Кэрри Прай – Плюшевый (страница 6)
– О, Аста пришла, потрохов принесла, – хихикнула мама, расплываясь в довольной улыбке.
Я и забыла, как звучит ее смех. Что это с ней?
Причина ее радости сидела рядом. Новый мамин хахаль определенно проигрывал прежним. Этот коренастый мужчина дышал ей в пупок и был похож на дегустатора пончиков и по совместительству – дирижёром для карликов. Максимально противный и отталкивающий гном. Гадость.
И почему сегодня все так и норовят очистить мой желудок?
– Всем привет, – неохотно ответила я и бросила мешок на пол. Сумка пропиталась кровью и источала отвратительны запах.
– Не торопись разуваться, Асти, – с язвой сказала Сильвия.
Она и близнецы сидели на диване, рядом с флиртующей парочкой, и ехидно посмеивались.
– Это еще почему? – фыркнула я.
Лениво положив ногу на ногу, мама пояснила:
– Мы тут тебя в карты проиграли, Асти, – она сотрясалась от смеха. – Так что, ты пойдешь с Яко. Прости.
Бригитта и ее отпрыски схватились за животы, а вот Яко виновато пожал плечами. Господи, да что она нашла в этом гоблине? От него не то чтобы блинчика не получиться, даже клецку не слепить!
– Это не смешно, мама, – нахмурилась я. – Оставь свои шуточки для Яко. Лучше расскажи ему про то, как ты лечила молочницу перцовым настоем. Уверена, он это оценит.
Улыбка моментально спала с костлявого лица Бригитты. Она была готова вырвать каждый волосок на моей голове, но я знала, что сейчас она должна изображать леди. Аристократку с пятерней интеллектуалов. Даму из высшего общество, которая пренебрегает нарядами, ненавидит лоск и обожает бедный стиль и дешевую жрачку.
– Да ладно тебе, Аста, – прошипела она. – Всего лишь шутка.
– Я не злюсь на тебя, мама, – фальшиво улыбнулась я. – Все в порядке. Спокойной ночи, мама.
Я отвесила им издевательский поклон и проскочила наверх.
На самом деле я была в ярости. Просто когда я злилась, то заменяла слово «мама» на «трипперная подстилка» и это невероятно успокаивало.
Прихватив с собой спящего Пауля, я улеглась на кровать. Так, мы хотя бы могли дышать сыростью и плесенью, а не ядовитым дымом, который выедает глаза. Только за бесконечное курение Бригитту нужно было лишить родительских прав, а какой пример она подает своим подрастающим детям – я вообще молчу.
Иногда я завидовала Валло. Он покинул нас таким молодым, но зато не успел осознать весь мрак, в котором мы жили. Не успел получить затрещину. Не успел получить обжигающего ремня. Не успел втоптать свою самооценку в грязь. Не успел сломать свою волю. Он был счастливчиком, потому что вся эта мерзость не коснулась его. Что не скажешь про меня. Я приняла на себя весь шквал дерьма, не успев раскрыть зонтик. Я по горло в нем.
Где же справедливость?
Мои дурно пахнущие мысли быстро вернули меня к Теду. Неужели, это все? Неужели, его сердце занято другой? Неужели, я потеряла его? Свой смысл жизни? Неужели, мне придется забыть про сладкую вату и в одиночестве гулять по ночному парку? А как же водопад сердечек?
Нет. Этого не будет. Я сделаю все, чтобы он стал моим Тедом. Все, что потребуется. Я не буду опускать руки, споткнувшись об бревно под названием «Теа». Моя семья смогла поставить меня на колени, но другие не посмеют.
Тед будет мой.
Глава#4.
Сегодня вечером мы собрались за семейным ужином. Как же это здорово ловить на себе тяжелые взгляды, слушать гадкие перешептывания, ерзать на стуле, прибывая в облаке негатива и терять аппетит еще до начала трапезы.
Фантастика.
Суп из куриной кожи остывал на плите. Бригитта возилась с тарелками, держа Пауля так, словно он был кухонным полотенцем. Оскар и Бруно на спор вырывали волосы на своих руках, делая обстановку еще более невыносимой. Но самым главным очагом негатива была Сильвия. Она поимела смелость отпросится на вечеринку на берегу озера, но получив категорический отказ, продолжала питать себя несбыточными надеждами.
– Мам, всего лишь на пару часов, – поднывала она. – Все мои подружки туда идут. Можно мне тоже?
– Нет, – отрезала Бригитта. – Тебе одиннадцать. А там соберется вся молодежь острова. Похотливая и грязная. Я не хочу, чтобы в шестой класс ты перешла брюхатой. А вот после окончания девятого – делай что хочешь. И вообще-то, сегодня ты сидишь с Паулем. Я уже забыла, когда возилась с младшим братом. Совсем расслабилась.
Я замечаю, как краснеет пухлое лицо Сильвии и чувствую райское наслаждение. А когда алюминиевая ложка в ее руке начинает выгибаться, то готова танцевать вокруг стола, тыча в лицо неудачницы средние пальцы.
