Кэти Хапка – Тайное имя (страница 21)
— П-простите, — пробормотал Декстер, которого резко затошнило при виде этих малоаппетитных обрезков морской еды, светящихся ярко-розовым цветом в лучах садящегося за горизонт солнца. — Простите. Мне ужасно жаль.
Мужчина сказал что-то по-корейски обеспокоенным тоном. Но даже если бы тот говорил по-английски, Декстер вряд ли смог бы ответить. Глаза Сойера все еще преследовали его: их насмешливый снисходительный взгляд горел перед ним во тьме разрушенного салона, и от этого взгляда надо было скрыться, иначе могло произойти что-то ужасное. Декстер ничего не понимал, но одно знал точно: надо бежать. Бежать, чего бы это ни стоило.
— Мне надо идти, — сказал он, проходя мимо корейца, протягивающего ему руку. — Извините.
Декстер побежал, обернувшись только тогда, когда между ними оказалось порядочное расстояние. Супруги уже вернулись к своим занятиям. Они сидели рядышком, и Декстер почувствовал зависть: эти двое как будто высекли для себя пещеру, свой собственный, изолированный, маленький мир посреди хаоса острова. Это было потрясающе: они были дома только потому, что были вместе.
«Хотя, может быть, они держатся в сторонке просто потому, что их никто не понимает, — напомнил себе Декстер. — Мы же ничего о них не знаем. Может быть, они даже не женаты. Они могут быть совершенно не знакомы друг с другом, могут оказаться братом и сестрой или шпионами международного класса, которые всех нас рано или поздно тут поубивают, или могут просто ненавидеть друг друга до потери пульса…»
Он снова оглянулся и чуть не упал от внезапного приступа головокружения. Желудок подскочил к горлу, язык свело, и Декстер понял, что ему надо уйти с удушающей жары пляжа. Свернув к джунглям, он практически с разбега вломился под древесный полог и остановился только посреди частично скрытого тенью поля, где росла трава высотой ему по грудь. Ее стебли были на удивление острыми и жесткими, все еще сверкающими от влаги дождя, прошедшего этим утром.
За полянкой виднелась рощица деревьев с бледными изогнутыми стволами. Под тенью их изящно качающихся листьев, преграждающих путь лучам заходящего солнца, было гораздо темнее. Забираясь наугад все дальше в джунгли, Декстер почувствовал, как образ ухмыляющегося лица Сойера постепенно исчезает из его сознания, заменяясь фигурой чудовищно толстой женщины с морщинистой кожей и пережженными химией волосами. «Что с тобой, мальчик? — кричала она где-то внутри его головы. — Ты что, больше не знаешь, кто ты?»
— Нет, — застонал Декстер, прижимая ладони к ушам, как будто это могло заглушить женский голос. Он не имел понятия, кто она такая, но был убежден, что хорошо знал ее. Или должен был знать…
Декстер упал на землю рядом с древесным стволом, чтобы отдохнуть. Вытерев пот с лица, он закрыл глаза, но лицо этой женщины все еще было здесь. Декстер посмотрел вверх, его взгляд прорвался сквозь густую листву и остановился на ярко-розовой полосе, распарывающей темнеющее небо, подобно открытой ране. По какой-то причине, увидев это, он чуть не расплакался.
«Нужно взять себя в руки, — подумал Декстер, изо всех сил стараясь успокоить свой бушующий разум. — Сконцентрируйся, соберись. Подумай о чем-нибудь простом, о чем-нибудь хорошем, настоящем…»
Первой же картиной, пришедшей ему на ум, разумеется, была Дэйзи. Он упивался ее веселым, прекрасным, таким знакомым лицом, с любовью созерцая изгиб щек и линию губ, но уже через секунду счастливая Дэйзи стала хмуриться, и ее лицо превратилось в искаженную гневом и презрением маску.
Декстер отшатнулся, потрясенный, взволнованный… и виноватый, сам не понимая почему. Неужели это было как-то связано с их ссорой в Сиднее, подробности которой он никак не мог вспомнить?
— Что произошло? — спросил он девушку. — Пожалуйста, скажи мне, и я смогу все вспомнить. Скажи мне, из-за чего мы поссорились там, в Сиднее…
Его голос оборвался, и Декстер разочарованно вздохнул. Каким-то шестым чувством он понимал, что бредит, что это последствие обезвоживания, но вместо того, чтобы просто потерять сознание, в этот раз вместе с лихорадкой пришло чувство невосполнимой утраты и тревоги.
— Декстер!..
Странный шепот, призрачный голос окутал его, и Декстер не понял, то ли он раздается в его голове, то ли доносится откуда-то из джунглей.
— Дэйзи? — нерешительно прошептал он, с трудом поднимаясь на ноги и лихорадочно озираясь вокруг. Это была она? Неужели она все-таки на острове?
— Декстер!..
На этот раз шепот был более явственным.
— Я иду! Я здесь!
Он побежал, все сильнее углубляясь в джунгли, не раз спотыкаясь о камень или древесный корень, но в последний момент успевая зацепиться за ствол или ветку. Декстер тяжело дышал, воздух вокруг был настолько густым, что, казалось, прямо на глазах превращался в воду. Но он не останавливался — просто не мог. Там, впереди, ждала Дэйзи — вот за этим камнем, за этим поворотом…
Надо найти ее. Только она все исправит, расставит по своим местам. Декстер знал это так же отчетливо, как и собственное имя.
