем были внутри, они стояли около своих кресел возле восьмиугольного стола. Здесь же был и Грегори, он расхаживал у северо-восточной стены и с выражением живейшего интереса разглядывал деревянную панель, инкрустированную слоновой костью. Такие же панели, изображающие сцены из деринийских легенд, покрывали еще три из восьми стен в этом зале. Всю северную стену занимали огромные, до потолка двери, а три другие были простого черного камня — даже за семь лет работы оформление не удалось завершить. Восьмиугольник стен венчал купол, отделанный аметистом.
Услышав шаги, Грегори поднял глаза и поспешил обнять старшего из вошедших.
— Элистер! — Он отступил на шаг, чтобы хорошенько разглядеть Камбера. — Мне говорили, что ты приезжал проведать меня во время болезни, но я ничего не помню. Должно быть, ты после этого решил, что я никудышный хозяин!
— Насколько я помню, ты был не в состоянии принять никого, кроме разве что ангела смерти, если бы не Райс, — сухо ответил Камбер. — Ивейн ничего не рассказывала тебе о том дне?
— Еще нет, отец Элистер, — ответила она, делая перед ним обычный реверанс. — Хотя я думаю, что сегодня он должен узнать это. Когда я оставила Райса, он отправился проведать принцев, но как только он вернется, Совет, по-моему, должен услышать его историю. Я пригласила Джесса, Девина и Анселя присоединиться. Не возражаете? Их суждения могут подсказать новые идеи.
— Возражений нет, — одобрил Камбер. — Джеффрай?
— У меня тоже, — откликнулся архиепископ.
— Значит, решено, — сказал Камбер, занимая место на севере, между Ивейн и троном святого Камбера, Джеффрай сел по другую сторону пустого кресла. — Грегори, пригласи их, пожалуйста.
Когда Джебедия и трое молодых людей вошли, Джеб расположился прямо напротив Камбера, Джорем указал племянникам на стулья по обе стороны от себя, а Джесс уселся на стул между отцом и Ивейн. Камбер тепло улыбнулся ему и внукам.
— Добро пожаловать, господа, — сказал он, обращаясь ко всем. — Джесс, я знаю, ты нынче не ложился. А как наши молодые Мак-Рори? Пока ждем Райса, расскажите, что творится у вас в провинции.
Девин, сидевший справа от Джорема, улыбнулся своей знаменитой улыбкой, засияли не только зубы, а все прекрасное лицо с юношеским пушком над губой. Хотя он знал Камбера только как Элистера Келлена, и он, и его брат были близки с епископом.
— А мы надеялись, что это вы расскажете нам о новостях, сэр, — ответил Девин. — Ходит много слухов, и только малая их часть — правда.
— В такие времена всегда много слухов, — туманно отозвался Камбер. — Думаю, вы слышали?
Ансель, как две капли воды похожий на старшего брата, значительно кивнул.
— Сегодня днем я получил письмо от Дафида Лесли, сэр. Дафид сообщил, что король умер прошлой ночью и что сегодня Регентский совет собирался на свое первое заседание. Это в самом деле так?
— Именно так, — со злостью сказал Джеффрай, все взгляды обратились к нему. — Мердок нашел способ убрать Элистера из регентов.
— Не может быть!
Это было убийственной новостью для троих молодых людей и Грегори, который даже перестал расхаживать и, пошатываясь, подошел к своему месту.
— Да. Они выбрали герцога Сигера на его место, пока его заменяет сын. Потом они выгнали из королевского Совета всех Дерини, которых смогли. Остался я один.
Джорем фыркнул.
— Если найдут повод, они и от вас избавятся.
Тем временем Девин вновь обрел дар речи.
— Как… как им удалось выгнать епископа Элистера?
— Таинственный документ, подписанный королем, — ответил Джеффрай, почти выпевая полные сарказма слова. — О да, там была подпись Синхила, — добавил он, видя, как растет возмущение Девина, — и необходимые печати свидетелей. Увы, но подлинность неопровержима. Подделку мы смогли бы оспорить.
— А кто свидетели? — спросил Джесс.
— Орисс и Удаут. Вероятно, они оба знали о содержании документа не больше короля, — ответил Джеффрай. — Это просто ужасно. Элистера выгнали, и на его место регента назначен Сигер, а на место канцлера назначен Таммарон. Маршалом вместо Джебедии стал Эван. Они не обошли вниманием и Торквилла, и епископа Кая, а меня оставили только потому, что не придумали способ от меня избавиться. Архиепископа Валоретского, Дерини он или нет, оставили, по крайней мере, на время. — Он вздохнул. — И все это правда, а не слухи. Я был там.
После его слов в комнате воцарилась мертвая тишина, которая была нарушена Райсом, появившимся в распахнутых дверях.
Заседание возобновилось. Рассказ Джеффрая позволил сразу перейти к обсуждению наиболее острых проблем. Они говорили о юном Алрое, ставшем теперь королем, о его слабом здоровье и о том, что он пока не может оправиться после кончины отца. Прежде чем прийти сюда, Райсу пришлось дать ему успокоительное и уложить в постель. Они говорили о регентах, и каждый высказал свое мнение, так что перспектива грядущих опасностей и бед предстала достаточно ясно.