Кэт Мартин – Дуэль сердец (страница 6)
— Тетя Вера умерла? — в отчаянии выдохнула Молли.
— К сожалению.
Молли сцепила пальцы, чтобы унять дрожь в руках, и на них сочувственно легла ладонь ее дяди. Молли только начала узнавать свою тетю — хрупкую, приветливую женщину. Вера Джеймс Фоули — сестра ее отца — оставалась единственной кровной родственницей Молли. А теперь тетя Вера умерла, и Молли почувствовала себя ужасно одинокой.
— Я знаю, как вам тяжело, — произнес дядя. — Сначала потеря отца, а теперь — тети. Поверьте, мне ее смерть тоже причинила немало страданий. Я очень любил вашу тетю, и мы так мало прожили вместе.
Молли посмотрела на дядю и заметила блестевшие в его ясных черных глазах слезы. Но ее собственные глаза оставались сухими. Ей хотелось бы заплакать тоже, но Молли ощущала лишь вызывающее головокружение оцепенение. Только теперь девушка заметила белую полоску ткани под подбородком своего дяди, которая резко контрастировала с его темной кожей и еще более темной тканью костюма.
— Вы… вы проповедник? — ошеломленно спросила девушка.
— Ну да, а разве Вера не говорила вам?
— Нет, не говорила. Возможно, она боялась моего отца. Он не одобрил бы ее брака с протестантом. Все Джеймсы католики.
— Когда мы с вашей тетей полюбили друг друга, она поменяла вероисповедание. И только поэтому я смог пережить ее потерю.
Мужчина отвернулся и смахнул со щеки слезу. Молли хотелось бы разделить его горе, но она только смотрела на свои сложенные на коленях руки. Несмотря на то что священнослужитель казался очень набожным, она почувствовала в нем что-то очень странное, что заставляло Молли держать ухо востро.
— Как она умерла? — тихо спросила Молли. Одна ее половина хотела все знать, а другая — жаждала проснуться и обнаружить, что все происходящее просто дурной сон.
— В доме, где мы жили, случился пожар. Ужасно! Просто ужасно!
Мужчина вытащил из кармана платок и вытер глаза.
— Мне слишком тяжело рассказывать о произошедшем.
— Понимаю.
У Молли появилось такое чувство, что горе Фоули не совсем искреннее, хотя он и пытался убедить в обратном племянницу. Поднявшись с дивана, Молли попыталась унять пульсацию в голове и боль в сердце.
— Спасибо, что приехали сообщить мне. Надеюсь, вы погостите у нас некоторое время. Я знаю, что тетя хотела бы нас познакомить.
Молли казалось, что вовсе не она произносит вежливые слова приглашения.
— Конечно, я останусь. Теперь, когда Вера умерла, я являюсь вашим официальным опекуном. Я приехал помочь вам уладить дела на ранчо. Когда оно будет продано, мы вместе уедем на Восток.
Молли удивленно подняла голову.
— На Восток? Вместе? Боюсь, я вас не понимаю. Я знаю, что после вашей с Верой женитьбы мой отец возложил на вас обязанности моего опекуна, но я поняла, что опекунство — всего лишь формальность. Неужели вы и впрямь думаете, что я собираюсь продать «Леди Джей»?
— Ну конечно, моя дорогая. А разве есть другой вариант?
Преподобный Фоули поднялся, и Молли снова заметила, насколько он красив. Костюм мрачного цвета идеально сидел на его высокой ладной фигуре. Волнистые, аккуратно подстриженные черные волосы обрамляли безупречное лицо, которое почти не выдавало его возраста. О нем говорили лишь посеребренные сединой виски. В замешательстве Молли подумала о том, сколь неподходящим мужем он стал для ее немолодой тети.
— Я собираюсь вести дела на ранчо сама, — ответила Молли. Ее голос по-прежнему звучал как будто издалека.
— Молли, дорогая, но вы говорите глупости. Молодая девушка не сможет управлять ранчо таких размеров. Боюсь, я должен запретить вам подобное безрассудство.
Мужчина внимательно посмотрел на девушку, и в его глазах вспыхнул странный огонь.
— Вы не понимаете, дядя Джейсон, — произнесла Молли, понемногу начиная закипать. — Мне принадлежит шестьдесят процентов «Леди Джей», а остальные сорок, насколько я понимаю, после смерти тети Веры перешли к вам.
— Совершенно верно.
— Тогда вы понимаете, что решающее слово за мной. Я буду управлять ранчо, — произнесла Молли, а про себя подумала: «По крайней мере в течение двух лет».
В завещании ее отца имелось несколько довольно строгих условий, наиболее важное из которых звучало так, что в течение двух лет с момента смерти ее отца Молли должна сделать ранчо прибыльным. Она также должна жить на ранчо не менее двадцати месяцев из двадцати четырех, если только не выйдет замуж. Но даже в случае замужества ранчо не должно нести убытки. Отец Молли никогда не верил в серьезность ее намерений относительно «Леди Джей», но по крайней мере он дал ей шанс, и она всегда будет благодарна ему за него.
