Кэти Свит – Бывший. Спаси нашу Любовь (страница 35)
На улице шли дожди, он впитал в себя воду с обуви заходивших в подъезд людей и вымок. Никто даже не удосужился его просушить.
Поднимаю голову выше и на подоконнике вижу до боли знакомый цветочный горшок.
Волна холода пробегается по позвоночнику.
Позабыв обо всем на свете бегу вперед, хватаю кашпо и с ужасом понимаю, что это мое! Его взяли без разрешения.
Оглядываюсь вокруг и замечаю свои занавески на окнах, свои картины, цветы…
- Нет, нет, - бегу от одной до другой, в глазах стоят слёзы. - Только не это.
- Танюш, ты чего? - хмурясь спрашивает Степан, он не понимает моей реакции, но я не слышу его.
Поднимаюсь выше, дрожащими руками достаю ключи и пытаюсь открыть квартиру, но, увы, не могу. Ключ не поворачивается.
- Давай же, открывайся, - рыдаю.
Только вот замку абсолютно плевать на мои слова.
- Дай я, - предлагает Степан.
- Ничего не выйдет. Можешь даже не стараться, - раздается за нашими спинами.
Оборачиваюсь и ахаю. По лестнице поднимается Сергей.
- Хозяйка квартиры выставила все твои вещи из квартиры и поменяла замки, - сообщает чудовищную новость, от которой у меня подкашиваются ноги.
- Нет, - шепчу.
- Да, - кивает печально.
От шока у меня не находится слов.
Облокачиваюсь на стену подъезда и медленно оседаю, ноги не держат. Горло сжимается от сильнейшего спазма и становится трудно дышать.
- Шшшш, - тут же присаживается рядом со мной Сергей. - Танечка, не принимай ситуацию близко к сердцу, все поправимо.
- Ты смеешься? - говорю не скрывая переполняющее сердце горе. - Мне негде жить! - сквозь боль и слёзы прорывается истерика, но мне на нее уже вовсе плевать. - У меня нет работы. Нет денег. Нет никого, кто бы смог меня поддержать.
Кошмар… Просто кошмар…
Мне хочется сделать над собой усилие и проснуться. Я мечтаю, чтобы это все оказалось дурным сном.
Только вот это не сон, а жестокая реальность.
Не понимаю кому я сделала в прошлом плохо, раз приходится так горько расплачиваться? Может быть проще было, погибни я тогда с родителями?
Никто б не пострадал.
Чувствую как моим рукам вдруг становится тепло и открываю глаза, с трудом фокусирую взгляд на сидящем напротив мужчине. Серёжа.
Оказывается, на лестничной клетке мы остались вдвоем.
- У тебя есть я, - старается говорить спокойно, в у самого голос с надрывом. - Я нашел твои вещи, женщина из соседней квартиры успела их убрать к себе до того, как все растащили. Все твое имущество в безопасности, не беспокойся, - делится обнадеживающими.
А я слушаю полный уверенности и силы его голос, медленно прихожу в себя.
Истерика начинает отступать, я могу сделать вдох.
В груди давит, но уже не так сильно и легкие, наконец, получили долгожданный объем кислорода.
Может быть все не так плохо, как в первые минуты подумалось мне?
- Я уже связался со своим другом, он разберется с хозяйкой квартиры, - продолжает Сергей. - Поверь, Славка мокрого места от нее не оставит, - заявляет с ухмылкой. - Она еще будет звонить тебе и умолять заключить мировое соглашение, вот увидишь, - заверяет меня.
- Правда? - шепчу.
Верится с трудом, если честно… Но все-таки вдруг?
- Да, - твердо кивает.
Я вдруг понимаю, что не вижу и не слышу свою Любочку и на меня снова нахлынивает страх. Судорожно принимаюсь искать ее глазами, но не нахожу.
Серёжа замечает мой растерянный взгляд.
