Кэти Роберт – Порочная красота (страница 21)

Однако еще никогда ставки не были так высоки.

Беллерофонт сцепляет руки за спиной и оглядывает собравшихся.

– Первое испытание скоро начнется. У вас будет две минуты, чтобы осмотреться, после чего прозвучит звуковой сигнал. Как только это произойдет, у вас будет пять минут, чтобы пройти полосу препятствий. Если упадете, сразу выбываете. – Едва дождавшись от нас утвердительного ответа, они разворачивается и уходит по длинному бетонному коридору.

Я слышу шум толпы. Чувствую ее по вибрации, проходящей сквозь бетон. Это лишает меня самообладания, но я гоню это ощущение прочь. В конце концов, люди собрались здесь не для того, чтобы увидеть меня. Если пойму это, приму эту мысль, мне больше не нужно думать о зрителях. Я здесь не для того, чтобы победить. А в качестве поддержки.

Ахиллес нагоняет меня.

– У нас все хорошо?

– Я все еще злюсь на тебя. – Хотя это не совсем так. Да, я испытываю злость, но еще всепоглощающее чувство утраты. Это начало конца, которого я боялся с тех пор, как полюбил Ахиллеса. Пусть он еще не ушел, но горечь пускает свои корни.

Он коротко кивает.

– Ладно.

Не говорит, что мы поговорим позже. Это само собой разумеется. Мы не из тех, кто оставляет конфликт нагнетаться. Хотя я не вижу выхода из этой ситуации. Неважно. Единственное, что мне нужно ясно видеть, – это испытание.

Мы вступаем на арену, и мое внимание привлекает полоса препятствий. Она состоит из череды платформ, разделенных различными преградами. Я видел подобное по телевизору, но эта, похоже, предусматривает нагрузку как на нижнюю, так и на верхнюю часть тела. Проложены три варианта пути, и я поочередно изучаю каждый, ощущая, как большие красные часы отсчитывают секунды до начала.

– Сними обувь.

Ахиллес не задает мне вопросов. Просто подчиняется, снимает кроссовки и носки.

– Первым путем?

Я мотаю головой.

– Прыжок с конца той веревки будет слишком сложно правильно рассчитать. Второй путь кажется более быстрым, но веревочные качели на перилах могут застрять, потому что веревка слишком длинная. Иди третьим. – Подняться на стену не составит труда, но спуститься с нее может быть непросто. И все же лучше идти таким путем, чем первыми двумя. На нем меньше изменчивых факторов, хотя по сути этот маршрут самый длинный выходит к зрителям, а потом поворачивает обратно к финишу. На каждом маршруте по четыре препятствия различной сложности, а еще нужно учитывать временные рамки. Но, разумеется, все не так просто.

Едва эта мысль приходит мне в голову, из входа напротив высыпают люди в черной одежде. Все они одеты в униформу Афины, а на лица опущены черные маски. Образ получается жутким, и толпа кричит от радости. Я вздыхаю.

– Конечно, пройти полосу было бы слишком просто.

– Разве это весело?

Я снимаю обувь и носки. Хотя должен быть всецело сосредоточен на полосе препятствий и противниках, занимающих исходные позиции, с которых они смогут помешать участникам, я все равно поглядываю на Елену. На ее лице застыло сосредоточенное выражение, но она смотрит на первый маршрут. Мне хочется предложить ей пойти третьим, но я сдерживаюсь. Елена – не мой приоритет. Не может им быть.

На часах осталось всего тридцать секунд. Свет мигает и устремляется к ложе над нашими головами. В ней, наблюдая за нами, стоит Афина. Думал, что толпа здорово шумела. Но это ничто в сравнении с тем, что происходит, когда прожектор светит на нее. Арена сотрясается от силы их крика.

Афина поднимает руку, будто дирижируя, и все замолкают. Секунды отсчитывают до нуля, и ее голос произносит:

– Первое испытание начинается… сейчас.

Глава 12

Елена

Я без колебаний бросаюсь вперед в левую часть полосы препятствий. Каждый из маршрутов имеет свои сложности, особенно учитывая, что всюду поджидают одетые в черное люди, но этот вариант, на мой взгляд, наилучший. У меня прекрасно развита верхняя часть тела, а кто-то более высокий, чем я, будет обладать преимуществом на скалодроме. Мне нужен кратчайший маршрут. Или кратчайший из тех, идти по которым имеет смысл. Средний маршрут кажется заманчивым, потому что состоит из одних веревочных качелей, но мне не нравится угол наклона. Это ловушка.

Вся эта чертова полоса препятствий – ловушка.

Один из участников, парень, которого смутно узнаю, со смехом отталкивает меня в сторону и начинает подниматься по приподнятым платформам. Он едва успевает преодолеть три из них, когда его сбивает один из людей Афины. Жестко. Парня сталкивают, и он летит вниз, а потом приземляется со звуком, который я не слышу из-за рева толпы.

– Елена.

Оглядываюсь и вижу Аталанту. Она заплела волосы назад и надела трико темно-серебристого цвета. Она легко улыбается мне, и от улыбки ее покрытое шрамами, но привлекательное лицо становится восхитительным.

– Объединимся на время, чтобы пройти полосу?