— Конечно, моя дорогая. Несмотря на то что я ваш опекун, я не собирался…
— Вы просто устали и ужасно расстроены, как и я, дядя Джейсон, — перебила его Молли. — У нас обоих выдался долгий и трудный день. А теперь с вашего позволения Анджелина покажет вам вашу комнату. Ужин в семь часов, хотя я скорее всего буду ужинать в своей комнате.
— Конечно. — Джейсон Фоули коротко поклонился с загадочным выражением на лице. — Продолжим разговор утром.
Впервые за свою жизнь Молли почувствовала себя гораздо старше своих девятнадцати лет. Она и так уже взвалила на себя непосильную ношу, решив сделать ранчо прибыльным. Однако проблемы с новоявленным дядей ей совсем ни к чему.
Молли проснулась до восхода солнца. Ранчо требовало максимума ее внимания. Кроме того, она совсем не хотела встречаться со своим новоиспеченным дядей. Сказать, что ранчо испытывало недостаток в рабочей силе, — значило не сказать ничего. Сегодня те несколько рабочих, что остались на ранчо, собирались клеймить скот, и Молли хотела доказать им, что тоже является совсем неплохой работницей.
Сидя в седле, девушка приподняла свою широкополую шляпу и отерла со лба пот тыльной стороной руки. Почти полдень. Рабочие трудились довольно далеко от полевой кухни, и Энджел, должно быть, повезла обед прямо на пастбище. Молли ужасно проголодалась, но на обед скорее всего рассчитывать не приходилось.
Она дернула за поводья, направляя Тру на вершину холма. На протяжении часа она ехала по следу копыт, отпечатавшихся на земле, и обломанным веткам. Вероятно, один из быков отбился от стада. Бывало, быков сбивали с толку телки, и они уходили от стада, но Молли уверена, что с отбившимся быком что-то случилось. Девушка наклонилась, проезжая под суком дерева, а потом обогнула гранитный пласт. И тут в чистом горном воздухе послышалось тихое мычание. Сердце Молли учащенно забилось. Звук слышался очень слабо и доносился из-за соседнего хребта. Когда Молли поднялась на его вершину, она увидела, что Сатана — вожак стада угодил в трясину, и теперь сидел, по шею погрузившись в жидкую вязкую грязь.
Молли остановила коня рядом с несчастным быком, который не делал никаких попыток освободиться, а лишь жалобно мычал. Похоже, силы давно оставили его, и он терпеливо дожидался смерти. На земле, словно листья в бурном потоке, мелькали тени, и Молли подняла голову. Над быком кружили грифы. Тот слегка приподнял голову и снова погрузился в грязь, только уже по самые ноздри.
Молли отвязала от седла прочную веревку и сделала на ее конце петлю. Раскрутив лассо над головой, так что оно загудело, Молли умелым движением метнула его туда, где торчала из грязи голова быка. Сатана не сделал никакой попытки помочь девушке, и Молли пришлось проделать трюк несколько раз. Наконец бык немного поднял голову и петля смогла захватить его рога.
Девушка затянула петлю вокруг рогов быка и дернула за поводья. Тру привык работать со скотом и тут же подчинился своей хозяйке. Шея быка вытянулась, и он громко замычал, хотя даже не попытался приподняться.
Призвав на помощь все свое воображение, Молли решила поступить несколько иначе. Объехав на коне вокруг дерева, она решила использовать его ствол в качестве рычага. Получилось что-то вроде лебедки. Конь напряг усилия, и веревка, натянувшись, зазвенела по коре дерева. И вновь никакого результата.
Третья попытка потребовала упрямства и железной силы воли. Спешившись, девушка вошла в канаву, наполненную грязью. Сделав первый шаг, она погрузилась в грязь по колено, а сделав второй — увязла по пояс. На какое-то мгновение Молли показалось, что она, как и бык, станет добычей грифов. Осторожно продвигаясь вперед, она подошла к быку и обвязала веревку вокруг его задней части. Молли непременно хотела вытащить Сатану из канавы, даже если ей потребуется на его спасение целый день… или больше.
Забыв о голоде, Сэм Бранниган верхом на своем огромном коне поднялся на вершину холма между Лив-Оук и Сидар-Вэлли. В такое время года обычно клеймили скот, и он охотно работал вместе с рабочими, наслаждаясь физическим трудом и царящим вокруг возбуждением. Пришло время поставить на боках молодых телят свое клеймо.
Прохладный ветерок приподнял копну белокурых волос Сэма, завивающихся у основания его шеи. Настоящее наслаждение почувствовать прохладу в жаркий день. И вдруг он услышал совершенно отчетливый звук, донесшийся до его ушей. Мужчина понял, что почти настиг отбившееся от стада животное. Вот уже полчаса он искал несчастного быка, жалобное мычание которого говорило, что тот попал в беду.
Пришпорив коня и обогнув гранитный валун, закрывавший проход к наполовину высохшему каналу, Сэм наткнулся на потерявшегося быка и… Молли Джеймс. Быстро оценив ситуацию, Сэм широко улыбнулся. Он закинул ногу на луку седла и молча наблюдал за тем, как девушка пыталась вытащить из трясины быка. Мужчина не собирался позволить ей работать в одиночку, просто ему хотелось немного насладиться забавным зрелищем.