Кэтрин Куинн – Убивая тени (страница 75)

Глава 54. Киара

Моя старинная подруга, по мере того как Киара превращается в красивую и сильную девушку, я все больше ненавижу ее судьбу. Я посвятила богине годы, и отдать ей Киару кажется мне жестоким поступком. Она рождена не для того, чтобы умереть, – это не может быть правдой. Отчасти мне хочется держать ее подальше от мальчика, истинного потомка Рейны, и никогда не рассказывать правду.

Меня накрыла волна тошноты, заставив очнуться. Теплые руки вмиг оказались на мне, а возле уха раздалось мягкое бормотание.

– Все будет хорошо, Ки, – нежно произнес Джейк. – Мы со всем справимся.

Я сморгнула остатки теней, зрение прояснилось. Тела коснулись и лед и пламя, а кожу покалывало от заключенных во мне противоречивых сил.

– Джуд? – спросила я, осматривая поляну и не видя ничего, кроме костяных деревьев, лишенных листвы. – Где он?

Джейк покачал головой.

– Джуд ушел, – только и вымолвил он, опустив взгляд на мою руку.

Сперва я не поняла, что в ней. Друг помог мне сесть, и мое внимание привлекла сверкающая золотая брошь, прикрепленная к клочку потрепанного пергамента.

Брошь Джуда.

Я поняла, что она означает, еще до того, как повернулась к Джейку. Он кивнул в ответ на мой невысказанный вопрос. Джуд ушел. Должно быть, понял, почему я поместила вторую частицу в него, и он…

Да будь он проклят.

Если одному из нас суждено было умереть, то почему это не могла быть я? Смерть меня не страшила, а Джуд гораздо достойнее, чем он считает. Во мне теплилась вера, что если кто и сумеет сохранить всю божественность Рейны, то это точно он. Фраза Лориана не осталась незамеченной. Такова судьба Джуда.

«А я ведь подумал, что она усвоила урок – не связываться со смертными. У тебя ее нос», – обронил тогда бог.

По слухам, после того как Рейна пала и стала смертной, она прожила жизнь, скрываясь среди людей. Ей мог встретиться избранник, достойный ее любви. У них могли родиться дети, которые потом родили своих детей.

– Джуд – истинный потомок Рейны, верно? – спросил Джейк, прочитав мои мысли.

Я отрывисто кивнула:

– Лориан это подтвердил.

Записка в моей руке была вся измята, будто владелец слишком часто сжимал ее в кулаке. С большой осторожностью развернув пергамент, я поднесла его к глазам и прищурилась, вглядываясь в нацарапанное послание:

Киара,

я всегда планировал передать тебе эту записку. Мне нужно, чтобы ты была осторожна и никому не доверяла. Враги повсюду, и не только в проклятых землях. Дворец кишит злом, а мужчина на троне – его худший представитель. Если я мертв, а ты читаешь это сейчас, знай, что именно ты даровала мне надежду стать лучше. Мне бы хотелось однажды стать таким для тебя. Быть может, в другой жизни.

Навеки твой угрюмый капитан,

Джуд

Мне стоило больших усилий удержать письмо.

Руки дрожали, пока на глаза наворачивались непрошеные слезы. Пергамент обернулся песней о разбитом сердце, слова капитана звучали в мыслях бесконечной чередой, которую я не могла остановить.

Я перевернула письмо и обнаружила еще одни каракули, которые не принадлежали Джуду.

Там говорилось:

Убей девушку и других рекрутов на поляне полуночных цветов. Принеси мне оружие.

Пот заструился по спине, а в ушах раздался пронзительный звон тревоги.

Богоубийца. Именно на это оружие ссылался автор записки. Кто бы это ни написал, он желал моей смерти – будь проклята частичка Рейны внутри меня.

А значит… он вовсе не стремился вернуть солнце.

– Сириан, – пробормотала я. Все это время он преследовал иную цель.

Джейк заглянул мне через плечо и прочитал записку. Джуд отвечал только перед одним человеком.

– Похоже, наш король никогда не хотел, чтобы мы преуспели.

Он просто желал заполучить кинжал. Тот, что способен убивать богов.

Джуд все это время хранил записку. Приказ убить меня, как только миссия завершится. И все же… Таков был его способ попрощаться и одновременно предупредить меня о скрытых угрозах.

За мою голову назначили цену.