Наконец он обогнул какой-то совершенно непроходимый куст и заметил впереди яркое пятно белокурых волос.
— Дэйзи! Дэйзи, это я! Подожди! — закричал Декстер. Он выбежал на поляну, чуть не плача от радости, но вдруг остановился и замер. Там, справа от Дэйзи, держа ее за плечо, стоял… он сам. Другой Декстер.
— Что ты здесь делаешь? — спросил другой Декстер, отпуская Дэйзи и делая шаг вперед.
— Я… я пришел забрать Дэйзи. Дэйзи, это же я. Декстер!
— Это я — Декстер! — сказал двойник, и слова его угрожающим эхом раскатились в воздухе. — И тебе лучше никогда не забывать об этом. Настоящим Декстером всегда буду только я, несмотря на все твои усилия.
— Нет! — в панике закричал Декстер. — Дэйзи, не слушай его! Он лжет!
— Ей все известно. Она знает правду, — спокойно ответил близнец. — Она знает, что я не тот человек, который может лгать. Не такой, как ты. Ты жалок, прячешься за несуществующей личностью и выдуманным именем. Кому нужна такая фальшивка?
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — слабо возразил Декстер, но что-то в словах двойника наполнило его отвращением и стыдом. Неужели это правда? Но как такое возможно?
— Дэйзи! — взмолился он, широко раскинув руки. — Пожалуйста, Дэйзи…
— Декстер, что с тобой происходит? — Девушка пристально смотрела на него, ее верхняя губа приподнялась от отвращения. — Просыпайся! Идиот!
— Молодец, посочувствовала. Но серьезно, Декстер, — язвительный голос двойника то приближался, то удалялся, как радиопомехи, оставляя после себя только чувство вины и тревогу. — Думаю, лучше отнести тебя на пляж.
Декстер моргнул, и лицо близнеца расплылось до неузнаваемости.
— Что… что происходит? — прошептал он и принялся ожесточенно тереть глаза. Перед ними поплыли цветные пятна и искры. Затем вновь вернулось лицо толстой женщины, жующей морскую еду корейцев, с застывшей усмешкой Сойера. Странные, изломанные линии теснились в разуме Декстера, тасовались, как шарики в лотерее… лотерее, которую его тетя смотрела каждые выходные в надежде разбогатеть…
«Моя тетя… — подумал он, когда толстая женщина вновь искоса посмотрела на него. — Тетя Паула…»
Декстер услышал какой-то звук и открыл глаза, увидев, как двойник неожиданно подошел к нему и отступил, внезапно решив, что копия хочет убить его, сожрать, остаться единственной.
— Нет! — закричал он, пытаясь защититься. — Не трогай меня! Я — это ты! Я все еще ты!
— Декстер? — Когда тот, другой, схватил его за руку, его лицо неожиданно изменилось.
— Бун? — Взглянув в ту сторону, где только что стояла Дэйзи, Декстер увидел только Шэннон, смотрящую на него с откровенным изумлением. — Шэннон? Что вы тут делаете?
— Тебе не надо разговаривать, приятель, — Бун подхватил его под руку. — Давай-ка мы лучше отведем тебя на пляж и покажем Джеку.
— Но, но Дэйзи…
— Бун, держи голову, он падает!
Дэйзи… Декстер стремительно проваливался в бесконечную, засасывающую, такую уютную бездну обморока. Он сдался, наблюдая, как мысли разлетаются в разные стороны, словно бабочки, а затем обмяк на руках Буна, и мир вокруг стал сияюще-серым и туманным.
18
— Выше голову, Дексо!
Декстер повернулся как раз вовремя, чтобы увернуться от летевшей в его голову банки содовой, которую Джейсон кинул с противоположной части бассейна. Он поймал ее и слабо улыбнулся Дэйзи, в то время как старший брат громко расхохотался при виде его удивленного лица.
— Когда ты вырастешь, Джейз? — мягко упрекнула его девушка. — Слушай, ты ведь больше не член студенческого братства.
— Студент всегда студент. — Ее брат осклабился; его пухлые губы выпятились, он озорно подмигнул Декстеру, разбежался и со всего размаху, ласточкой, прыгнул в воду, забрызгав Дэйзи с ног до головы.
Декстер через силу рассмеялся. Прошла только пара дней, а он уже дико устал от шутовских выходок Джейсона. Старший брат Дэйзи оказался чрезвычайно общительным и веселым, именно таким, каким она его описывала. Проблема была в том, что его поведение зачастую становилось просто несносным. Джейсону было уже двадцать три года, но его чувство юмора застыло где-то на уровне средней школы.
Миссис Уорд наблюдала за всем этим поверх солнцезащитных очков, подставив солнцу спину.
— Джейсон, пожалуйста, — мягко сказала она, когда сын вынырнул посреди бассейна и поплыл к одному из бортиков. — Не надо все портить, ты меня слышишь? — Отложив в сторону журнал, мать Дэйзи встала, потянулась и посмотрела вокруг. — Красивый бассейн, правда?