Кэтрин Дойл – Две короны (страница 69)

Они дошли до конца прохода, обе девушки вытянули шеи, чтобы мельком увидеть небо через древнюю ливневую канализацию.

– Не могу поверить, что все эти годы этот туннель был прямо под носом, – произнесла Роза, поднимаясь на носочки. – Но что еще хуже, ты обнаружила его спустя несколько дней после появления здесь.

– Любопытство будет вознаграждено, – сказала Рен, пожав плечами. – И не забывай, я всегда знала, как распознать магию. Возможно, я единственная в Анадоне, кто это умеет. – Она мельком подумала о сверхъестественных инстинктах Селесты, но решила не упоминать о своих подозрениях. У этой девушки и так было достаточно претензий к Рен. Она обхватила пальцами решетку, расшатала ее, а затем сдвинула в сторону. – Я хотела показать тебе это место до сегодняшнего вечера на случай, если что-то пойдет не так. Теперь, когда мы обе здесь, мы в настоящей опасности. Если провидица Ратборна хотя бы почует…

– Рен, – Роза нежно положила руку ей на плечо, – все будет хорошо.

– Ты этого не знаешь.

– У нас есть план.

Рен расстроенно вздохнула:

– Планы могут измениться в мгновение ока, Роза. – Она достаточно хорошо усвоила это с тех пор, как приехала в Анадон. Она не могла позволить себе совершить еще один просчет. – Я не появлюсь сегодня на празднике. Прошу, пообещай мне, что если что-нибудь пойдет не так – Ратборн начнет что-то подозревать или я окажусь в ловушке в этой башне, – то ты убежишь. Ты спасешь себя.

– Ладно, – спокойно ответила Роза, – но только если ты пообещаешь мне то же самое.

Рен кивнула:

– Это место – наш секрет, Роза. Только мой и твой.

– Только мой и твой, – пообещала Роза. – Спасибо, что поделилась им со мной.

Рен открыла ливневую канализацию, ее плечи опустились от облегчения. Мысль о том, что с ее сестрой может произойти что-то плохое, беспокоила ее. Что бы ни случилось после сегодняшней ночи, она хотела, чтобы Роза была в безопасности. Всегда.

На этот раз, когда они повернули от канализации обратно в сердце дворца Анадон, именно Роза повела Рен по извилистому проходу. Нетленные огни мерцали ярче, когда они проходили, фиолетовое пламя теперь было достаточно высоко, чтобы его языки лизали камень. Рен почувствовала близость своей магии, гудящей в ее крови, и подумала, чувствует ли это и Роза.

Когда они дошли до стены и перед ними засветились знаки ведьмы, Роза повернулась к Рен.

– Я так рада, что мы встретились. Прекрасно, что после стольких лет тоски по семье мое желание сбылось. Я нашла сестру. Я нашла тебя. – Ее улыбка была такой же ослепительной, как солнце. – Неважно, что произойдет сегодня вечером, или завтра, или через недели и годы после этого, ты навсегда останешься моей сестрой. Моей кровью. Хочу, чтобы ты знала, что отныне я буду бороться за ведьм. Я верну их домой. – Ее улыбка дрогнула, а затем ее голос стал жестче. – Но также я должна тебе сказать, что когда свадьба будет отменена и нам исполнится восемнадцать, королевой Эаны стану я, а не ты. В этом не может быть никаких сомнений.

Рен пристально посмотрела на свою сестру, пораженная не только смелостью, но и уверенностью в ее голосе. Прежде чем она смогла придумать ответ, Роза прижала ладонь к знакам ведьмы и открыла стену. Она вышла, и хотя Рен не видела лица сестры, она услышала удовлетворение в ее голосе.

– Я так рада, что мы поговорили об этом, Рен. Теперь я чувствую себя намного лучше.

В тот день, когда обе девушки благополучно вернулись в спальню Розы, перебирая возможные платья для гевранского пиршества, стук в дверь заставил их обеих вздрогнуть.

– Прячься! – прошипела Роза, но Рен уже почти забралась под кровать.

Агнес ворвалась в комнату с чайным подносом в руке.

– Добрый день, принцесса. Кухня прислала тебе немного супа и сэндвичей перед праздником. Мы подумали, что тебе понадобится энергия для танцев.

– О, ты просто сокровище, Агнес. Я жду не дождусь сегодняшнего вечера! – воскликнула Роза, а лежащая в пыли под кроватью сестры Рен ухмыльнулась.

– Да, гевранцы определенно добавили волнения. Но я могла бы обойтись без этих ужасных снежных тигров, наступающих мне на пятки! Один из них только что подошел прямо к твоему подносу в коридоре. – Она со стуком поставила его на стол. – И, говоря о гевранцах, это принесли для тебя сегодня днем. Любезность самого короля Аларика.

– Что это? – Рен услышала голос сестры.

Агнес прочистила горло.

– Что ж, думаю, такие платья на пике моды в Гринстаде.

– Но это всего лишь кусок меха! В самом деле… это кусок меха!

