Кэтрин Кэски – Как соблазнить графа (страница 7)

— Out, madame.

— Вы с моим сыном находились наедине в темной спальне одни. Не знаю, почему вы там оказались и как долго пробыли, но это не имеет никакого значения. Эта деликатная ситуация должна быть разрешена с особой тщательностью и как можно быстрее, если мы не хотим, чтобы злые языки трепали ваше имя — и наше заодно.

Анна понятия не имела, что собиралась сделать графиня, но, по крайней мере, женщина осознавала, что это не было настоящей помолвкой.

— О, я так рада, что вы понимаете, что весь этот разговор о нашей помолвке пустой звук, но…

— Мисс Ройл, — графиня подняла руку и заставила Анну замолчать, — это не имеет значения. Не заставляйте меня повторять мои слова. Наша цель теперь ясна, и я клянусь, что снова не потерплю бесчестья. Снова не потерплю, вы понимаете меня, мисс Ройл?

Анна нахмурила брови:

— На самом деле, нет. Я не понимаю, леди МакЛарен.

Но графиня не обратила внимания на ее слова, она взглянула на Анну уставшими глазами, под которыми набухли огромные мешки.

— Тонкая кость свидетельствует о породе, и ваш рост — ну что же, можно сказать, что у вас королевская осанка.

— С-с-с… спасибо, леди МакЛарен. — Анна стоически сопротивлялась желанию горестно опустить плечи и продолжала держать спину прямо, сидя на обитом бархатом пуфике.

Внезапно графиня вскочила и обратилась к Анне:

— Вставайте, девушка. Соланж зашнурует вам корсет. — И продолжила: — Да, вы довольно привлекательны, юная леди. По крайней мере, хотя бы что-то, — графиня громко вздохнула. — Должна признать, как только я вас увидела, дорогая, ваше лицо напомнило мне меня в дни моей молодости. Вы довольно очаровательны. Понимаю, почему мой Лэрд проявил к вам благосклонность. — Когда графиня засмеялась, толстые щеки ее приподнялись и глаза превратились в щелочки. — Он знает, как досадить мне. Всегда знал.

Анна пристально смотрела на графиню. Невысокая женщина расхаживала по спальне. Девушке показалось, что пожилая дама разговаривает не с ней, а сама с собой — ей явно доставляло удовольствие произносить напыщенные тирады. Леди МакЛарен размахивала рукой, разрезая воздух, словно рубила головы.

— Если бы только на этот раз он подумал о том, как устроить надлежащую помолвку. Но теперь нет выхода, ведь так? Дело сделано, и мы все должны подумать о последствиях. Факт остается фактом: общество ждет свадьбы, и мы ее устроим.

— Свадьбу?

Безусловно, графиня не должна ожидать, что Анна и граф поженятся только ради того, чтобы величественная и знатная леди МакЛарен была чиста перед светом! Ее сын — повеса и распутник, грубиян, каких только видел свет. У него такая запятнанная репутация, он весь в грязи, как старый башмак!

— Вы не можете говорить об этом серьезно, леди МакЛарен. Я не могу…

Соланж положила руку на плечо Анны и посадила ее обратно на стул.

— Парфюм, — прошептала горничная, открывая пузырек с духами.

— Я всегда говорю серьезно, мисс Ройл, и чем скорее вы осознаете, что это дело — не шуточное, тем лучше. — Графиня подошла к ней и встала рядом, при этом обращаясь не к самой Анне, а к ее отражению в зеркале. — Пора Лэрду жениться и занять подобающее ему положение. Сегодня я говорила ему об этом по крайней мере трижды. Поэтому, хотя ваша помолвка и не была достойной и хорошо продуманной, той, которую я пожелала бы своему сыну, скорейшая свадьба будет для всех нас самым лучшим разрешением сложившейся ситуации.

— Я не могу этого сделать. Я не испорчу свою репутацию, связав свою жизнь с ним! — Анна повернулась, осторожно взяла графиню за руку и пристально посмотрела в удивленные глаза пожилой женщины, твердо сказав: — Я не выйду замуж.

Леди МакЛарен высокомерно улыбнулась:

— Моя дорогая, у вас нет выбора. Это — единственный способ спасти свое положение в обществе. Если вы не выйдете замуж за моего сына, ваша репутация будет уже окончательно погублена.

Кровь прилила к щекам Анны:

— Вы не понимаете. Я не выйду замуж за графа. Я слышала о нем, конечно, но я даже не знаю его.

— Нет, мисс Ройл. Я вижу, что вы не понимаете. Ваша репутация и репутация вашей сестры, о которой вы мне сказали, будет погублена. Навсегда. Ни одна семья не захочет общаться с сестрами Ройл. Подумайте о ней, если уж не думаете о себе.

Анна отпустила руку леди МакЛарен и, задумавшись, отрешенно смотрела в затуманенное зеркало.

Она не доведет это дело до конца. Она ведь проделала весь этот путь из Корнуолла, чтобы доказать свое благородное происхождение, а не для того, чтобы вступить в брак с самым презренным типом во всем королевстве.

Она не может этого допустить. Нет, должен быть другой выход из создавшегося положения.

Анна заметила, что графиня замолчала, а это было для нее совершенно нехарактерно. Девушка подняла глаза. Бог мой, пожилая женщина снова изучала ее по отражению в зеркале. Ни одна часть тела Анны не осталась незамеченной.

