Кэти Эванс – Сердцеед (ЛП) (страница 23)
Потому что он идет сквозь толпу, и перед его широкоплечей фигурой все расступаются, когда он направляется прямо ко мне.
— Ты закончила? — интонация его голоса не злая или нетерпеливая, но... на грани.
— Я... да, — я быстро поднимаю бейдж, пытаясь прикрепить его к платью.
Он берет меня за руку.
— Я люблю твои милые ушки, но, кажется, они не особо хорошо работают, — бормочет он, усмехаясь. — Тебе это не понадобится, — он выдергивает бейдж у меня из пальцев.
— Что? Почему?
— Сент! — зовет кто-то поблизости. Один из представителей СМИ просит сделать фото, в чем Сент отказывает простым движением руки.
Затем он прячет мой бейдж себе в карман пиджака и снова берет меня под руку.
— Пойдем, — шепчет он мне на ухо, уже уводя меня в сторону зала, к дверям, которые ведут на террасу с видом на поле для гольфа. Он выходит на террасу вместе со мной, и только тогда я все же вытаскиваю руку из его теплой руки.
— Не думаю, что нам стоит быть здесь. Все видели это.
— И что? — он в недоумении поднимает брови. Взгляд его глаз мерцает в лунном свете, и он такой привлекательный. Аппетитный. Не только его губы, он весь.
Сент медленно смотрит вниз. От него исходит энергия, которая притягивает меня, словно магнит. Это лишает меня решимости, но что-то в его голосе меня успокаивает.
— Рейчел, ты винишь меня за то, что я захотел пару минут побыть только с тобой? — спрашивает он слегка хриплым голосом.
У меня уже тысячи его фотографий, но ни одной такой. Лицо, которое я вижу сейчас, не для прессы, никто не должен видеть его таким. Даже я. На его лице столько чистых, животных, неприкрытых чувств, что они бурлят в его глазах.
Он сжимает мне руку, удерживая рядом, затем притягивает меня ближе к себе, а на губах появляется улыбка оттого, что я сопротивляюсь.
— Иди сюда, — просит он, наконец убедив меня расслабиться достаточно, чтобы подойти туда, где он меня хочет. Ближе к нему.
Он такой притягательный, такой красивый, когда смотрит вниз на меня, притягивая меня достаточно близко, чтобы чувствовать его аромат. Я представляю, каково это — протянуть руку и прикоснуться к его твердой челюсти, провести языком по его загорелой груди вверх к смеющемуся рту.
Я бы все отдала, чтобы узнать, о чем он думает. Почему он вот так улыбается. Есть улыбки, на которые ты просто не можешь не ответить улыбкой, но
Но он делает первый шаг, сдвигая руку всего на пару сантиметров, теперь она на моем лице.
— Ты выглядишь ослепительно, — говорит он, проводя подушечкой большого пальца у меня по губам. Я непроизвольно вздрагиваю. — Я мог бы наслаждаться твоим ртом... даже дольше, чем в прошлый раз.
— Нет, никаких поцелуев, — выдыхаю я, но всего на мгновение, я позволяю себе почувствовать, каково это — быть рядом с кем-то настолько больше и сильнее меня.
Он проводит рукой по моим волосам, и ощущение такое приятное и пьянящее, что я замираю на месте. Так мы и стоим.
Очевидно, он знает, как действует на меня. Но выглядит, будто тоже находится под впечатлением, его тело словно каменное и вибрирует от напряжения. Мы находимся под влиянием друг друга. Он проводит кончиками пальцев по обнаженной коже моей спины в вырезе платья, а тепло его рук посылает мурашки по всему моему телу. Мы стоим в укромной нише, между нами витают напряженные «ты-и-я» флюиды.
— Я никогда так не поступаю, — я пытаюсь освободиться из его объятий. — Пожалуйста, отдай мне мой бейдж.
— Зачем? — бормочет он, немного хмурясь.
— Мне нужен мой бейдж. Я... это не...
— Нет, — отвечает он тихо.
— Без своего бейджа я чувствую себя голой.
Он ухмыляется.
— Ответ все еще «нет».
Я со стоном отворачиваюсь, а когда бросаю на него быстрый взгляд, вижу, с каким искренним удовольствием он за мной наблюдает.
— Могу я задать тебе несколько вопросов? — говорю я, после чего, застав его врасплох, быстро
ротягиваю руку, вытаскивая свой бейдж из его кармана.
Он смеется, когда я быстро отступаю, чтобы он не отнял его обратно, после чего приходит в себя и преодолевает образовавшееся между нами расстояние медленными и выверенными шагами.
— Ты хочешь поговорить об Interface?
Мне кажется, что фраза
— Да, — заявляю я, пристегивая бейдж к платью.
Он смотрит на меня.
— Спрашивай, — он, кажется, не возражает против интервью, так что я, наконец-то, с облегчением выдыхаю.
— Какие цели ты ставишь перед Interface?
Он заправляет выбившуюся прядь волос мне за ухо. Когда он опускает руку, мое ухо горит огнем.
— Быть номером один на рынке, оставив позади конкурентов.
Я вижу его, слышу его, его амбиции, его решительность, производимый им эффект только растет во мне.
— Ты... — я замираю, когда он поднимает руку, поглаживая мне щеку костяшками пальцев.
— Ты никогда не перестаешь работать, не так ли? — перебивает он, немного хмурясь. — В этом смысле, ты совсем, как я.
Я тоже хмурюсь.
— Ты отвечаешь вопросом на вопрос.
— Ты не задаешь правильные вопросы.
— Боже, Сент! Почему тебе так нравится меня дразнить?
Смеясь, он наклоняется ближе, пока не оказывается ко мне так близко, что я могу чувствовать запах мыла на его коже. Он удерживает меня за подбородок большим и указательным пальцами.
— Почему ты краснеешь каждый раз, когда я это делаю?
— У меня бледная кожа, почти матовая. Я легко краснею.
— Я вижу, что краснеешь ты только со мной.
Выражение его лица одновременно успокаивающее и волнующее, горячее и холодное, отстраненное, но в то же время, кажется, он раздевает меня.
— Рейчел, ты думаешь обо мне?
— На работе, да. В офисе я думаю о тебе. Ты это хотел услышать?
— Частично, да. Я тоже думаю о тебе на работе, но я также думаю о тебе и в постели.
— Сент, с вами хотел бы поговорить мировой судья. Мисс Ливингстон, я — Дин.
Я сейчас так возбуждена, что сгораю от стыда, что познакомлюсь с пиарщиком Сента в таком виде, тем не менее, я пожимаю его руку, стараясь вести себя спокойно и собранно, ничем не выказывая, как на меня действует Сент.
— Дин, конечно, так приятно с вами познакомиться.
Малкольм забирает бейдж у меня из рук.
— Время для прессы истекло, — сообщает он. Холод напрочь исчез из его взгляда, теперь его глаза более, чем теплые, они искрятся, словно фейерверки, когда он смотрит на меня. — Дин, позаботься о ней.
— Будет исполнено.
Он идет внутрь.