Я должна справиться сама. Весь смысл моей борьбы за титул Ареса в том, чтобы все начали воспринимать меня всерьез. Но… я не дура. Отрывисто киваю.

– Только первое испытание.

– Давай посмотрим, на что ты способна.

Она запрыгивает на первую платформу, и я спешу за ней. Аталанта быстрая, сильная и хорошо подготовлена. Даже видя, что она приближается, люди Афины едва успевают напрячься, как она сбивает их с ног и сбрасывает с платформ.

Путь к подвесной веревочной лестнице свободен.

Я мчусь вслед за ней по выступам в виде колонн. Они расставлены обманчиво далеко друг о друга, что заставляет меня сбавить скорость. И все же довольно быстро преодолеваю их и приземляюсь на последнюю платформу под веревочной лестницей. Она качается, и я поднимаю взгляд, как раз когда человек в черном бросается на меня сверху.

Отпрыгиваю, едва не лишившись равновесия, но мне удается устоять на ногах. Он приземляется передо мной и медленно встает. От его вида по моему телу пробегает дрожь. Противник намного выше меня. Но это сыграет в мою пользу.

Он делает выпад, намереваясь сбросить меня. Страх требует, чтобы отползла назад, но я упираюсь ногами и наклоняюсь, когда он бросается на меня. Дальше срабатывает мышечная память. Хватаю его за руку и, используя ее как рычаг, чтобы выпрямиться, перебрасываю его через себя… На землю.

Не жду, чтобы увидеть, как он приземляется. Лезу на лестницу вслед за Аталантой. Забираюсь на самый верх и, перекинув ногу, начинаю спускаться с другой стороны. Похоже, большинство участников выбрали третий маршрут, и замечаю, как один из людей Афины отбрасывает их в разные стороны. К тому времени, как спускаюсь с лестницы, выбывают пятеро бойцов.

Едва мои ноги касаются следующей платформы, как я слышу это. Громкий возглас, а за ним свист. Оборачиваюсь и вижу, как Аякс летит на веревочных качелях посреди центрального маршрута.

Аталанта качает головой.

– Вот дурак.

Хмурюсь, пытаясь оценить скорость движения.

– У него может получиться.

– Не получится.

– И у нас тоже, если не продолжим идти вперед.

Мы с Аталантой одновременно устремляемся к следующему препятствию. Ряд панелей, подвешенных достаточно близко, чтобы можно было перебраться по ним, не падая вниз. Сложность в том, чтобы запрыгнуть на первую панель и спрыгнуть с последней, а для этого потребуется совершить прыжок, схватиться за канат и перелететь на платформу. Стоит просчитаться, и я окажусь в полной заднице, как и Аякс. Я хотя бы сняла обувь, поэтому мне не нужно беспокоиться, что подошва может соскользнуть.

– По крайней мере, на этом маршруте больше нет противников. – Здесь им негде затаиться. Мы остались одни. Остальные бойцы собрались на третьем, и похоже, что большинство людей Афины последовали за ними. Хорошо.

Аталанта разминает плечи.

– Я направо.

Там панель чуть шире, и мне будет невозможно передвигаться по ней быстро. Я смотрю на напарницу.

– Зачем ты мне помогаешь?

– Мне не нужно вставлять тебе палки в колеса, чтобы победить. – Она ухмыляется. – Я добиваюсь благосклонности своей будущей жены. – Аталанта посылает мне воздушный поцелуй и, прыгнув, приземляется, расставив руки и ноги, будто это далось ей без особых усилий. Ее выдает только легкая дрожь, но это не мешает ей продолжить путь.

Боги, чем я занята? Рассматриваю ее, тогда как должна мчаться вперед.

Качаю головой, делаю глубокий вдох и прыгаю на левую дорожку. От приземления по телу проходит вибрация, и я соскальзываю на несколько критически важных сантиметров в пустоту подо мной. Я стискиваю зубы и бросаюсь вперед.

Продвигаясь дальше, замечаю, что Аякс замедлил скорость. Он останавливается в добрых шести метрах от последней платформы и чертыхается, начиная раскачиваться всем телом в попытке подлететь ближе. Ничего не выйдет, но мне и своих проблем хватает.

Я остро ощущаю, что время выходит. Все оказалось гораздо сложнее, чем выглядело со стороны. Я в своей лучшей форме, но мне нужно немало концентрации, чтобы упираться в панели, продолжая при этом двигаться вперед. Сжимаю челюсти.

Я прошла так далеко не для того, чтобы потерпеть неудачу. Нужно утереть нос многим ублюдкам. Сестре и брату. Парису. Ахиллесу. Каждому жителю Олимпа, кто думает, что мои достоинства ограничиваются принадлежностью к семье Касиос и красотой, которая досталась мне при рождении.

Аталанта опережает меня, искушая ускорить темп, но единственная ошибка обернется провалом. Сосредоточившись на дыхании, продвигаюсь вдоль панели. Шагнула. Прижалась. Шагнула. Прижалась. Снова и снова. К тому времени, когда дохожу до конца, все тело дрожит. Осматриваю расстояние, которое мне предстоит преодолеть, чтобы дотянуться до каната и перелететь на следующую платформу. Отсюда оно кажется бесконечным. Я бы легко допрыгнула до нее, если бы мышцы не затекли, но я измотана.