Кэт Уинтерс – Во власти черных птиц (страница 53)
Достав из ящика лист бумаги, я взялась за работу.
1. Стивен запаниковал из-за самолета и ударил свою мать ногой, когда я пришла к десяти утра для снимка в студии.
2. Травма миссис Эмберс так напугала Джулиуса, что он, несмотря на эпидемию, рискнул отвезти ее в больницу (Возможно, после того, как Стивен ударил мать, его брат еще сильнее захотел от него избавиться?)
1. Джулиус приехал домой к Гранту и Грейси около одиннадцати вечера и сказал, что, сойдя с последнего парома, он немного выпил в баре.
2. Между одиннадцатью вечера и следующим утром Джулиус и Грант предположительно посетили опиумный притон.
3. Тем временем миссис Эмберс находилась в своей постели на Коронадо, предварительно приняв таблетку снотворного.
1. Утром Грейси обнаружила Джулиуса на полу своей гостиной.
2. Грант отвез Джулиуса домой.
3. Джулиус вручил мне «спиритуалистическое фото» и сказал, что Стивен пал смертью храбрых.
4. Миссис Эмберс выкрикнула наверху имя Стивена.
1. Приготовил ли Джулиус фото до смерти Стивена, зная, что после травмы, полученной их матерью, его либо убьют, либо упекут в психлечебницу? Грейси сказала, что Джулиус собирался рассказать о том, что его брат погиб, если его состояние начнет ухудшаться.
2. Почему в ту ночь снотворное миссис Эмберс было таким сильным? Возможно, кто-то дал ей двойную дозу?
3. Что было известно миссис Эмберс о пистолете или яде? Приняла ли она снотворное у себя в комнате или находилась рядом со Стивеном?
Внизу страницы я записала вопрос, который мучил меня все это время, но ответа на который я не находила, что приводило меня в полное отчаяние:
КАК УМЕР СТИВЕН ЭМБЕРС?
Глава 27. Самые мрачные моменты
Мы с тетей Эвой в полном молчании поужинали луковым супом, и я вернулась в постель, где читала Жюля Верна, пока у меня не смежились глаза.
Мне снились маленькие мальчики, игравшие на гробах перед домом могильщика. Мухи жужжали вокруг их коричневых фуражек, а они карабкались на четыре зловонных гроба, делая вид, что выслеживают немцев. На этот раз они распевали детскую песенку о шестипенсовике.
Я вздрогнула и проснулась, потому что мне снова почудилось, что у меня на груди сидит птица, наблюдая за тем, как я сплю.
Я повернулась на бок, моргнула, но в моей освещенной тусклым светом масляной лампы спальне не было никого и ничего. Ничто не пыталось расплющить мои легкие, мешая им свободно вдыхать и выдыхать воздух. Фотографии Стивена спокойно и неподвижно висели на стене напротив.
И все же воздух горел его присутствием.
Я услышала звук – что-то мокрое хлюпнуло на простыню у меня за спиной. Я плотно зажмурила глаза. Мне было страшно оглянуться, потому что за открытым окном не слышалось звуков дождя, а значит, крыша протекать не могла.
Я насчитала еще пять капель, прежде чем позади меня послышался удрученный голос Стивена:
– Пожалуйста, оставь меня у себя, я больше не могу этого выносить.
Я продолжала лежать с закрытыми глазами.
– Мы скоро со всем этим разберемся, так что ты наконец сможешь обрести покой. Мы уже очень близко.
– Я себя не убивал.
– Знаю.
– Они меня убивают.
– Знаю. – Я зажмурилась еще сильнее. Какая-то теплая жидкость просачивалась сквозь простыни, и моя ночная сорочка уже была абсолютно мокрой, но я продолжала говорить с ним, борясь со страхом. – Стивен, тебе не кажется, что одна из черных птиц похожа на твою мать?
Еще три капли.
– Что?
– Когда тебя травят, твоя мать тоже там?
– Нет.
– Ты уверен?
– Ее там нет.
– Как насчет твоего брата и кузена?
– Это черные птицы. Огромные злобные существа. Я вижу их клювы – огромные светящиеся ножницы, способные изрезать в клочья.
– Ты все время так говоришь, но я не понимаю. Мне нужно прикоснуться к тому месту, где ты…
– Нет – они разорвут тебя на куски. Шелл, не смей и близко подходить к этой кровати. Ты их увидишь.
– Я хочу их увидеть. Я хочу знать, кто это с тобой сделал.
– Пожалуйста, не надо. – Он так вздрогнул, что даже матрас качнулся. – Не ходи в мою комнату. Поклянись мне, что ты этого не сделаешь.
– Тогда скажи, что мне делать. Я не могу оставить тебя рядом. Это… страшно. Опасно. Я не могу этого сделать, Стивен. – Мои глаза наполнились слезами. – Я должна тебя отпустить.
Закрыв лицо дрожащими пальцами, я расплакалась.
Стивен тоже плакал – я слышала, как он вздрагивает и шмыгает носом у меня за спиной, что заставляло меня рыдать еще отчаяннее, уткнувшись лицом в подушку.
– Не надо… – Его голос сорвался от плача. – Шелл, прошу тебя, не плачь…
– Я должна была остановить тебя в тот день и не пустить на войну. Я должна была что-то сделать.
– Ты ничего не могла сделать. Я уже подписал бумаги и должен был ехать.
– У нас должен был быть шанс снова быть вместе. Ты не мог умереть. Я потеряла все, что у меня было.
Слезы текли на подушку под моей щекой, пока она не промокла насквозь. А липкие и теплые капли, падавшие на кровать у меня за спиной на простыни, затекали мне под левый бок. Я откашлялась, пытаясь говорить спокойно:
– Стивен, ты ранен?
Он снова шмыгнул носом:
– У меня очень болит голова.
Я промокнула глаза уголком стеганого одеяла.
– Сейчас я встану с постели. Буду двигаться очень медленно.
– Не отпускай меня. Я еще не готов.
– Я просто хочу встать, чтобы увидеть, как ты выглядишь.