Кэтрин Коултер – Сезон солнца (страница 26)

— Теперь это и твой дом. Ты сама не захотела войти сюда хозяйкой… хотя я мечтал об этом.

— Здесь очень красиво, — отозвалась Зарабет совсем не для того, чтобы перевести разговор на другую тему, а просто потому, что залюбовалась открывшимся видом. Магнус промолчал.

Следующие полчаса прошли в слаженной и веселой работе: матросы убрали парус и взяли на изготовку толстые канаты, с тем чтобы, как только судно подойдет вплотную к пирсу, перепрыгнуть через борт и намотать их на массивные деревянные столбы. Часть команды, готовясь к разгрузке, принялась подтаскивать к борту тюки с товаром.

— Пошли, мои люди сами знают, что делать. Сегодня вечером будет большой праздник. — И Магнус указал туда, где у ворот поместья собрались его обитатели, радостно приветствуя мореходов, вернувшихся из долгого плавания.

Ингун, дочь Харальда и младшая сестра Магнуса, с напряженным любопытством вглядывалась в женскую фигуру, казавшуюся совсем маленькой рядом с ее высоким широкоплечим братом. Однако грациозная походка женщины и ее гордая осанка не оставляли и тени сомнения в том, что Магнус возвратился домой с женой. Сердце у Ингун похолодело. Что теперь будет с ней? Жена Магнуса красива, это видно даже на расстоянии. Одни только волосы чего стоят — ярко-рыжие, как осенняя листва.

Ингун стало немного жаль рабыню Сиру, которой предстояло уступить место в постели Магнуса его законной жене. Сира сразу же утратит свое привилегированное положение, которое позволяло ей плести интриги и не всегда подчиняться приказаниям господ. За последнее время у рабыни с Ингун сложилось нечто вроде делового партнерства, взаимная поддержка помогала обеим добиваться от Магнуса желаемого. Теперь всему конец.

Ингун невольно сжала кулаки. Все ее чувства замерли в преддверии встречи с новой женой брата.

Рядом стоял Эгил, сын Магнуса, и, прикрывая ладонью глаза от солнца, старался разглядеть приближающихся людей.

— Эта женщина держит за руку маленькую девочку! — воскликнул он, указывая пальцем вдаль. — Да, рядом с ней какая-то девочка.

Ингун остолбенела. Неужели Магнуса угораздило жениться на вдове? Такого поворота событий она не ожидала.

— Какие необычные волосы у этой женщины! — удивился Эгил. — Лисицы на бабушкином гобелене и то не такие рыжие. Может быть, она позволит мне потрогать свои волосы. Интересно, какие они на ощупь?

Ингун многое бы отдала за то, чтобы мальчик сейчас помолчал. Расстояние между ними и Магнусом неумолимо сокращалось. Вот брат и его спутница исчезли из виду, чтобы вскоре вновь показаться на краю равнины. Через несколько минут Ингун с улыбкой бросилась в объятия брата. Магнус прижал ее к груди и тут же отстранил, переключая все свое внимание на сына.

— Эгил! — воскликнул он и высоко поднял мальчика, после чего поставил на землю и дружески похлопал по плечу, довольный тем, что сын заметно подрос за это время и уже не был похож на несмышленого малыша. — Клянусь Одином, я очень скучал без тебя! Надеюсь, ты был хорошим хозяином в мое отсутствие?

Эгил кивнул с самым серьезным видом и спросил:

— Кто эта женщина, отец? Твоя новая жена? А это ее дочь?

— Нет, она не жена мне. Отправляйся-ка на пирс и помоги матросам с разгрузкой, — улыбнулся Магнус и не произнес больше ни слова до тех пор, пока светлая макушка сына не скрылась под откосом. — А где Сира?

— Она здесь. Вышла встречать тебя вместе со всеми.

Рыжеволосая женщина молча стояла за спиной викинга.

— Сира, подойди сюда! — крикнул Магнус.

Ингун вся превратилась в слух. Незнакомка смотрела прямо перед собой, ни один мускул не дрогнул на ее лице. Сира бросилась к Магнусу. Ингун не поверила своим глазам, когда брат крепко прижал Сиру к груди и поцеловал жадно и страстно, как истосковавшийся в разлуке возлюбленный.

— Как ты жила без меня?

— Хорошо, — улыбнулась рабыня и прикоснулась кончиками пальцев к его загорелой обветренной щеке. — Я думала, ты разлюбил меня, а теперь вижу, что боялась напрасно.

Неожиданно порыв ветра приподнял и откинул волосы с плеч Зарабет. Ингун увидела, как блеснул на шее женщины металл. Ни один из рабов Магнуса не носил ошейника. Только для этой рыжеволосой чужестранки он сделал исключение.

— Неужели это твоя рабыня? Она не жена тебе? — спросила Ингун.

Магнус нахмурился и вдруг рассмеялся, запрокинув голову. Но в его смехе не было и тени веселья.

— Нет. Я никогда не женюсь. Это Зарабет. Она моя рабыня и останется таковой до конца дней. Девочка — ее сестра Лотти. Позаботься о ней, Ингун. Малышка плохо слышит.

