Кэти Берчэл – Последнее слово (страница 19)

Он фыркает.

– О, правда?

– Правда.

– Потому что, если судить по нашему недавнему общению, ты все еще очень враждебно ко мне относишься, – говорит он, нахмурившись.

– Это не из-за того, что произошло, Райан, – сердито отвечаю я.

– Тогда почему же?

– Может, ты меня раздражаешь в общем.

Райан закатывает глаза.

– Ладно. Очень по-взрослому.

– Знаешь ли, ты тоже был со мной не особенно мил и добр в последнее время, – отмечаю я. – Может быть, это ты на меня обижаешься.

– С чего бы мне обижаться?

– Не знаю. Я не буду притворяться, что знаю, как устроен твой коварный разум.

– Харпер, – тихо говорит он, ущипнув себя за переносицу, словно пытаясь сохранить самообладание, – мы можем хотя бы вести себя по-человечески? Чтобы мы оба не боялись каждый день приходить в офис? Ты можешь забыть о том, что случилось, и…

– Насколько я знаю, ничего не случилось, – отрезаю я, глядя ему прямо в глаза.

На его лице мелькает эмоция, но я не могу распознать, что это. Возможно, обида или сожаление? Может, замешательство. Она исчезает так же быстро, как появилась.

– Отлично, – говорит Райан, констатируя факт.

– Хорошо.

– Хорошо.

– Хорошо.

– Почему ты постоянно это делаешь? – рычит он с досадой.

– Делаю что?

– Тебе обязательно нужно оставить последнее слово за собой, когда мы разговариваем.

– А может, это тебе нужно обязательно оставить последнее слово за собой, поэтому ты так бесишься, когда это делаю я? – подмечаю я самодовольно.

Райан закатывает глаза и отпивает пиво.

– Ты невыносима. Между нами всегда будет так?

– Между нами ничего не будет.

– И ты утверждаешь, что не злишься спустя десять или около того лет.

– Я сказала тебе забыть об этом! – бросаю я.

– Я бы хотел, чтобы ты забыла об этом. Хотел бы… – Райан не договаривает, и его выражение смягчается, когда я смотрю на него.

Я замечаю, как его глаза опускаются к моим губам. Горло сжимается, сердце начинает стучать о грудную клетку. Внезапно мысли затуманиваются от того, как близко мы стоим. Щеки алеют под его взглядом, и я отрывисто выдыхаю и сглатываю. Он морщит лоб, а затем краем глаза я вижу, как подрагивают его пальцы. Я думаю о том, что произошло бы, если бы я сейчас потянулась и привлекла его к себе и…

– Янссон! Вот ты где.

Около нас появляется Космо, и мы отскакиваем друг от друга. У меня горит лицо.

– Хотел узнать твое мнение насчет кое-чего, – продолжает Космо, хлопая его по спине. Затем он замечает меня и нетерпеливо добавляет: – Если я, конечно, не помешал.

– Нет, – убеждаю его я. – Я все равно собиралась пойти еще выпить.

Я иду к бару, отчаянно желая стереть из памяти то, что сейчас произошло. Мне нельзя думать о Райане в таком ключе. Я сосредотачиваюсь на том, чтобы выровнять дыхание, и прислоняюсь к барной стойке. А затем жду свою выпивку, прикрыв глаза в надежде отгородиться от воспоминаний.

Глава седьмая

Официальное заявление: Райан Янссон невыносим.

Я не знаю, как долго смогу проработать в таких условиях. Он здесь всего пару недель и уже сводит меня с ума. В первый же рабочий день он впорхнул в офис с коробкой – только представьте – домашнего печенья. Кто вообще так делает? Подлые высокомерные манипуляторы, вот кто. Конечно, вокруг него и его дурацкого печенья собралась вся редакция и давай нахваливать его пекарский талант и просить поделиться рецептом.

Я вас умоляю!

Но меня-то не проведешь. Я видела, как Райан нервно достал контейнер и поставил его на полку с вкусностями – туда мы обычно кладем все то съедобное, что нам присылают на обзор для кулинарной рубрики. Потом он пробрался к своему столу, никому ничего не сказав, – очевидно, ждал, пока Мими чуть позже пройдет мимо и спросит: «Ой, а откуда это печенье?» – а он со скромным видом признается, что испек его на выходных.

Что за спектакль!

Я не повелась на его выпечку – и неважно, как вкусно она пахла. Я бы ни за что не доставила Райану такое удовольствие. И когда он заметил, как я смотрю на это печенье, на его губах заиграла довольная улыбка, и он небрежно бросил:

– Можешь угощаться, Харпер.

– Нет, спасибо, – ответила я по-человечески, как он и просил.

– В них очень много шоколада.

– Я пас, – сказала я невозмутимо. – Не люблю печенье.

И вот Мими обязательно было все испортить и сказать:

– Что? Ты обожаешь печенье! В прошлый четверг ты съела четыре штуки из «Милли Кукис», которые нам отправили. Вау, Райан, это очень вкусно!

– Спасибо, – сказал он, а потом наклонился и прошептал: – Обещаю, оно не отравлено.

– Я этого не говорила.

– Не нужно отказываться от печенья только потому, что его испек я.

– Я же сказала, что не люблю печенье.

– Как знаешь, – проворчал Райан.

Я проигнорировала его и занялась своими делами – и весь день успешно избегала соблазна съесть это печенье, хотя мне приходилось несколько раз проходить мимо полки с вкусностями.

Вот бы и Райана было так легко избегать.

Всю неделю он отпускал ехидные комментарии по поводу состояния моего стола и того факта, что мой «беспорядок» вторгается в его «безличное» пространство. Поначалу он просто пассивно-агрессивно сдвигал все бумаги, которые попадали на его стол, но на третий или четвертый раз стал при этом демонстративно покашливать. Я решила не обращать на него внимания. И, может, даже позаботилась, чтобы парочка вещей намеренно оказались на его стороне.

Через несколько дней я пришла и обнаружила, что между нашими столами лежат три аккуратных стопки книг – импровизированная перегородка.

– Надеюсь, тебе это не помешает, – невзначай бросил Райан, размечая свою верстку, когда я села на стул. – Я признателен, что теперь у тебя будет меньше места, чтобы раскидываться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.