Кэрри Прай – Слабо в меня влюбиться? (страница 22)
Ну уж нет, плутовка, тебя не взять меня на слабо. Яна Льдова не пронять этими женскими штучками. Впрочем, я готов тебе посодействовать.
– Ты права, мы заигрались, – приближаюсь к подружке и обнимаю её за плечо. – Но ты не должна волноваться. Я верю тебе, как и прежде.
– Правда? – отзывается с наивностью ребёнка, хотя внутри по-любому пляшут бесы.
– Конечно, родная. Сейчас докажу.
Выхватываю стакан из дрожащих рук и вдыхаю аромат едкой смеси, который стерва не смогла замаскировать. Васаби, перец, молоко… Довольно скудный набор, если исключить врождённую аллергию на каждый из компонентов.
И кто, как не Лера знает о маленьком недуге?
– Ммм… Айс-кофе. Обожаю, – медленно подвожу напиток к губам, с забавой наблюдая за реакцией Леры, и резко осекаюсь. – Совсем забыл взболтать.
В мгновение превращаюсь в безудержного шейкера и трясу до тех пор, пока не проливаю безобразную зеленоватую смесь на кофту девушки. Она взвизгивает, пытается отряхнуться, но выходит тщетно. И до чёртиков смешно.
– Какой же я неаккуратный, – нарочито издеваюсь, а после вскидываю бровями. – Говоришь, перестал тебе доверять? И правильно сделал.
– Ты редкая сволочь, Ян! Ненавижу! – бесится Лера, выжимая кофту. – Как теперь мне идти домой? Эта штука жутко воняет! И жжёт! Там полбутылки табаско!
Отсчитываю секунды, наслаждаясь маленьким наказанием.
– Расслабься. Я хоть и умный, но не подлый… Снимай кофту.
– С чего вдруг? – задыхается она.
– Я дам тебе свою, дурёха.
Не в силах больше терпеть, подружка отворачивается к окну и скидывает с себя раздражающую вещь. Весьма опрометчиво, ведь я присваиваю ту себе, ненароком вспомнив о бодрящей прогулке.
Эх, до чего же сладка месть. Пальчики оближешь.
– Пошевеливайся, Льдов! – приказывает Лера, обнимая себя за плечи.
– Всё-всё, уже ухожу!
– Что?! – громом проносится по раздевалке, как только я переступаю порог.
– Ох, прости, что зря тебя обнадёжил, ведь я не взял с собой сменку. Тебе не стоило мне доверять, – опечаленно качаю головой. – Но ты не огорчайся. С минуты на минуту сюда придут волейболисты. Уж они не оставят даму в беде.
Лера жадно закусывает губу, подавляя грязную брань.
– Ты не посмеешь, Льдов, – обречённо шипит она.
– Напротив. Я сделаю это с любовью, – возвращаю девице воздушный поцелуй и равнодушно закрываю дверь.
Проект "Купидон"
Всегда думала, что мне плевать на чужое мнение. Но внезапно оказавшись лицом к лицу с дюжиной рослых волейболистов, я со всей остротой ощущаю, насколько хрупка на самом деле уверенность в себе.
Опозориться не страшно? Ещё как страшно.
Слушаю, как раздевалка заполняется свистом, и едва не плачу.
Отомщу, клянусь. Страшно отомщу.
Не в моих правилах быть жертвой, вот и теперь решаю встретить свой позор с достоинством. Усилием воли вытягиваю руки по швам, выпрямляю спину…
— Опачки! — отмирает самый высокий из ржущего стада. — Пацаны, мячи у нас сегодня что надо! Чур, первый бросок за мной.
— Встань в очередь, — толкает его плечом парень пониже, выступая вперёд. — Тут вся команда без разминки в полной боевой готовности. Пусть мячики сами выберут, кому упасть в руки.
Предложение встречает волну одобрительных выкриков. И никто. Ни один условный представитель сильного пола не спешит предложить свою помощь. Придурки.
— А из кого тут выбирать? У вас у всех мозоли на ладошках, — отвечаю дерзко и с вызовом. —Тоже мне жеребцы! Всполошились, будто ни разу лифчик не видели. Ну, чего стоим? Дайте пройти. Закапаете пол слюной, Петрович вас на тряпки пустит.
