Кэти Ди – Полукровка: Последняя из рода "Зов Крови" (страница 24)
Мама тут же удивлённо приподняла брови: – Как это? Разве во дворце Донброеса ты не носила королевских нарядов?
Каталина покачала головой и ещё больше смутилась, опустив взгляд: – Нет…
– Мама, – вмешался я в разговор, – Каталина носит штаны.
Матушка перевела взгляд на неё, и её глаза загорелись искренней радостью.
– Правда? Это же замечательно!
Я невольно выпучил глаза от неожиданности – реакция мамы оказалась совсем не такой, какой я ожидал.
– На самом деле, – тихо прошептала она Каталине, наклонившись, – я тоже люблю носить штаны. Но отец Роя … – её голос дрогнул, – он долго отучивал меня от этой привычки. Поэтому ради его памяти я ношу платья. Пообещала себе, что после его смерти буду всегда выполнять его просьбу, – закончила она с лёгкой грустью в голосе.
Я медленно обвёл взглядом присутствующих за столом. Кивнув им с едва заметной улыбкой, я дал тем самым понять, что они могут приступать к трапезе.
Но я уловил кое-что ещё: несколько учеников, сидевших в середине зала, не сводили любопытных взглядов с моей спутницы. Их глаза скользили по её платью, лицу, движениям – слишком откровенно, слишком пристально. Не теряя самообладания, я метнул в их сторону строгий, предупреждающий взгляд – тяжёлый, цепкий, не терпящий возражений. Эффект последовал мгновенно: молодые люди тут же опустили головы, поспешно уставились в свои тарелки, будто бы именно там скрывалась тайна мироздания. Кто-то покраснел, кто-то неловко поправил салфетку, а один даже сделал вид, что увлечённо изучает узор на скатерти.
Мама очень сильно заинтересовалась Каталиной и Эмбер – настолько, что буквально не давала им ни капли возможности спокойно поесть. Она то и дело задавала вопросы, перебивала их попытки сделать глоток вина или поднести вилку ко рту, тут же вплеталась в разговор со своими историями, воспоминаниями, шутливыми замечаниями.
– И чем же вы занимались у моего брата? – наконец спросила она, слегка наклонившись вперёд и устремив на девушек внимательный, любопытный взгляд. В её глазах плясали искорки неподдельного интереса.
Эмбер, которая обожала общение и чувствовала себя в такой обстановке как рыба в воде, тут же взяла инициативу в свои руки. Она улыбнулась, поправила прядь волос и ответила с лёгкой непринуждённостью: – Я занималась библиотекой, – произнесла она. – Приводила в порядок старинные фолианты, каталогизировала новые поступления, помогала гостям с поиском редких книг. А Каталина ухаживала за садом королевы, – добавила она, бросив тёплый взгляд на подругу.
– Неужели? – мама приподняла брови, искренне удивившись. Её глаза загорелись ещё ярче, а на губах появилась улыбка. – И что же там растёт? Наверняка какие‑нибудь особенные цветы?
Каталина слегка покраснела, но ответила спокойно. – Да, там много редких растений. Особенно красив сад весной, когда цветут белые лилии и вьётся глициния вдоль арок.
Мама слушала, не перебивая, и в этот момент даже позволила им сделать пару глотков вина, прежде чем задать следующий вопрос.
– Может, ты сможешь помочь и мне? Я уже много лет стараюсь разбить хотя бы небольшие живописные полянки – без них этот мрачный дворец навевает невыносимую скуку, словно поглощая все краски мира. Здесь, в этой скалистой местности, почти ничего не растёт, – вздохнула она. – А я в садоводстве совсем не разбираюсь.
– Мама, Каталина здесь не для этого, – добавил я, пытаясь мягко объяснить ситуацию.
Но Каталина бросила на меня возмущённый взгляд, в котором читалось явное неодобрение.
– Конечно, я помогу, – твёрдо отозвалась она, повернувшись к маме и одарив её тёплой улыбкой. Затем, незаметно ткнув меня локтем в бок, тихо добавила: – Я могу совмещать приятное с полезным.
Мама тут же просияла от радости.
– Спасибо, детка! – воскликнула она, и её глаза заблестели. – А вообще, вы можете делать здесь всё, что пожелаете. Это теперь и ваш дом. С этими словами она улыбнулась, и все наконец принялись за еду. В воздухе повисло ощущение лёгкости и уюта – словно сама атмосфера стала теплее от маминой благодарности.
– Ну что, готова посмотреть, как я живу? – с лёгкой улыбкой обратился я к Каталине, слегка кивнув в сторону выхода.
Она одобрительно кивнула в ответ, её глаза засветились любопытством. Затем Каталина невольно перевела взгляд в сторону Эмбер. Та, поймав её взгляд, молча указала подбородком на Кэя. Он, уловив этот немой сигнал, едва заметно улыбнулся и ответил ей таким же молчаливым кивком – коротким, но полным понимания.
Выйдя из-за стола, я неторопливо повёл Каталину в сторону чёрного выхода. По пути я невольно бросал строгие, чуть прищуренные взгляды на остальных присутствующих. «И почему я вдруг стал таким ревнивым?» – мысленно удивился я, едва слышно пробормотав эти слова себе под нос. «Веду себя как мальчишка».
Первым делом я повёл Каталину по длинным коридорам, подробно показывая, какая комната куда ведёт. Она с живым интересом осматривала портреты предков в массивных золочёных рамах, висевшие вдоль стен, любовалась старинными картинами и причудливыми подсвечниками – каждый был словно произведение искусства, отлитый из тёмной бронзы с витиеватыми узорами.
Мимо нас бесшумно скользили служанки, бросая любопытные взгляды через плечо.
– Разве они не должны ходить какими-то другими путями? – тихо спросила Каталина, вспоминая роскошь дворца Алана.
Я покачал головой: – Нет, у нас все коридоры общие, без каких‑либо потайных ходов. Отец всегда настаивал на этом. Он считал, что весь персонал должен быть на виду – так меньше шансов на сплетни, интриги и заговоры. Я придерживаюсь тех же правил и отношусь к этому весьма строго.
– Хочешь сказать, ты наказываешь за сплетни? – удивлённо приподняв бровь, спросила она.
Я лишь усмехнулся, слегка покачав головой: – За сплетни – нет. Они неизбежны, от них никуда не деться. Но вот заговоры … – мой голос стал твёрже, а взгляд – серьёзнее. – Заговоры пресекаются без промедления. Мой отец установил этот порядок, и я его строго соблюдаю. Здесь не место тайным сговорам.
Напоследок я привёл её в свой кабинет. Когда я распахнул перед Каталиной дверь, она сперва лишь заглянула внутрь, не решаясь переступить порог. Затем, набравшись смелости, всё же вошла. Она тут же ахнула, поражённая масштабами помещения. Мой кабинет оказался куда просторнее того, что когда-то выделял мне дядя. Это был прежний кабинет отца – после его смерти я занял это место, словно унаследовав не только стены, но и ответственность. На дальней стене висел большой портрет отца в тяжёлой золочёной раме. Каталина сразу направилась к нему.
– Это … твой отец? – спросила она, бросив на меня короткий взгляд, и улыбнулась.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.