— Хорошие бедра, — пробормотала графиня. — Рождение наследника не составит труда.

Анна почувствовала себя телочкой на ярмарке скота в Корнуолле. Кровь прилила к лицу. Как посмела графиня оценивать ее таким образом! Это так унизительно, так горько! Что дальше? Вдруг леди МакЛарен попросит ее открыть рот и показать зубы?

Но постепенно ставилось ясно, что леди МакЛарен вовсе не была настроена критично, а это по меньшей мере выглядело странно, учитывая то обстоятельство, что Анну только что застигли в спальне ее сына.

Девушка поближе наклонилась к зеркалу и уставилась на отражение леди МакЛарен. Что же, графиня одобрительно кивала головой. Ого! Кажется, она оценила ее по достоинству. Анна снова выпрямилась на бархатном пуфике.

— Вижу, — продолжила графиня, — вы очень немногословная женщина.

— Я довольно сдержанна, леди МакЛарен, но когда начинаю говорить, то не церемонюсь и выкладываю все начистоту, — мягко ответила Анна.

— Это ваше дело. На этой ноте мы закончим и придем к согласию. — Графиня задрожала. Казалось, манера ее поведения изменилась. — Кроме того, я не могу винить вас за то, что вы держите все в себе, моя дорогая. Несомненно, вы ошеломлены после того, как сегодня вечером вам преподнесли такой сюрприз… мисс Ройл. Ведь это был сюрприз, не так ли?

— М-м-м… да, леди МакЛарен. Совершенно неожиданный сюрприз.

Хотя бы это не было ложью. Пока Эпсли не сказал, что она и есть невеста лорда МакЛарена, мысль о том, чтобы заключить с кем-либо помолвку, не приходила ей в голову. И почему она должна была приходить ей в голову? Все это походило на безумие!

— Хороший сюрприз. Мы должны придерживаться этой версии происшедшего с вами. — Леди МакЛарен закусила губу. — Конечно, меня спросят, осведомлена ли ваша семья о том, что помолвка возможна, даже если я об этом не знала. Мой сын всегда был довольно импульсивным, поэтому, если вдруг ваши родственники окажутся не готовыми к этому событию, как и я, мы должны тотчас же отправить Лэрда, чтобы он получил благословение ваших родителей.

— Прошу прощения, леди МакЛарен, но я должна сказать вам, что мои родители ушли в иной мир. Мы с сестрой Элизабет живем у нашей двоюродной бабушки, миссис Пруденс Уинкс на Беркли-сквер. — Анна посмотрела леди МакЛарен прямо в глаза. — Но мой опекун сэр Ламли Лиливайт знает об этой помолвке, к счастью, он был среди гостей, оказавшихся в спальне.

— Сэр Ламли Лиливайт? — Анна поняла по взгляду графини, что та в крайнем изумлении.

Девушка осторожно кивнула:

— Д-да, леди МакЛарен.

Графиня поднесла руку к сердцу:

— Бог мой, какое счастливое совпадение! Дорогая, рассказывал ли он вам, что мы старые знакомые? Да, прошло много времени с тех пор, как мы последний раз видели друг друга. Такой восхитительный человек, и с такими прекрасными связями!

От смущения Анна сильнее нахмурила брови. О том ли Лиливайте она говорит — Старом Повесе из Мэрилебона?

Графиня погрузилась в облако сладких воспоминаний. Она мечтательно улыбалась, думая о чем-то своем.

— Он и Малколм, мой покойный муж, были школьными приятелями и оставались друзьями до тех пор, пока… ну, я не могу сказать с уверенностью, почему их пути разошлись, только однажды это случилось.

Анна наморщила носик:

— Их пути разошлись?

— О, возможно, их дружба с годами прошла, как это обычно бывает с некоторыми отношениями. Честно говоря, я не знаю. Но он перестал заходить к нам, когда бывал в Лондоне. Я очень скучала по нему. Он такой веселый человек, знаете ли, всегда смешил меня. — Графиня напряглась, но тотчас же взяла себя в руки. Куда-то исчезли ее прежняя суровость и холодность по отношению к Анне, словно эта почтенная леди по-иному взглянула на девушку.

Из-за такой внезапной перемены показалось, что на графиню произвел неизгладимое впечатление тот факт, что Лиливайт является опекуном Анны, и это вселило уважение к девушке. Превращение, произошедшее с графиней в следующие несколько минут, было просто удивительным. Недавно суровая, хозяйка теперь обращалась с ней как с равной по общественному положению и начала весело болтать, не делая пауз:

— Мой муж жил здесь, в этом городе на Кокспер-Стрит, когда проводились заседания Парламента, в то время как мы с моими взрослеющими сыновьями главным образом обитали в МакЛарен-Холле.

Анна прятала свое смущение под улыбкой, лихорадочно обдумывая при этом, что ей сказать.

А будет ли графиня и далее проявлять свою благожелательность, если Анна приведет веские причины отказа от своей помолвки? Ей надо это сделать, чтобы у леди МакЛарен пропала всякая охота строить планы в отношении свадьбы сына и она поняла, что единственный выход из создавшегося положения — разрыв помолвки, хотя это полностью нарушает все замыслы матери почтенного семейства. Но, может быть, после доводов, приведенных Анной, она не станет претворять в жизнь свои планы, чтобы ускорить их союз? О, если бы это было возможно! Она должна, она сделает что-нибудь, чтобы найти выход из этого затруднительного положения.