Теоретически проблем возникнуть не должно, но уверенность в этом всё равно чахнет перед всеобщей неподвижностью. Зря только понадеялась на авторитет тренера, куда усатому Петровичу до силы женских прелестей…
Улыбка на моём лице становится похожей на оскал. Честно говоря, что делать дальше, не знаю. С моей тщедушной комплекцией напролом не пробиться.
Спасение приходит неожиданно в лице заходящего в раздевалку Лекса, а вернее — идущего за ним Аристова.
— Где твоя кофта? — Свят будто врезается в прозрачную стену. Так и замирает, уставившись на меня осоловевшими глазами.
Оглядев себя словно впервые, с деланным удивлением развожу руками.
— Наверное, испарилась.
Да уж, неудивительно, что его мозг забуксовал. Плотный поролон никогда не входил в число моих предпочтений. Два небольших отрезка атласа облепляют мои скудные богатства словно вторая кожа.
Помня о выходке Яна, особо сострадания не жду, но Свят не был бы Святом — безобидным и плюшевым — если бы не поступил как единственный здесь нормальный пацан.
— Прикройся.
— Спасибо, — шепчу с благодарностью, надевая протянутый блейзер. — Проводишь меня домой? Я сразу верну, — пользуясь случаем, пытаюсь обернуть ситуацию в перемирие.
— Завтра вернёшь. Нам не по пути, — бросает он с термоядерной смесью обиды и пафоса. — Удачной тренировки, Лекс! — Хлопает друга по плечу и, больше не глядя в мою сторону, выходит.
Ну-ну… Из уст добряка-Аристова «нет» для меня значит даже больше «да», чем «я подумаю» Льдова.
Ян меня так выбесил, что я расшибусь, но победа будет за мной. А посему выскакиваю из раздевалки следом за Святом, провожаемая сальными взглядами гогочущих волейболистов.
— Стой! — Дёргаю его к себе за рукав рубашки и пока парень не очухался, перехожу в нападение. — Тебе не стыдно меня упрекать?! Ну люблю я Льдова. Слышишь? Люблю! Меня теперь презирать надо?
— Поздравляю, — бурчит он, выдёргивая руку.
— Чего ты дуешься, не пойму? — Настырно лезу на рожон. — Ян не мой парень. Он готов им стать кому угодно, но не мне. Френдзона у нас, андестенд?
— Я тебе зачем? — вворачивает Свят неудобный вопрос.
— А с тобой мне легко и спокойно. Всё честно, — вот тут действительно не вру. — Впрочем… Вали-ка ты тоже. Иди дрожи над своим самолюбием. Ты такой же, как Льдов. Такой же, как все.
Иду вперёд, цокая каблукам — громко, но медленно. Помня об отношении Свята к новенькому, с таким же успехом я могла сравнить его с чахоткой.
— Лерка! Ну чё ты сразу как моя мама? — отыгрывает как по нотам Аристов. Ещё чуток усилий с его стороны, и я задохнусь в медвежьих объятиях.
— Это как? — Смотрю на него исподлобья.
— Ещё не успел заикнуться о своём мнении, а уже нужно доказывать, что не повышал тон.
— Так ты на меня больше не сердишься?
— Любовь не спрашивает, — глубокомысленно изрекает Свят. — Вот я Агату с детства любил, и что? Гуляет, дура, с кем попало.
Эх, не мне спорить насчёт его чувств к Куницыной. У самой чуть язык не отсох. Кто адекватный допустит чувства к Яну?! Я дурная, конечно, но ведь не настолько, правда же?..
— Лер, в общем, ты только не кисни. Я сделаю это вместо тебя — украду сердце Яна.
— Не поняла? — Кошусь на Свята с опаской, и возбуждённый блеск в его глазах мне совершенно точно не нравится. Нет, Льдов его точно партой перешибёт.
— Ну в смысле ты украдёшь, а я помогу. Не тупи.
— Да ну, бред какой-то, — отвергаю идею не задумываясь. Личным клоуном я этим двум больным не нанималась.
— Не бред, а наш с тобой секретный проект. Назовём его… «Купидон»!
— Может, не надо?