Рабыня? Она всего-навсего рабыня! Ингун не сводила глаз с Зарабет. В лице у той не было ни кровинки, но более всего поражала ее невозмутимость. Губы Ингун медленно расползлись в улыбке. Она покажет этой заносчивой гордячке, что такое рабская участь, собьет с нее спесь! Похоже, чужеземка не пользуется особым расположением Магнуса, как Сира. Значит, судьба новой рабыни вряд ли будет его волновать. Что же касается девчонки…

Лотти крепко держалась за подол сестры и выглядела перепуганной. Ее глаза цвета золотистой пшеницы стали круглыми от страха. Плохо слышит? Как глупо было оставлять ее в живых! Такого ребенка следовало задушить в раннем детстве. Ингун усмехнулась и повернулась к брату, чтобы выслушать его распоряжения.

— Не стой здесь, как безмозглая дура, — сказал он Зарабет. — Отведи Лотти в дом. Ты легко узнаешь его: он в центре и самый большой.

Поместье поразило Зарабет своими размерами. Она вошла в огромные ворота и увидела настоящий маленький город со множеством деревянных строений, огороженных плетнями. Среди крытых соломой или тростником крыш возвышался хозяйский дом, похожий на длинный сарай с подслеповатыми окошками, затянутыми бычьим пузырем. Из круглого отверстия в покатой крыше поднимался дым.

— Вон там живет кузнец, — рассказывал Магнус, решивший все-таки проводить Зарабет к дому. — Его зовут Ролло. Он делает оружие, кухонную утварь и сельскохозяйственный инвентарь. Рядом с домом хлев для крупного рогатого скота, в маленькой пристройке держат овец. А вон там живут рабы.

Харальдсон сделал короткую паузу, выжидая, что она скажет в ответ. Но Зарабет промолчала, хотя и с интересом бросила взгляд в сторону каменного барака.

— За оградой начинаются поля. Через пару месяцев наступит пора сбора урожая и подготовки к зиме. Справа баня, слева амбар.

Магнус с нескрываемой гордостью показывал свои владения, словно ждал ее одобрения. А Зарабет с тоской и горечью думала о том, что могла бы быть здесь хозяйкой, а не рабыней.

— У тебя богатое поместье, Магнус. Чувствуется, что ты вложил в него душу.

Магнус взглянул на нее и нахмурился. В глаза ему сразу бросился металлический ошейник, который наверняка сильно давил Зарабет на горло, мешая дышать и говорить. Но ведь тот человек в Хедеби утверждал, что она сама бросилась к нему, умоляя о спасении и предлагая ему себя… Так этой лгунье и надо! Магнус почувствовал, что в нем закипает гнев, но тут же взял себя в руки. Нечего ломать голову над тем, что движет такой женщиной. Что сделано, то сделано.

— Ингун, позаботься о праздничном ужине, — обратился он к сестре.

Сестра, шедшая позади, ответила, не обращая внимания на Зарабет:

— Мясо, эль и мед приготовлены еще неделю назад. Я уже отправила гонца к отцу. Надеюсь, они с матерью и братьями не замедлят приехать.

— А Орм? — Магнус хитро усмехнулся, но резко переменился в лице, видя, что Ингун поджала губы и опустила голову.

— Отец недоволен им. Сразу после твоего отъезда он запретил Орму даже подходить ко мне. С возрастом отец становится все суровее.

— Не смей так говорить о нем. Если отец что-то делает, значит, на то есть основания. Впрочем, мы обсудим это позже.

Магнус заметил, что Лотти с трудом передвигает ноги от усталости, и взял ее на руки. Девочка тут же повеселела и даже издала звук, похожий на смех, а затем крепко обняла Магнуса за шею обеими ручками и громко воскликнула:

— Папа!

Магнус бросил взгляд на сына в надежде, что тот не услышал, но Эгил залился густой краской, и на глазах у него выступили слезы обиды.

— Ты уже слишком большой и тяжелый, чтобы я мог взять тебя на руки, сынок. Настоящий мужчина, не то что эта пигалица, — примирительно улыбнулся Магнус и непринужденно добавил:

— Поздоровайся с Лотти, Эгил. Она плохо слышит, поэтому нужно говорить громко, медленно и так, чтобы девочка видела твои губы.

— Она противная. У нее гадкие волосы и некрасивое лицо.

— Я надеялся, что мой сын стал взрослым, а ты, оказывается, все еще маленький капризный мальчишка. Обижаться на девочку недостойно мужчины. Ты меня разочаровал.

— Но она назвала тебя папой! А ты мой папа!

— Да. Но разве можно из-за этого так сердиться!

Зарабет молчала. Она понимала чувства ребенка, который остро переживал посягательство со стороны чужаков на самого дорогого человека — отца.

— Совсем скоро ты станешь взрослым мужчиной, Эгил, — утешила она мальчика с улыбкой. — Ты очень похож на своего отца, и он будет гордиться тобой.

Эгил удивленно взглянул на рыжеволосую красавицу с глазами цвета морских водорослей и надменно ответил:

— Меня не интересует мнение рабыни. Придержи язык, женщина!

Зарабет невольно отпрянула, не ожидая такого высокомерия от ребенка, и не проронила больше ни слова, понимая, что он прав. Ей придется научиться держать свои мысли при себе. Стоило Зарабет протянуть руки к Лотти, как та оттолкнула Магнуса. Прижав к груди маленькую сестренку, Зарабет быстро отошла прочь.