– Ты же понимаешь, что король схватит нас, как только мы вернемся в Асидию, – произнес Джейк, проведя руками по волосам. Они дрожали. – У него повсюду стража, и если этот приказ действительно исходил от правителя и ему нужны мы и кинжал, то он рассредоточит воинов по всему королевству. У нас не будет ни единого шанса.

Поднявшись на ноги, я схватила друга за плечи, мой голос оставался непоколебим. С кончиков пальцев сорвались черные завитки и потекли по груди Джейка. Золото мерцало в дыму, сияя сквозь мутный оникс.

– Ох, Джейк. Разве ты не знаешь, что я просто обожаю, когда шансы против меня? – Я мрачно улыбнулась. – Так победа приносит больше веселья.

Кроме того, никому не под силу убить тень.

Эпилог. Джуд. Неделю спустя

Многие приезжают в Фортуну с надеждой и монетами.

Лишь немногие уходят с ними, если вообще уходят.

Фортуна была местом, где умирала удача.

Проскользнуть за границу проклятых земель и вернуться в Асидию оказалось проще, чем я предполагал. Очевидно, король позабыл, что тот, кого он искал, был также тем, кто отвечал за его защиту.

Мне потребовалась неделя, чтобы добраться до Фортуны, маленького грешного городка на северо-востоке от Сайоны. Здесь располагался храм Мэлайи и место, где люди могли измениться или погубить себя.

Но существовала и другая причина, по которой я рискнул туда отправиться.

Спрятавшись в углу ветхой таверны под названием «Хитрый лис», я поднес стакан с элем к губам и сделал большой глоток. Мой компас лежал на столе, выгравированный символ когтя на его обратной стороне указывал на меня, пока одни посетители танцевали в пьяном угаре, а другие пили спиртное в надежде забыть о своих несчастьях.

Фортуна могла похвастаться не только храмом Мэлайи.

Десятки игорных притонов и бойцовских ям заполонили город, пропахший кровью, элем и монетами. Здесь можно было найти все что угодно: от наемных убийц до средств, затуманивающих разум, или оружия. Сириан часто игнорировал черный рынок, считая его незначительным неудобством. К счастью для меня.

Мужчина в отвратительном красном плаще опустился на стул рядом со мной, не отрывая взгляда от оркестра, игравшего на другом конце зала пронзительную мелодию. Когда он скрестил руки, я заметил татуировку на внутренней стороне его запястья. Коготь.

– Слышал, тебе нужна аудиенция у Лисицы, – это не был вопрос.

– Верно, – подтвердил я, выпрямляясь и допивая остатки эля.

Жидкая храбрость плавно опустилась по горлу, согревая мою и без того разгоряченную грудь. С того дня в Тумане пламя внутри меня не ослабевало. Оно всегда теплилось во мне, готовое вырваться наружу.

Я швырнул на стол мешочек с украденными монетами. Мужчина взял его и спрятал в карман. Его кепка скрывала глаза, но я представил, как они заблестели от тяжести серебра.

– Пойдем со мной, – только и сказал он, вставая.

Приспешник Лисицы пробирался сквозь толпу с легкостью того, кто родился и вырос в этом бедламе, называемым Фортуной.

Я последовал за ним, держа ладонь на рукояти кинжала.

Если хоть одна душа в Асидии могла мне сейчас помочь, то это Лисица. Последний человек, которого я снова хотел бы увидеть.

Но ради нее, ради Киары, я был готов на все. Следуя за своим проводником, мимо бара и дверей, ведущих в длинный зал, я вспомнил ее лицо. Представлял, как оно будет выглядеть, когда я наконец вернусь и обниму ее.

– Сюда, – указал Красный Плащ на открытую дверь в конце коридора.

Охрана отсутствовала, но я подозревал, что у Лисицы имелись и другие способы защиты. Я ей не доверял.

Кивнув мужчине, который выскользнул обратно в коридор, я переступил порог. Меня встретил теплый кабинет, на обшитых темными панелями стенах висели гобелены со всех концов королевства. На маленьких столиках и пуфиках валялись статуэтки и скульптуры – безделушки, которые, вероятно, сами по себе стоили целое состояние. Лисица слыла известным коллекционером. И вором.

В центре комнаты стоял письменный стол, за которым сидела изящная женщина с карими глазами и блестящими черными волосами, раскинув руки по полированной деревянной поверхности. Она не сводила с меня глаз, а я ни разу не съежился под ее взором. Эта женщина была у меня в долгу.