Кэтрин Коулc – Прекрасное изгнание (страница 43)
Глаза Линка смягчились еще сильнее, зелень в них искрилась под солнцем:
— Расскажи мне.
Во рту пересохло, слова застряли в горле. Я не знала, как объяснить… но попробовала. Он заслуживал хотя бы попытку.
— Я плохо справляюсь с такими вещами. Чувства. Отношения. Я даже семье сказать, что люблю их, не могу без панической атаки.
Он промолчал, будто обдумывая сказанное. А потом сделал шаг ближе, и я ощутила, как он нависает надо мной, но не давил. Его рука двигалась медленно, давая мне шанс отстраниться.
Но я не сделала этого.
Большой палец Линка скользнул по линии моей челюсти, пальцы запутались в волосах:
— Знаешь, мне это знакомо. Желание закрыться от всех. Потому что ты знаешь, каково это — потерять тех, кого любишь сильнее всего.
— Но тебе-то это не мешает. Я видела. С Элли. С Коупом. У тебя все выходит само собой.
— Это выбор, — сказал он, чуть сильнее сжав пальцы в моих волосах. — Это не значит, что мне не бывает чертовски страшно. Ты же видела, каким я был той ночью. Если бы я отгородился от Элли, возможно, мне не было бы так больно за нее сейчас.
Все внутри меня перевернулось, спуталось. Он был прав. Глаза защипало.
— Я все время все порчу.
Линк провел большим пальцем по моей щеке:
— У тебя все получается.
Я изо всех сил пыталась сдержать слезы. Потому что если начну — уже не остановлюсь.
— Я раню тебя. А ты — последний человек, которому я хочу сделать больно. Иногда мне кажется, будто я только это и умею — приносить боль. Тревогу.
— Арден, — прошептал он. — Я знаю себе цену. Я выдержу, если у тебя случится срыв. Я все равно останусь здесь. Ждать, пока мы все исправим. Это единственное, чего мы можем хотеть друг от друга. Идеала не бывает. А вот склеить разбитое — можно.
Я машинально закрутила нитку, торчащую с края моих шорт, туго обмотав ее вокруг пальца — боль помогала сдерживать слезы.
— Ты даешь куда больше, чем боль и тревогу, — сказал Линк, аккуратно размотав нитку с моего пальца. — Ты даешь понимание. Честность. Добро. И такой огонь… Не обесценивай себя. Это бесит меня.
Я выдавила хриплый смешок:
— Извини.
— Должна, — ответил он с усмешкой.
Он чуть приподнял мой подбородок:
— Ты — настоящее чудо, слышишь?
Я сглотнула:
— Я…
Но договорить не успела. Словно он знал, что я хотела сказать, и не дал словам сорваться. Вместо этого он поцеловал меня. Этот поцелуй был и нежным, и сильным, и тихим, и пылающим одновременно. Сочетание, которое было только в нем.
Его язык скользнул вдоль моего, играл, дразнил. Я прижалась к нему, всем телом — мне нужна была эта сила, это прикосновение. Я застонала, отдаваясь ему.
Рука Линка опустилась под мою попу, и он приподнял меня. Я вжалась в него, ощущая, как он твердеет, как он хочет большего. Как и я.
Брут гавкнул дважды, и я резко оторвалась от Линка, взглянув вниз на пса.
— Эта собака… — проворчал Линк, не отпуская меня. — Ему чертовски повезло, что я его люблю. А то он сейчас был бы записан в главные крушители страсти.
Я расхохоталась и уткнулась в его шею.
— Люблю твой смех, — прошептал он.
Я отстранилась, заглянув в его гипнотизирующие глаза:
— Спасибо, что позволяешь мне облажаться.
— Спасибо, что даешь мне на это указывать, — сказал он с улыбкой.
— Хочешь пойти со мной? — спросила я, неуверенность просочилась в голос.
— Злюка, я хочу пойти с тобой хоть на край света.
Я сжала губы, чтобы не рассмеяться:
— Не разочаруйся, ковбой. Мы в одежде пойдем.
— Я могу быть креативным даже в одежде, — бросил он, подмигнув.
Соски моментально напряглись до болезненной чувствительности:
— Ты совсем не помогаешь.
— А ты думаешь, ты мне помогаешь? Я чувствую твое тепло, как оно проникает в меня, сжигает изнутри. Чувствую, как близко я к тому, чтобы в тебе утонуть. Чтобы узнать, какая ты на вкус, на ощупь… — Он выругался сквозь зубы.
Меня проняла дрожь:
— Линк…
— Черт, — прошипел он, ставя меня на землю. — Мне нужно отойти. Ты — хуже кокаина.
Губы дернулись:
— Прости?
— Должна. — Он выдохнул. — Ладно. Куда мы идем… не раздеваясь?
Я подняла голову и широко ему улыбнулась:
— Это сюрприз. Но, думаю, тебе понравится.
26
Арден
Поездка в город была быстрой, но я все равно заметила, как Линк время от времени косился на бедного Брута, который устроился между нами на сиденье. Я пыталась сдержать смех… не получилось.
— Это не смешно, — пробормотал Линк. — Если ты ведешь меня в людное место, меня, скорее всего, арестуют за то, что я разгуливаю с эрекцией.
На этот раз я рассмеялась в полный голос:
— Прости.
— Ты совсем не сожалеешь, — отрезал он.
— Нет, не сожалею.
— Злюка, — пробормотал он.
Я посмотрела на него:
— Отказался бы от того поцелуя, чтобы не мучиться сейчас?
Глаза Линка засияли ярче, в них вспыхнул тот самый светло-зеленый оттенок:
— Ни за что не отказался бы от ни одной секунды с тобой. Даже если бы за это пришлось подписаться на вечные пытки.