- Они со Степаном пошли на детскую площадку, - поясняет. - Нечего лишний раз травмировать ребёнка.
- Спасибо, - от души его благодарю.
Серёжа делает глубокий вдох, смотрит на меня и в его глазах столько эмоций.… Словами не передать.
Он берет мои руки, подносит к губам и оставляет целомудренный поцелуй.
- Вместе мы справимся, - говорит твердо. - Поверь, я тебя никогда больше не оставлю и не предам.
Глава 38. Таня
- Проходи, - передо мной распахивается дверь и я оказываюсь на пороге до боли знакомой мне квартиры.
Первое, что замечаю, так это закрытые шторы и включенный свет. Серёжа помнит о моем страхе и спрятал открывающийся за панорамными окнами вид на город.
Несомненно, можно бесконечно долго смотреть на простирающиеся под тобой парки и скверы, на мчащиеся по шоссе автобусы и авто, на жилые кварталы, на торговые центры, можно любоваться и восторгаться ими. Но не тогда, когда ты до умопомрачения боишься высоты.
В квартире тихо работает телевизор или радио, пахнет чем-то вкусным, но чем именно я никак не могу разобрать. Не до анализа мне сейчас.
В коридоре уже стоят сумки и пакеты с моими вещами, которые Серёжа забрал у соседки. Их достаточно много и я надеюсь, что самое ценное сохранить удалось.
Из детской комнаты доносятся голоса девочек, они играют и общаются на своем мылышковом языке. Даже понимают друг друга без лишних слов.
А еще Серёжа признался, что нашел няню. Теперь есть кому присматривать за Агашей и при необходимости за Любочкой тоже можно будет попросить последить.
Пока мы ехали сюда Карпов много рассказывал о том, что сделал. Оказывается, Серёжа буквально за сутки кардинально изменил свою жизнь.
Я, честно, старалась его слушать, но мое состояние оставляло желать лучшего.… Я безумно устала и больше всего на свете мне хотелось взять и поспать.
Когда случается стресс мой организм клонит в сон и я ничего не могу с этим поделать, концентрация на нуле.
Жаль, я не запомнила и половины о чем рассказал Капров, но услышанного мною все равно хватило за глаза.
Оказывается, он заявил матери, что после вскрывшихся фактов и намеренно организованного мне выкидыша у нее больше нет сына. Серёжа никогда не простит свою мать за то, как она поступила со мной.
Он много раз просил у меня прощение за то, что поверил сплетням, что послушал мою сестру и мать, что поддался на уговоры своей родительницы. Но тогда все казалось логичным и обоснованным, каждый шаг подтверждался фактами.
Никто и подумать не мог будто практически все было сфальсифицировано его матерью.
Это ж насколько сильно нужно ненавидеть меня, чтобы решиться на подобный шаг? До чего порой доводит человека злость. Уму непостижимо.
Мой разум отказывается воспринимать информацию в том виде, в каком она есть. Валентина Сергеевна со своими поступками побила все мыслимые и немыслимые рекорды.
Посадить бы её за ужасные действия, но разве кто что докажет?
Да и мне легче не станет. Беременность никто уже не сохранит.
Серёжа поделился со мной своим решением перестать помогать матери. Он открыто ей заявил, чтобы теперь она рассчитывала лишь на саму себя и отказался ее материально поддерживать. За квартиру тоже платить не будет, поэтому его мать должна в кратчайшие сроки вернуться в свое старое жилье.
Наверное, мне должно быть ее жалко, ведь менять комфортные условия для проживания на весьма и весьма посредственные будет крайне сложно, но я не испытываю к этой женщине ни толики сожаления. Каждый раз когда я о ней думаю, меня охватывает злость.
А чтобы лишний раз не изводить себя и не портить себе настроение, я предпочитаю больше про Валентину Сергеевну не вспоминать. Жизнь рассудит лучше, чем кто-либо из нас.