Кэти Такер – Судьба гнева и пламени (страница 75)

– Нет.

Я нервно сглатываю. С каких это пор Зандер спрашивает мое мнение о чем-либо?

– Вэнделин все еще здесь?

– Набирается сил в спальне Ее Высочества, – подтверждает Коррин и уходит.

– Ваше Высочество.

Появляется Вэнделин, держа руку на дверном косяке, словно пытаясь удержаться, прежде чем сделать реверанс.

– Нет необходимости, Вэнделин. Я знаю, что ты истощена. Нам нужно многое обсудить, и у меня есть предчувствие, что ты могла бы помочь нам. – Он кивком указывает на зону отдыха. – Вы обе. Прошу.

Он говорит «прошу», но я знаю, что это не просьба.

Заклинательница опускает голову в знак признательности, а затем усаживается в кресло с подголовником. Я нахожу место на софе напротив нее. Напряжение, которое всегда витает вокруг Зандера, снова здесь. Тем не менее те первые несколько мгновений, когда он только вошел, были хорошей передышкой.

– Что было такого важного, что Аттикус пришел за тобой?

Зандер поджимает губы.

– Серьезно? – Он все еще не доверяет мне? – Я буквально пожертвовала своим лицом из-за тебя.

Он вздыхает.

– Поступили сообщения о нескольких кормильцах, найденных мертвыми в деревнях за пределами Хокреста и Соленой Бухты. Им перерезали горло.

– Прямо как той женщине в Беллкроссе.

– Да, – подтверждает он. – В письме лорда Ренгарда говорилось, что она была исключительно застенчивым и преданным существом. Он не мог понять, почему кто-либо захотел причинить ей вред. – Зандер внимательно наблюдает за мной, и я чувствую, что он скармливает мне эту важную информацию, ожидая, смогу ли я понять.

– Они недооценили ее. – Я вспоминаю слова Тайри об убийстве той кормилицы. Преданное существо. Предана своему хранителю. – Это потому, что она не хотела его травить. Другие, те, которых убили, должно быть, тоже отказались.

– Или они выяснили, чем владеют ибарисанцы, и пригрозили заговорить. – Он хмурится. – Но также стоит предполагать, что многие другие готовы пойти на это.

– Они устали от того, что их детей забирают. – Ко мне приходит новое осознание.

Любопытные глаза Вэнделин бегают между нами, но она молчит.

Зандер усаживается на крошечную софу рядом со мной, заставляя подвинуться. Уперевшись локтями в колени, он наклоняется вперед и пристально изучает жрицу, пока ты не начинает нервно ерзать.

Я хорошо знаю это тревожное чувство.

– Янка.

Вэнделин выжидает мгновение, а затем, словно поняв, что король ждет ее ответа, наконец, заговаривает:

– Простите, Ваше Высочество? Я не понимаю.

– Ты знаешь кого-нибудь с таким именем?

– Здесь, в Илоре? Нет? Я так не думаю.

– А как насчет Ибариса?

Она качает головой.

– Элементаль, – настаивает король. – Она одна из людей Нейлины.

– Я покинула Мордейн, когда мне было семнадцать, и я никогда не была в Аргоне. А здесь я уже двадцать восемь лет. Могу я спросить, в чем дело?

Зандер вздыхает.

– Все так, как мы и подозревали. Маргрет была не первой, кто призывал Судьбу для Ромерии.

У меня отвисает челюсть.

– Ты уже знал!

Или, по крайней мере, подозревал. А мне не сказал? Не знаю, чему я удивляюсь или почему злюсь – все остальное он от меня скрыл, выдавая информацию только по мере необходимости, – и все же во мне бурлит негодование.

Король игнорирует мою реакцию.

– Янка вызвала Ифу.

– Ифу. – Глаза Вэнделин расширяются. – Против воли Нейлины?

– Тайри не сказал.

– Нет. Она знала, – вставляю я. – Нейлина была разочарована тем, что мы потерпели неудачу. Каким бы ни был план, она была его частью, и это, должно быть, включало призыв Ифу. – Я бросаю взгляд на Зандера.

Вэнделин, кажется, обдумывает это.

– И Нейлине пришлось бы снять с Янки оковы ради этого, так что да, я думаю, вы правы. – Ее взгляд задумчив. – Он сказал, чего именно они просили у Ифу?

– Нет, но я думаю, что именно то, о чем мы подозревали, – тихо говорит Зандер. – В любом случае мы больше не получим от него никакой информации.

Несмотря на то, что Тайри сделал со мной, я съеживаюсь при этих ужасных воспоминаниях.

– И о чем же вы двое подозревали, а мне не говорите?

Зандер медлит с ответом, но затем на его лице появляется смирение.

– Что ты уже была оружием, когда прибыла сюда. Оружием, которым нельзя питаться и нельзя обратить. – Его челюсти напрягаются. – Оружием, перед которым я не смог бы устоять.

Мрачный смех и слова Тайри проносятся у меня в голове.

«Значит, этот дурачок по-прежнему очарован тобой, несмотря на все, что ты сделала».

– Околдован, – слышу я свой голос. Это слово использовала Анника.

Поглощен твоей красотой и слеп к предательству.

– Так это правда? – Что бы еще Янка ни попросила у Ифу, она хотела, чтобы Зандер влюбился в меня, и сильно.

Пристальное внимание Зандера сосредоточено на жрице, но я не упускаю из виду, как вспыхивают его щеки. Он смущен.

– Я хотел бы знать все, что ты думаешь по этому поводу. Откровенно. – Это просьба, а не требование.

Вэнделин говорила, что Зандер обращается к ней за советом по многим вопросам, связанным с заклинателями, но приятно видеть, как он отбрасывает свое высокомерие и обращается к другим за экспертным мнением. Корсаков никогда ни у кого не спрашивал совета, а если и интересовался мнением, то только для того, чтобы доказать – они не правы, а он выше них всех.

– Если Нейлина нарушила свой собственный указ о призыве Ифу ради Ромерии, – медленно говорит жрица, – то можно с уверенностью предположить, что все, о чем она просила, будет иметь дурные последствия не только для нас, но и для всех Нетленных Илора.

Зандер ухмыляется.

– Ты имеешь в виду нечто вроде принцессы, которая может убить любого из нас кровью, текущей по ее венам?

Взор Вэнделин обращается ко мне всего на секунду.

– Да, нечто вроде этого. Мы должны предположить, что Малакай не оценит подобного, ведь вы – его творение, и то, что вы ослаблены одним из творений Ифу, разозлит его. – Вэнделин хмурится. – Однако весьма любопытно, что он ответил на призыв Маргрет вернуть к жизни то самое оружие.

– Почему же он так поступил?

– Должно быть, у него на нее другие планы.

Я сижу и тихо слушаю, как они обсуждают меня, будто меня здесь и нет. Наверное, именно это они и делали все то время, что я была взаперти. Решали мою судьбу.

– Всему и всегда есть причина. Судьба ничего не делает без причины. – Она поворачивается ко мне, в ее глазах мягкость. – Хотя Малакай вернул нам не ту же самую ибарисанскую принцессу. Вместо нее он прислал нам эту версию, и я не верю, что она хочет причинить вам какой-либо вред.