Кэти Эванс – Ты будешь моим (страница 35)

– Ну и что ты об этом думаешь? – спросила я у Мелани, поправляя фальшивые светлые локоны до плеч.

– Обалдеть! Ты и вправду выглядишь вульгарно. А теперь позволь мне накрасить тебя. – Она принялась слой за слоем наносить на меня косметику, а я вновь начала волноваться от перспективы увидеть его на ринге, и мое бедное сердце билось как бешеное о ребра грудной клетки. – Мел, ты замазала мне все поры.

– Ладно тебе! Не ворчи! А теперь займусь собой.

Я принялась рассматривать себя в зеркале, пока подруга наносила макияж.

– Н-да, я выгляжу как потрепанная проститутка. Нас непременно спросят, сколько мы берем.

– Тупица! Забыла, что мы должны выглядеть так, чтобы он не узнал тебя?

– Но ты все-таки выглядишь поживее, эдакая горячая бабуля, почему же у меня не получается?

– Потому что я все-таки еще могу ходить, а ты прикована к инвалидному креслу.

Она подтолкнула меня поближе к зеркалу, и мы принялись себя рассматривать – обе в пестрых старушечьих платьях, Мел дополнила свой наряд кашемировым свитерком и воткнула цветок в седой парик, а мой светлый парик украшала черная повязка в стиле Алисы в Стране чудес, удерживающая волосы на месте.

Я была и так не похожа на себя, а если бы добавила большие очки, которые мы заказали вместе с нарядами и париками, то меня и родная мать бы не узнала, но они были такие громоздкие и неудобные, что я просто засунула их в карман платья, когда мы уже направились к лифту.

– Я не собираюсь привлекать его внимание и мешать ему, договорились? Реми не должен догадаться, что я пришла на бой. Он может рассердиться. Даже не представляю, что он тогда сделает, он ведь совершенно непредсказуем. И наши серьезные ссоры всегда кончались разрывом. Ты же знаешь.

– Моя дорогая подруга, судя по увеличившемуся количеству роз, он явно хочет помириться с тобой. И не волнуйся ты так! Я сразу привезу тебя сюда, а пока мы хоть ненадолго вытащим тебя из этой ЧЕРТОВОЙ КОМНАТЫ! Йу-ху!

♥ ♥ ♥

Спустя полчаса мы обнаружили, что боксерский клуб – не слишком походящее место для инвалидов. Это нам стало ясно, когда Мел вытащила меня из такси, усадила в кресло, завезла в ночной клуб и мы на лифте спустились в зал, где проходили бои. Она пыхтела, охала, отдувалась и наконец заявила мне, что наша затея больше не кажется ей такой уж крутой.

– А все из-за тебя, беременная цыпа.

Я бы, может, и посмеялась над ее забавными попытками протащить меня через толпу, но когда мы выкатились в переполненный разгоряченными людьми зал, мне стало не до шуток. Я как будто бы вернулась домой после долгой разлуки и испытывала смешанное чувство радости и разочарования – ведь меня сюда никто не приглашал.

Это было то место, где я с ним познакомилась. Где потеряла свое сердце в одно мгновение. Где он узнал мое имя. Где он поцеловал меня в губы. Где он победил на ринге всех, прежде чем взять штурмом меня.

После примерно тысячи «извините, прошу прощения, пожалуйста, проходите» мы с Мелани, наконец, добрались до наших мест. Мне пришлось разориться, так как я покупала билеты по собственной карточке, но мы заняли места в первом ряду, пусть и не в центре. Это были замечательные места, отсюда я могла видеть каждый дюйм моего Рипа с самого близкого расстояния. Он не горит желанием разговаривать со мной? Не хочет меня видеть? Ну и ладно! Зато я умираю от желания хоть мельком взглянуть на него.

– Не забывай выглядеть пожилой женщиной, Мел, – прошептала я, когда первые бойцы вышли на ринг и начали колошматить друг друга по лицам.

– Та женщина продолжает нас преследовать, – озабоченно произнесла Мелани и кивнула куда-то за спину, но я даже не смогла обернуться. – Она похожа на трансвестита. Что-то мне страшновато.

Я огляделась в поисках Пита и нашла его на его обычном месте, а рядом с ним, там, где раньше всегда сидела я, увидела свою сестру Нору, которая улыбалась и флиртовала с ним.

– Ух ты, Нора все-таки уговорила Пита достать ей билет? – заметила Мелани.

Не знаю почему, но при виде кого-то, занимающего мое законное место, пусть это даже и моя сестра, во мне проснулись тысячи змей ревности, и я снова начала злиться. Нет, даже не злиться, во мне начала просыпаться ничем не контролируемая ярость! Как посмел Ремингтон заявить, что я не могу сюда прийти. Вот ублюдок!

В эту минуту ринг опустел, Райли направился к месту в углу ринга, которое он обычно занимает во время боя, и мой пульс подскочил до небес.

– В последний раз, когда он поднимался на этот ринг, он закончил бой рекордным нокаутом, после которого побежал за одной из наших зрительниц. – Голос комментатора, льющийся из динамиков, звучал все с большим накалом, и женщины начали кричать громче, а мое сердце просто растаяло от воспоминаний о том, как он спрыгнул с ринга и помчался за мной. – Вы все прекрасно знаете, о ком я говорю. Это именно тот человек, ради которого вы сегодня пришли! Итак, встречайте! Единственный и неповторимый Ремингтон Тейт. Снова у нас на ринге! Ри-и-ип!!!

