– Так и сделаю, – отозвался Кормак и засунул визитку в карман, уверенный, что избавится от нее при первой же возможности. Останови его сегодня патрульные, одного номера на этой карточке будет достаточно для ареста.
Следующие несколько часов бар был забит до отказа, и монет в кармане у Кормака становилось все больше. Если так и дальше пойдет, думал он, у них появится шанс вовремя расплатиться с долгами и не потерять жилье. Мысль о том, как он отдаст Рексу все эти деньги, грела ему душу. Единственное, чего он хотел, – это позволить старшему брату хоть ненадолго передохнуть от бесконечных забот.
К тому времени, когда он обычно начинал убирать все на ночь, бар почти опустел, за исключением подвыпившей парочки с Три – мужчины и женщины, – которые, по всей видимости, не замечали, что остались одни. Хуже того, за весь вечер они ни разу не оставили ему чаевых, назвавшись друзьями Инеке, которая велела им не беспокоиться на этот счет.
– Не желаете чего-нибудь еще? – многозначительно поинтересовался Кормак.
– Нет, спасибо, – с натянутой улыбкой ответила женщина и снова повернулась к своему собеседнику.
Кормак сдержал вздох и пошел отключать прислужника. Инеке появлялась только по утрам, чтобы подсчитать прибыль, – она в жизни не заметит его манипуляций. Он нажал на кнопку питания, но, вместо того чтобы выключиться, прислужник вдруг развернулся и помчался по бару.
– Вот дерьмо, – чуть слышно проговорил Кормак, наблюдая, как тот на всем скаку расплескивает стаканы с нитроспиритом. Должно быть, он что-то напутал с проводами. Кормак попытался снова нажать на кнопку выключения, но от этого прислужник лишь прибавил скорость.
– Дерьмо, вот дерьмо, – повторил он. Нужно было открыть заднюю панель и вручную заблокировать программу, но для этого требовался инструмент, который Инеке хранила у себя в кабинете.
К счастью, тридианская парочка даже не заметила, что прислужник только что расплескал два десятка бокалов с нитроспиритом и, судя по всему, не собирался на этом останавливаться. Нужно действовать быстро, и все будет в порядке. Кормак бросился в кабинет Инеке, схватил инструмент и побежал обратно.
Тут раздался пронзительный вопль, и, вбежав в бар, Кормак увидел, как женщина, покраснев от ярости, вскакивает со своего места.
– Эта идиотская машина только что вылила на меня целую бутылку нитроспирита! – заверещала она при виде Кормака.
– Мне очень жаль, – задыхаясь ответил он, бросаясь к прислужнику, вскрывая панель и выдергивая провода. Прислужник затих, выпустил из рук бутылку, и она со звоном грохнулась на пол. Кормак выдохнул и повернулся к женщине. Ее белое, очень дорогое на вид платье спереди было полностью залито бледно-зеленой жидкостью.
– Мне так жаль, – повторил он. – Кажется, у нас есть немного H2O. Могу принести, если хотите.
– H2O? – выпалила она. – Вы испортили мне платье! Что это вообще было?
– Не знаю… прислужника, должно быть, заклинило, – ответил он.
– Это возмутительно! Я звоню Инеке, – заявил мужчина, доставая передатчик.
– Нет, прошу вас. В этом нет никакой необходимости. H2O наверняка отстирает пятно! Дайте мне только…
– Инеке? Это Добб. Мы в баре, твой прислужник слетел с катушек. Он спокойно мыл стаканы, а потом вдруг, ни с того ни с сего, облил Лису нитроспиритом… что? Да, здесь… погоди. – Он протянул руку к Кормаку. – Она хочет поговорить с тобой.
Все внутри Кормака сжалось, и он судорожно пытался придумать хоть какое-то внятное объяснение. Но, прежде чем ему дали сказать хоть слово, из передатчика раздался голос Инеке:
– Я предупреждала, чтобы ты не смел трогать мою собственность! Ты уволен, кретин! И даже не думай прикарманить чаевые, не обнаружу их в сейфе – пеняй на себя, тебя арестуют за воровство.
– Но я…
– Я буду в баре через десять минут, и чтобы ноги твоей там больше не было, иначе вызову полицию!
Мужчина довольно улыбался, наблюдая за тем, как Кормак, не говоря ни слова, повернулся и направился в кабинет Инеке, трясясь от стыда и гнева. Ну почему он такой идиот? Рекс из кожи вон лез, чтобы устроить Кормака на эту работу, а теперь все его усилия пошли насмарку. Можно забыть о том, чтобы оплатить долю Рекса, у него и на свою-то половину денег не наберется. Они окажутся на улице, и во всем виноват он, Кормак.
Он сунул руку в карман за чаевыми и тут нащупал карточку с номером Сола. Кормак уже и думать забыл об этой неожиданной встрече. Может, это и не такая плохая идея. Подумаешь, пара рейсов – только чтобы вернуть долг за аренду. Взглянув на дверь и убедившись, что никто его не видит, он подошел к передатчику, стоявшему на столе Инеке, и набрал номер.