– И вот еще, принцесса, – нервно добавила Агнес. – Какая… интересная пара заколок для волос. И посмотри на это. О-о-о! Вот это прелестная серебряная брошь.

– С рычащим ледяным медведем! – воскликнула Роза. – Я не хочу надевать этот ужасный герб Гевры.

– Что ж, боюсь, тебе понадобится что-нибудь, чтобы скрепить это… платье.

Рен подумала, что может умереть от любопытства, пока пряталась под кроватью сестры. Никогда в жизни ее так не интересовало платье. Она поерзала по ковру, пытаясь разглядеть получше, но все, что она смогла увидеть, это волчий хвост.

Туалетный столик застонал, когда Роза прислонилась к нему.

– Я не могу это надеть!

Следующие несколько минут показались вечностью, но когда Агнес наконец удалилась, Рен выкатилась из-под кровати с такой скоростью, что обожглась о ковер.

– Где? – спросила она, поднимаясь на ноги. – Покажи мне наряд!

Роза бросила платье на кровать. Оно действительно было похоже на заросший волчий хвост: теплое и плюшевое, пряди черного, серого и серебристого переливались в лучах послеполуденного солнца. Это было самое крошечное платье, которое Рен когда-либо видела, даже ее нижнее белье прикрывало больше, чем эта вещь, и она слегка пахла кровью.

Рен схватила кусок меха, обмотала вокруг шеи, как шарф, и запрыгала по комнате.

– Правда, Роза, оно такое практичное! Просто будь осторожна и не двигайся слишком энергично.

Роза стала смертельно бледной.

– Ох, Рен, это, наверное, единственный раз в моей жизни, когда я хочу, чтобы ты оказалась на моем месте.

Рен злобно захихикала:

– А я думаю, это, наверное, единственный раз в моей жизни, когда я чувствую невероятное облегчение, что я не ты. – С этими словами она швырнула волчье платье в Розу. – Оно все твое. Оно действительно подходит только для такой принцессы, как ты.

Роза

Глава 38

Двор дворца Анадон преобразили для гевранского пиршества.

Огромные ледяные скульптуры, возвышающиеся над гостями, установили около входа, а в центре, на вершине фонтана из светлого камня, стояла самая впечатляющая из всех: могучий белый медведь с блестящими зубами. Она нависала над мужчинами и женщинами, смотревшими на нее с благоговением. Костры в клетках ревели со всех сторон как дань долгим гевранским зимам.

В то время как пламя было заточено, звери ходили на свободе. Сегодня вечером они даже не были на цепях. Белые волки бегали рядом с гевранскими солдатами, а три королевских снежных тигра развалились на возвышении, наблюдая за празднеством. Зимние лисы озорно перепрыгивали со стола на стол, угрожая опрокинуть кубки с вином и пугая представителей двора Анадона. Даже белый медведь Аларика свободно разгуливал, его шея была украшена ошейником из рубинов. Одетая в меха жрица бродила рядом с ним, ее успокаивающая рука покоилась на его массивной лапе.

Столы были заставлены мясом и дичью, недавно убитой для этого вечера. Огромные куски эанского лося, выпотрошенные кролики, бараньи ноги и целые фазаны блестели в свете костра. И на отдельном столе – гевранский деликатес: кальмар – такой большой, что его щупальца свисали по бокам. Он был пойман флотом Гевры во время их путешествия по Бессолнечному морю и весь день жарился на открытом огне.

Роза стояла на краю двора, прислушиваясь к грохоту гевранских барабанов. Она чувствовала, как они колотят ее по ногам, приглашая войти. Она отчаянно жалела, что у нее нет плаща, чтобы прикрыться.

Тот, кто назвал эту вещь, которую она надела, платьем, обладал интересным чувством юмора. После часов сборов и прихорашивания она все еще не была уверена, что надела его правильно. Две полоски серебристого меха пересекали ее грудь, едва прикрывая ее, прежде чем сойтись узлом на шее сзади. Другой, более темный кусок обхватывал ее талию, затем рассыпался по бедрам, где брошь Гевры скрепляла жалкие отрезки вместе. Платье заканчивалось на несколько дюймов выше колен.

Роза едва могла ходить без страха, что все это упадет с нее, не говоря уже о том, чтобы попробовать один из печально известных драматических гевранских танцев. Но она не могла отказаться надеть его, рискуя обидеть короля. Нет, сегодня вечером все должно было пройти идеально. А это означало, что она должна выглядеть безупречно. Она оставила длинные волосы распущенными, они ниспадали каскадом по спине, а около лица закреплены заколками из кости, которые были пугающе похожи на клыки.

Еще одна ночь в роли жеманной принцессы, и потом все изменится. Навсегда. Мысль о том, что она сможет сама распоряжаться своей судьбой, принимать решения, внезапно заставила Розу осмелеть. Дрожь поползла по ее спине, и она не понимала, это реакция ее полуобнаженного тела на холод или трепет от того, что ждало ее в будущем, но этого было достаточно, чтобы подтолкнуть ее вперед, в пасть пиршеству.