– Что-то у меня аппетит пропал, – прокашлялась я, с трудом скрывая улыбку. – Можно я пойду к себе в комнату?
– Без разницы, – дергает плечом Бригитта, и я бегу наверх.
На самом деле, у моего внезапного срыва была веская причина. Вечеринка. Я должна была попасть туда. Это был мой единственный шанс встретить Теда до конца лета. Я устала следить за ним из иллюминатора своей комнаты, поэтому решилась на отчаянные действия. А еще сегодня днем в стекло моего окна влепилась жирная ворона, оставив на нем окровавленный след, и я решила, что это знак «Пора действовать!».
Единственное платье, которое я отрыла в шкафу, было похоже на мешок из-под картошки. Или это он и был? Не знаю. Но разве нужны ли еще причины, чтобы снова нырнуть в джинсы и майку? Нет. Думаю, этой будет вполне достаточно. Я за комфорт. По мне так, любая юбка лучше всего смотрится на спинке стула, чем на мне.
Надев заранее приготовленную ветровку и кеды, я выпрыгнула из окна. Нет, это не попытка самоубийства. Я делала это миллион раз, поэтому знала на какой бок приземлиться, чтобы чувствовать минимум боли и не переломать ноги. Правда в этот раз я отделалась вывихнутым плечом... Пустяки. Ничто не помешает мне встретиться с Тедом.
Ну вот. Я на свободе. Остается только отряхнуться от листвы, добраться вечеринки и мечта всей моей жизни воплотиться в жизнь.
На самом деле на нашем острове нет озер. Озером назвали высохший карьер в небольшом пролеске. Место жутковатое, но отдаленное и отлично подходит для громких тусовок, где ручьями льется алкоголь и громко визжат легкомысленные девки. Что ж, сегодня я буду частью этой компании, несмотря на то, что мне нет еще четырнадцати.
Добравшись до карьера, я окунулась в атмосферу танцев и веселья. Девчонки, лет так шестнадцати, крутились возле парней, пока те демонстрировали свои навыки по распитию пива. Они кричали. Смеялись. Танцевали. Попросту были счастливы. Поверить не могу, что когда-нибудь я буду на их месте.
Фантастика!
Я искала глазами Теда, но все тщетно. Его нигде не было. Пьяные подростки то и дело толкали меня своими острыми плечами и наступали на ноги. Не особо влившись в толпу, я миновала очаг пьянки и спряталась за высокими кустами. Здесь, я могла наблюдать за отдыхающими и не быть замеченной. Мне нужно было дождаться Теда. Я должна была встретиться с ним любой ценой. Любой.
В какой-то момент, я услышала тихие всхлипы за спиной. Обернувшись, я у видела девушку. Она сидела на поваленном дереве и, уткнувшись носом в колени, тихонько плакала. «Под наркотой?» – предположила я, но все же решила убедиться в этом.
– Ты в порядке? – спросила я, усаживаясь рядом.
– Нет, – буркнула она, не поднимая головы. – Не в порядке.
И почему эта девица позволяет гавкать на меня? Я жертвую мечтой своей жизни, чтобы попробовать успокоить ее. Разве я не блаженная? Она должна ценить мое присутствие.
– Тебя обидели? – спросила я, внимательно разглядывая ее наряд.
И почему все девчонки так яро стараются нацепить на себя все оттенки розового и быть похожими свиную вырезку? Зачем? Это выглядит ужасно!
После моего вопроса девушка начала рыдать еще сильнее и продемонстрировала колени, которые были усыпаны лиловыми синяками.
– Меня избили, – заикалась она. – Мой парень. Он разозлился на меня и избил. Я ненавижу его. Ненавижу.
Мои глаза поползли на лоб.
– Избил? Но за что?
– Не знаю. Черт попутал. Ни с того ни сего он прогнал меня с вечеринки. Я не понимаю, что с ним произошло, ведь мы так весело отдыхали. Он приказал мне убраться, а когда я отказалась – избил. Боже, я ненавижу его. Как он посмел? Я ведь люблю его!
«Люблю и ненавижу» – самое распространённое чувство среди неспелых подростков. Я читала об этом в оставленной на крышке унитаза газете. Журналист Ваннеса с приглаженной прической была похожа на презерватив в очках, но определенно знала, о чем пишет.
– Я так сильно его люблю! – рыдала барышня. – Что же мне делать?
Я поджала губы и отвела взгляд. Любовные интрижки я наблюдала только по телеку и не могла дать дельный совет, так как сама была дилетантом. Хотя, если вспомнить диалоги из фильма «Знакомьтесь, Джо Блек», то можно показаться весьма опытной любовницей.
– Знаешь, – я состроила умное лицо и принялась цитировать Уильяма Перриша, – любовь есть страсть, наваждение, когда ты не смыслишь жизни без этого человека. Влюбись в кого-нибудь, найди того, по которому будешь сходить с ума, а он – по тебе. А если такого нет, значит и заморачиваться не стоит. Отпусти и забудь. Ты еще встретишь того самого, – последнее я добавила от себя.
Девушка прекратила плакать и поморгала, переваривая услышанное, а я возгордилась своей способность заучивать интересные цитаты.