Мелани едва не задохнулась от восторга, а потом пробормотала:

– Это, и правда, он. О, черт, я его вижу.

Мое сердце уже колотилось где-то на уровне горла, пока я старалась разглядеть вспышку красного цвета, движущуюся по направлению к рингу, но из своего дурацкого кресла я ничего не видела.

– Я его не вижу! – трагическим голосом прошептала я Мелани. Как же я злилась, что его могут видеть все кроме меня.

– Подруга, он просто идет к рингу! Какие-то цыпочки его окружают, но он проталкивается сквозь них. Он настоящий бог, Брук. О боже!

И вот наконец я увидела его, мое сердце буквально замерло, а все кишки скрутило в тугой узел от охвативших меня эмоций. Я люблю его. Я ненавижу его… люблю и ненавижу!

Он появился в поле моего зрения, весь в вспышках алого атласа, и легко проскользнул между канатами. И вот он уже красуется на ринге, гибкий, мускулистый, проворный. Залитый светом софитов, он скинул свою красную накидку и предстал перед нами, весь такой мужественный и необузданный. Мечта каждой женщины и моя истинная любовь.

Я никогда не смогу забыть, как он выглядел в своей боксерской форме, каждую мышцу его рельефного тела, крепкого и тренированного, загорелого и блестящего. Не смогу забыть, как он улыбался своим поклонникам. Он выглядел просто великолепно. Он был идеален. Он излучал первобытную мужскую силу и жизненную энергию. Казалось, он наслаждался отдыхом на каком-нибудь гребаном пляже у моря, а я варилась в котле с кипящим маслом в аду. Такое впечатление, что даже лучи софитов были неравнодушны к нему и стремились вниз, чтобы поцеловать его гладкую загорелую кожу. Его твердые как камень руки были подняты в приветствии, мышцы напряжены, когда он медленно начал поворачиваться. Я почти чувствовала, как пол дрожит под колесами моего кресла, вибрируя от шквала приветственных криков болельщиков.

– Сделай их всех, Рип! – неистовствовали люди за моей спиной.

– А потом трахни меня!

На его щеках появились ямочки, его глаза блестят – все это для них. Он выглядел сейчас таким откровенно счастливым, что мне захотелось его ударить. На самом деле, мне хотелось оказаться сейчас на ринге, с жадностью прижаться своим ртом к его рту… пока буду его бить.

– Брук, я чувствую себя такой плохой подругой сейчас, из-за того, что хочу твоего парня, но, пожалуйста, скажи мне, что ты меня понимаешь! – обеспокоенно и вместе с тем возбужденно спросила Мелани.

Я застонала, испытывая отвращение к себе. Он меня бросил, а я гоняюсь за ним, как какая-нибудь безумная фанатка. И я хочу его, потому что он мой.

МОЙ.

– А теперь, ле-е-ди и джентльмены, мы приветствуем прародителя всех монстров, Гектора Гекса. На ринг выходит Геркуле-е-е-с! – объявил диктор, и Мелани прошептала:

– Вот дерьмо.

Когда «прародитель монстров» вышел на ринг, клянусь, я ощутила, как настил прогнулся под его весом. Ничего подобного я никогда раньше не видела! Он показался мне даже больше, чем Мясник, и узел в моем животе сжался еще сильнее. Этот новый противник Реми был похож на какого-то сказочного великана, вроде Поля Баньяна.

– Из какой галактики явился сюда этот кусок мяса? – спросила Мелани, встревоженная не меньше меня.

Реми и его новый противник обменялись «рукопожатиями» – похлопали друг друга по боксерским перчаткам – и разошлись. Он согнул руки, я видела, как напряглись его мышцы, как двигались ленты татуировки, обхватывающие его бицепсы, и все мое тело напряглось при мысли о том, что он чувствует сейчас.

Прозвучал гонг. Боксеры сошлись в центре. Я вся сжалась, когда «прародитель всех монстров» нанес несколько чудовищных ударов по корпусу Ремингтона, однако тот ответил такой сокрушительной и быстрой серией тройных ударов, что отбросил противника на несколько шагов назад.

– Брук, о боже! Что он делает! О, я сейчас умру! – верещала Мелани.

Великан тем временем вновь бросился в атаку – и с размаха нанес несколько чувствительных ударов Реми прямо в живот. От каждого звука я вздрагивала, как если бы били меня. Но тут Ремингтон нанес ответный удар. Быстрый и жестокий. Удар – удар – еще один! Великан упал на задницу. Ремингтон кружил вокруг него по рингу в ожидании, что тот поднимется, – гибкий, грациозный, мой могучий голубоглазый лев.

Все мое тело помнило, как этот лев двигался во мне, нависая надо мной. Как его бедра толкались в меня, точно приспосабливаясь к моему ритму, как они возбуждали меня. Как его руки двигались по моему телу, сжимали мои груди. Дразнили меня. Как его язык скользил по моей коже, пробуя меня на вкус.