Кэт Лорен – Научи меня жить: цена свободы (страница 6)

Я пробрался на крышу. Там было что-то типа террасы. Упав на пол, я подполз к краю, заняв более выгодную позицию. Сделав глубокий вдох, чтобы выровнять дыхание, я снова ощутил тянущую, уже такую привычную, боль в груди. Найдя садовника в прицеле, я приготовился выстрелить. У меня был один-единственный шанс. Пуля должна убить смертника мгновенно, чтобы он не смог нажать нужную кнопку.

Я целился ему точно в голову. Как только я собирался нажать на курок, ублюдок отшатнулся, потому что сзади на него налетел Армен.

Твою мать.

Я не знал, что делать. Потасовка была серьезная. Выстрелить теперь было невозможно. Армен, нанося удары по мужчине, мог зацепить его пояс с бомбой, которую он не видел, да и я тоже. Интересно, как Никита понял, что он – смертник?!

Я встал в полный рост, продолжая целиться из винтовки. У садовника руки были свободны. Значит, пульта у него нет.

– Армен, он смертник, – закричал я, привлекая его внимание.

Он быстро среагировал и схватил мужчину за руки, сцепляя их сзади. Армен нагнул его, как надсмотрщик заключенного, чтобы тот не смог вырваться, и провернул одно запястье, с хрустом сломав его. Ублюдок завопил от боли, и Армен сломал второе.

Я продолжал следить за ним, держа в руках винтовку.

– Где Новиков? – крикнул ему я, но, как и ожидалось, не получил ответа.

Армен продолжил удерживать его руки, чтобы тот не смог ничего нажать. Я разрывался между желанием узнать от него все, что только мог и обязанностью ликвидировать его тут же. Боковым зрением я заметил, что мои друзья медленно продвигались к Армену, но все же находились на приличном расстоянии.

В этот момент садовник поднял голову и взглянул на крышу в мою сторону. Он хищно ухмыльнулся, оскалив свою кровавую улыбку.

– Аслан передает привет.

Как только он произнес эти слова, взрывная волна откинула меня, и я оказался в паре метров от того места, где находился до этого. В ушах звенело, а взгляд помутнел. Разум затуманился. Я пытался подняться, но тело не слушалось. Перевернувшись на бок, меня стошнило тем немногим, что я съел за день.

Голова трещала так, будто кто-то бил по ней кувалдой. Последствия сотрясения и пережитой ранее контузии давали о себе знать. Пот сразу же выступил у меня на лбу.

Я поднялся и на трясущихся ногах вернулся к тому месту, где стоял прежде. Взглянув вниз, я увидел куски человеческого мяса, раскиданные в разные стороны.

Твою мать.

Армен погиб у нас на глазах. И все из-за меня. Потому что я дал слабину и не уничтожил смертника. Теперь его кровь на моих руках.

Я не мог больше держаться на ногах и упал на пол. Голова дико раскалывалась. В эту минуту я сильно пожалел, что не умер вместе с ними, потому что выносить эту пытку дальше было невозможно.

Друзья уже подбежали ко мне, но я практически не слышал их из-за звона в ушах. Краем глаза я заметил, что Никита рылся в сумке. Спустя мгновение я почувствовал, что он сделал мне укол в плечо, и мои глаза тут же стали закатываться. Это последнее, что я помнил.

***

Меня посетило дежавю. Все те же тяжелые веки, белые стены и полное непонимание, где я находился. Зажмурившись, я попытался снова открыть глаза и понял, что нахожусь дома. Из моей руки торчала капельница, и мои друзья сидели возле кровати по обе стороны.

Я провел ладонью по лицу, пытаясь прийти в себя.

– Давно я в отключке?

– Часа четыре, – сказал Никита. – Не вини меня. Твоему мозгу это было нужно.

Я молча кивнул, благодаря его за помощь, потому что чувствовал себя действительно лучше.

– Больше никого не удалось найти на вилле? Он был один?

– Да, все проверили, – заверил меня Саня.

– Я не понимаю одного: как ты понял, что он – смертник? – поинтересовался я у Никиты.

– Я заметил его пояс, когда он поднял руку. Все просто.

Я гневно сжал челюсти. Мои руки напряглись, а пальцы сжались в кулаки. Я подвел своих людей.

– Ты не должен винить себя. Судя по тому, что мы видели, бомба была запрограммирована на голос, а не кнопку.

– У него есть семья?

– Насколько я знаю, нет, – ответил Никита.

Я грустно ухмыльнулся и закатил глаза.

– Быть такого не может. Здесь, в Сочи, каждый армянин друг другу какой-то родственник.

– Я поговорю с его людьми.

Никита взял телефон и вышел из комнаты, оставив нас с Саней одних. Я тяжело вздохнул и закрыл глаза.

– Я слаб, – с трудом признался я.

– Не говори так, брат, – заверил меня друг.

Я сжал переносицу и отрицательно покачал головой.

– Его кровь на моих руках. Это моя вина. Я обязан был сразу же уничтожить смертника, как нас учили, но мой эгоизм сыграл со мной злую шутку. Преследуя свои интересы, чтобы узнать, где Новиков, мы потеряли одного из наших людей.

– Если тебе нравится заниматься самокопанием, то, пожалуйста. Только избавь меня от своих соплей. А если хочешь выговориться по этому поводу, сходи к психологу.

Я рассмеялся в голос.

– Кажется, после моего рассказа ему самому понадобится помощь.

Саня ответил мне улыбкой и откинулся в кресле. В этот момент вернулся Никита.

– Ну, что, поехали? – обратился он не ко мне.

– Да, – коротко ответил Саня и встал со своего места.

– Что происходит? Вы меня с собой взять не хотите? – в недоумении спросил я.

«Какого хрена мои друзья решают дела без меня?»

– Тебе лучше отдохнуть. Тем более, капельница еще не закончилась, – строго сказал Никита и тут же закатил глаза, видя то, как я вытаскиваю иглу из руки.

Я встал с кровати и на нетвердых ногах направился к двери. Голова немного кружилась, но с каждым шагом становилось все лучше. Нужно просто разойтись.

– Я же тебе говорил, – буркнул Саня, чем заслужил от меня толчок в плечо.

Мы втроем сели в машину Никиты. На улице уже была глубокая ночь. Как только мы выехали на дорогу, я поинтересовался:

– Введите меня в курс дела.

– Мы закрыли всех, кто работает на складе в подвале, чтобы проверить. Утечка была оттуда. Это понятно. Осталось узнать, кто именно, – пояснил Саня.

– Есть идеи? – спросил я, обдумывая, что можно сделать.

– У каждого забрали телефоны. Буду сидеть проверять. Что-нибудь да найду. Звонки, сообщения, фото, транзакции. Где-то крыса должна была проколоться. Невозможно все подчистить.

– Никита, нужно отправить людей на обыски каждому домой.

– Ты уверен? У них у всех есть семьи.

Я еще никогда не был так полон решимости. Сейчас меня это волновало в последнюю очередь.

– Только не сейчас. Утром. И предупреди быков, чтобы не зверствовали и не пугали людей, иначе я их подвешу вверх ногами в моем подвале.

Я взял телефон, чтобы позвонить нашему врачу, с которым сотрудничали. Именно он зашивал меня после той перестрелки.

– Вячеслав Семенович, доброй ночи. Прошу прощения за столь поздний звонок. Вы нам срочно нужны.

Услышав его готовность, я набрал Михаила.

– Отправь кого-нибудь из ребят за врачом. Пусть привезут его на склад.