Кэтрин Коултер – Чандра (страница 52)

Аль-Афдала промолчал, и Юстас добавил:

— Я бы хотел переспать с ней, как только она помоется. Потом вы дадите мне то золото, что обещали, и я уеду.

— Как вам угодно, сэр Юстас, — проговорил аль-Афдала и жестом подозвал темнокожую девушку.

— Калла, — сказал он, — отведи Чан-дру помыться, а потом приведи ко мне. Здесь будет врач. — Затем он обратился к Чандре: — Делайте все, как вам велят. Понятно?

Чандра кивнула.

— Калла, — продолжал он, — говорит на вашем языке. — Аль-Афдала смотрел вслед Чандре. «Какая гордячка», — подумал он.

Чандру ввели в небольшое помещение, похожее на купальню во дворце Али ад-Дина. Правда, здесь не было бассейна и мозаичного изразцового пола. В центре стояла большая латунная ванна, и женщины наливали в нее теплую душистую воду.

— Пожалуйста, раздевайтесь, — сказала Калла. Чандра осмотрелась, снимая разорванную одежду. Навес, который служил здесь потолком, подпирали деревянные опоры. Чандра подумала, что если свалить одну из них, начнется переполох.

— Калла, — сказала она девушке, — я здесь не по своей воле. Пожалуйста, помоги мне.

Калла внимательно посмотрела на Чандру:

— Я знаю, кто вы, но ничего не могу для вас сделать. Мой господин считает вас… богиней.

Чандра презрительно усмехнулась:

— Богиня! Чепуха! Я такая же женщина, как и ты, Калла, у меня есть муж, знатный англичанин, и он скучает без меня.

— Будьте осторожны, — тихо сказала Калла. — Аль-Афдала — очень строгий человек. Все обязаны выполнять его волю, особенно рабы.

Чандра молча вошла в ванну, размышляя о том, что ей делать.

«Что бы ни случилось, я не позволю ни ему, ни Юстасу прикоснуться ко мне».

Это решение успокоило ее, и она незаметно для себя задремала. Открыв глаза, Чандра почувствовала себя посвежевшей, усталость исчезла. Калла указала ей на покрытый материей стол. Чандра легла на спину.

— Не двигайтесь, чтобы я не порезала вас, — сказала Калла.

Приподняв голову, Чандра увидела, что Калла держит в руке тонкое лезвие.

— Что ты собираешься делать? — воскликнула она.

Взгляд Каллы соскользнул по животу Чандры вниз.

— Моему господину не нравятся волосы у женщин, — ответила она.

— Пусть твой господин провалится в ад! — Чандра спрыгнула со стола и схватила Каллу за руку. — Убери это от меня!

Та пожала плечами:

— Вы не похожи на нас… возможно, хозяин и не заметит. Позвольте мне одеть вас. Наш господин не любит ждать.

Чандра не возражала, и вскоре ее одели и причесали.

— Вы очень красивы, — сказала Калла, взглянув на Чандру. — Я пойду за доктором и за моим господином.

— А зачем доктор? — спросила Чандра, но Калла не ответила.

Чандра подошла к столику, на котором лежало лезвие, и провела пальцами по ручке из слоновой кости. Тут занавески раздвинулись, и вошел аль-Афдала. Быстро отдернув руку, Чандра подняла голову и перехватила его похотливый взгляд. Калла что-то тихо сказала ему, и глаза аль-Афдалы вспыхнули злобой. Позади него стоял высокий худощавый мужчина в белом тюрбане.

Посмотрев на Чандру, аль-Афдала еще больше разгневался, ибо заметил у нее на лице синяки. Он усомнился в том, что Мунза не дал англичанину изнасиловать англичанку.

Подозвав врача, аль-Афдала сказал Чандре:

— Разденься. Я хочу, чтобы тебя осмотрел врач. — Заметив, что она колеблется, аль-Афдала добавил: — Если ты не сделаешь этого, я сорву с тебя одежду, а голая женщина гораздо покладистее.

— Зачем же вы велели меня одеть?

— Калла одевала тебя, потому что боится моего гнева. Она сказала мне, что ты отказалась сбрить волосы… на своем женском холме.

— Ты не дотронешься до меня, презренный шакал!

Она видела, что аль-Афдала в ярости, но он лишь пожал плечами:

— Посмотрим, Чан-дра.

— Нечего и смотреть! — крикнула она. — Ты отвратительное животное!

Калла ахнула и отскочила в сторону. Но аль-Афдала не двигался. Его глаза сузились. Даже если придется умереть, рабыней она не станет.

— Делайте то, что я приказал, — сказал аль-Афдала рабыням, и Чандру быстро раздели.

— Ложись, — приказал он.

Чандра легла и закрыла глаза. Когда врач прикоснулся к ее ушибленным ребрам, она вздрогнула и посмотрела на него. Он что-то сказал аль-Афдале, поднял ее руку, осмотрел и отпустил. Когда врач отошел, аль-Афдала сказал:

— Врач говорит, что с тобой все в порядке, Чан-дра. — Его глаза пробежали по ее телу. — Я не требую, чтобы тебя побрили… и не бойся меня, Чандра, — тихо добавил он. — Будь приветлива со мной, тогда я не сделаю тебе ничего плохого.

— Бояться тебя! — усмехнулась она. — Да ты просто ничтожный дикарь!

— Я не позволю тебе оскорблять меня. Замолчи, или я вырву твой язык.

— А что ты сделаешь с моими глазами? Ослепишь меня? — Чандра думала, что аль-Афдала изобьет ее, но он повернулся и сказал врачу:

— Посмотрите ее, нет ли внутри ее чрева мужского семени.

Чандра, схватив со стола скатерть, обернулась ею.

— Никаких осмотров, — заорала она, — я не рабыня и не позволю тебе делать это.

Не успел аль-Афдала поднять руку, как Чандра схватила лезвие.

— А теперь посмотрим, какой ты храбрец, аль-Афдала.

Аль-Афдала, сделав шаг к Чандре, вдруг вспомнил, что она умеет постоять за себя.

Услышав снаружи какой-то шум, аль-Афдала выхватил из ножен кинжал, но в этот момент в комнату ворвался английский рыцарь с мечом наголо. За ним следовали трое людей аль-Афдалы.

— Грейлам!

Грейлам схватил Чандру за руку.

— Идите за мной!

Чандра подумала, что за ним идет отряд солдат, но Мортон был один. Взмахнув свободной рукой с зажатым в ней лезвием, Чандра поранила одного из сарацинов. Он вскрикнул и схватился за плечо. Другой сарацин бросил аль-Афдале изогнутый ятаган, и тот поймал его. Чандра же вырвала ятаган у раненого ею воина.

— Схватите его, — крикнул аль-Афдала, подняв ятаган, — но не трогайте англичанку. Я убью того, кто прольет ее кровь.

Поняв, что его убьют, Грейлам проклинал себя за то, что решился пойти сюда один в надежде спасти Чандру. Пока он еще сдерживал натиск сарацинов своим тяжелым мечом. Но вдруг чей-то ятаган рассек ногу Грейлама, и он упал навзничь.

— Не убивайте его! — приказал аль-Афдала и тут же крикнул Чандре: — Брось ятаган, или английский рыцарь умрет.

— Не убивайте его! — воскликнула она.

— Он твой муж?

Она покачала головой.

— Какой храбрец! — сказал аль-Афдала. — Однако неужели он надеялся, что один освободит тебя?

— Чандра, — проговорил Грейлам, — мне очень жаль.