– Кто это? – раздался раздраженный голос Сола.
– Кормак. Мы виделись с вами в баре сегодня вечером.
– Что тебе надо?
– Я решил принять ваше предложение.
Выдержав долгую паузу, Сол заговорил снова, и Кормак готов был поклясться, что слышит улыбку в его голосе.
– Никто еще не отказывался.
– Ты потерялся? – Кормак обернулся и увидел симпатичную смуглую девушку, не сводившую с него янтарных глаз. Он все еще не привык видеть девушек без защитных масок, и какое-то время просто любовался ее пушистыми ресницами и веснушками на носу. – Куда тебе нужно? – доброжелательно спросила она.
– Даже не знаю, – ответил он, от волнения не сообразив, что соврать, чтобы не выглядеть полным идиотом. – Я просто осматриваюсь.
– Первокурсник, да? – спросила она. Кормак кивнул. – Не переживай. Пройдет время, и ты привыкнешь. Впрочем… – Она заметила бейдж у него на груди и улыбнулась: – Ты и так неплохо начал, капитан.
Кормак почувствовал, как пылают щеки.
– Занятия начнутся завтра, так что пока есть возможность, – продолжала девушка. – Ты уже был в зале невесомости?
– Тут есть зал невесомости? Где? – и зачем, храни их Антары, все вечно толпятся в общей комнате, если в это время могут летать?
– Просто спроси у своего передатчика.
Рука Кормака взлетела к уху, передатчик там закрепили еще вчера. До этого момента он ему ни разу не пригодился.
– Маршрут до зала невесомости, – чуть застенчиво произнес он.
«В связи с недостатком сна ваше состояние неудовлетворительное. Рекомендуется вернуться в комнату отдыха. Чтобы получить дополнительную информацию, произнесите „здоровый режим сна“».
– Маршрут до зала невесомости, – упрямо повторил он, краснея все сильнее.
– Что, капризничает? – улыбнулась девушка. – Не переживай, мне как раз в ту сторону. Пойдем вместе. Как тебя зовут?
– Кор… – он осекся и вовремя остановился. – Рекс.
– Приятно познакомиться, Рекс. Я Элле. Пошли. Тебе понравится, обещаю!
Приноравливаясь к ее шагу, Кормак поглядывал в окна на звезды, которые так и не увидел его брат, и думал, сколько всего Рекс сделал, чтобы подарить ему такой шанс. Его старший брат приглядывал за ним, как и всегда.
Спустя десять минут Кормак уже затягивал ремни несуразного шлема, который составлял часть обязательной экипировки, обеспечивающей безопасность в зале невесомости. Помимо шлема он надел наколенники, налокотники и щитки. Он едва мог передвигаться и знал, что выглядит нелепо, но все это не имело ни малейшего значения. Еще мгновение – и он будет в гребаной невесомости.
Затем сияющий прислужник – а не покрытый ржавчиной, как привык Кормак, – подтвердил, что экипировка его в порядке, и открыл герметичные двери. Кормак шагнул в темное и, вероятно, очень просторное помещение, хотя сказать наверняка было сложно. Со всех сторон слышались смех и вскрики. По бокам от входа располагались поручни, служившие, видимо, для того, чтобы принять нужное положение.
– Не хочешь ничего мне сообщить? – поинтересовался Кормак у прислужника.
– Постарайся не наблевать. Людям свойственна брезгливость в отношении чужих биологических выделений.
– Благодарю за подробности, – ответил Кормак, гадая, кому пришло в голову снабдить роботов сарказмом.
Кормак сделал глубокий вдох, потом ухватился за поручни, перекатился назад на пятки, чтобы придать себе ускорение и ринулся во тьму. Мать честная, он летит. Он растопырил руки и как полный придурок испустил восторженный вопль, паря в воздухе и не чувствуя собственного веса. Рекс был бы в восторге, подумал он, неизбежно ощутив укол печали.
Тут он врезался во что-то плечом. Точнее, в кого-то.
– Прошу прощения! – дружелюбно воскликнул Кормак.
– Осторожнее, придурок, – огрызнулся в ответ мужской голос.
– Я же сказал, прошу прощения, – повторил Кормак, на этот раз с большим напором.
– Прошу прощения, – передразнил его неизвестный, проглатывая гласные и имитируя акцент дэвианцев.
Кормак ухватился за какой-то поручень, развернулся и увидел двух тридианских парней, подлетающих к нему.
– Оставьте его, – велела им девушка; в голосе ее слышалась скорее скука, нежели беспокойство.
– Оставить его? – крикнул второй парень через плечо. – Разве не ты говорила, что хочешь узнать, как пахнут жители Дэвы?
– Вот уж этого я точно не говорила.
– Да не смущайся, Киили, – первый парень снова подал голос. – Уверен, наш друг совсем не против.
Приблизившись к стене, они вытянули руки вперед, чтобы схватить его.
Кормак увернулся и ухватился за соседний поручень.
– Вам, идиотам, заняться больше нечем?
Даже в полутьме он разглядел, как изменилось выражение лица одного из мальчишек.
