Кэрри Прай – Плюшевый (страница 30)
– Обязательно портить мне аппетит? – вдохнув аромат свежего бургера, я внимательно посмотрела на начинку. – Теедо Росси, говоришь? Значит, тут все должно кишеть червями?
Вонзившись в булку зубами, Лойт округлил глаза, вздохнул, а потом оставил ее в покое.
– И эта девушка говорит мне про испорченные аппетит? – пробухтел он с набитым ртом.
Я не хотела тратить времени на глупые сравнения и поспешила свести счеты с бургером. Ох, это было очень вкусно. Я чавкала на всю улицу, наслаждаясь этой божественной едой. Даже мысли о блинчике перестали навеивать меня на грусть. Лойт действительно поднял мне настроение. Теперь от – 457, оно поднялось до +11 с половиной.
Расправившись с едой, мы развалились на лавочке, подавляя вырывающуюся наружу отрыжку.
– Слышала последние новости? – неожиданно спросил Лойт.
– Олли, наконец, лишили права носить член? – с надеждой спросила я.
– Я серьезно, Асти. Сегодня утром на «Бездельнице» нашли труп молодой девушки. Она была задушена и изнасилована. На месте преступления были обнаружена мятная конфета и следы от мужской обуви. Больше никаких зацепок. Бред какой-то, – невесело усмехнулся он, смотря вдаль. – На острове стало слишком опасно, и я не советую тебе одной гулять по ночам.
Голова закружилась. Мне стало дурно. Вся употребленная пища была готова оказаться на асфальте. Эта информация шокировала меня.
– Что с тобой? – посмотрев на меня, обеспокоился Лойт. – Ты побледнела, Аст.
Я учащенно дышала и не могла вымолвить ни слова. Сердце застучало в ушах. Самые страшные мысли засели в моей голове и я не могла от них избавиться.
Тед не ночевал сегодня дома…
– Асти, да что с тобой? Ты что-то знаешь? Очнись.
– Нет, – я судорожно замотала головой. – Я не знаю.
Лойт посмотрел на меня с неподдельным недоверием. Он с легкость просканировал мои мысли.
– Ты думаешь, что это Тед? – спросил он.
– О, боже, нет! – взорвалась я. – Конечно же, нет! Как тебе только такое в голову пришло?!
Пожав губы, Лойт принялся изучать свои кроссовки. Он думал. Долго думал, а потом неохотно начал:
– Знаешь, я ведь видел Теда в тот вечер, когда убили Тею. Я ушел с вечеринки, но не вернулся домой. Я гулял по лесу до самой ночи. Мне довелось видеть Теда. Его одежда была насквозь мокрой и грязной. Он не знал, что я видел его. Но, он возвращался с пруда, Асти. Он был там.
Прищурившись, я пронзила его взглядом.
– Ты хочешь сказать, что он убил Тею? – меня потряхивало. – Ты в своем уме, Лойт? Тед никогда бы этого не сделал!
– Но ведь ты его совсем не знаешь!
– Ошибаешься! – и снова эти долбанные слезы.
– Послушай, Асти, я никого не обвиняю, но не могу отрицать очевидного. Росси давно сошел с правильной дорожки. Я переживаю за тебя. Ты можешь быть в опасности.
Я закрыла уши руками.
– Замолчи!
– Ты сама это понимаешь, но почему тогда противишься?
– Заткнись, Лойт! – не выдержав, я подскочила на ноги. – Я знаю, ты это специально! Ты просто ревнуешь меня! Ты хочешь, чтобы я поверила виновность Теда только из корыстных целей! – кричала я сквозь слезы. – Но я никогда с тобой не буду, Лойт, понятно?! Я лучше умру от рук Теедо, чем позволю тебя прикоснутся к себе! Ты подлый друг! Лживое дерьмо!
Лойт заметно помрачнел. В его глазах вспыхнуло разочарование.
– Ты действительно решила, что я бегаю за тобой? Да? – неподдельное пренебрежение читалось между слов. – Да ты даже на девчонку не похожа, а я – не педик. Я бы никогда не посмотрел на такаю, как ты. Мои чувства были сугубо братскими. Я дружил с тобой, потому что ты нуждалась в друге.
Боже, каждое его слово полоснуло по моему сердцу.
– То есть, ты делал мне одолжение? – разочарованно пробормотала я. – Скажи мне правду, Лойт. Ты дружил со мной из жалости, да?
Приподнявшись с лавочки, Лойт навис надо мной.
– Ты слишком глупая и эгоистична девчонка, чтобы это понять. Знаешь, копошись в этой помойке одна. Я устал быть гребанным пластмассовым совком, который собирает весь твой мусор, – на этих словах он поспешил удалиться.
Я осталась одна, стоять посреди безлюдной улицы и поливать слезами асфальт. И дело было не в ругани. Просто где-то в глубине души я понимала, что Лойт был прав. Теедо не так прост, как кажется. Я чувствую от него эту опасность, вижу темноту его души, но не могу с этим смирится. Не могу поверить, что руки, которые меня обнимают, лишили жизни человека. Не могу поверить, что эти пухлые губы искривлялись в диком смехе, когда остановилось чье-то сердце. Не верю, что изумрудные глаза видели смерть и наслаждались этим зрелищем. Я не верю. Нет.
Но Теедо Росси не ночевал сегодня дома…
Глава#20.
Прошла целая мучительная неделя...
После долгого отсутствия в школе, моя классная руководитель оказывалась признавать меня, мол «Аста Ваэр пропала без вести, а вы – не она», но когда я по просьбе нарисовала ромб овальной формы и заставила одноклассницу съесть горшечный цветок, потому что из ее рта смердело дохлым бомжом, то все стало на свои места. Меня признали все, без остатка. То-то же.
А теперь главная новость – Теедо пропал. Снова. Ну или просто вычеркнул меня из своей жизни и целенаправленно избегает. Тоже самое сделал Лойт, и теперь единственный собеседник, с которым я перекидываюсь сплетнями – кед с уродливой ромашкой. Я не жалуюсь, ведь он не обижает меня и во всем соглашается. И даже смирился с той мыслью, что никогда не заведет себе подружку в виде красивой туфельки. Мы – два жалких одиночества об которые вытерли ноги.
По правде говоря, находиться на острове стало жутко до дрожи. Когда я возвращалась со школы, то шугалась каждого куста и постоянно оглядывалась. Смерть девушки из элитной гимназии вызвала много шумихи среди жителей. Все никак не могли поверить, что наш тихий островок превратился в место для жестоких расправ над девушками. В такие моменты, я была крайне рада, что была лишена женственности. Преступник мог попросту побрезговать прикасаться к эдакой замухрышке и решить воздержаться. Нет, у меня не заниженная самооценка. Вовсе нет. Просто все только и указывают на мою неопрятность и развалистую походку, а я – не балерина. Да и в пачке буду выглядеть ужасно.
В общем и целом – жизнь особо не радовала. А надоедливые мысли-Тедики, как голодные черви, так и норовили проесть мой мозг до дыр. Очень надеюсь, что с ним все в порядке…
Прилипнув лицом к витрине «Большого Лу», я вглядывалась в работу здоровяка и надеялась, что он по старой памяти поприветствует меня, но этого не случилось. Луи будто нарочно не обращал внимания на новую оконную «наклейку», похожую на расплющенный блин. Он тоже не желал иметь со мной дела. Он считал меня воровкой и, наверное, гадиной.
Что ж, мне ничего не оставалось, как вернуться домой. Туда, где орудуют настоящие маньяки. Моя семья – вот настоящие убийцы моего настроения.
Когда я вышла на главную дорогу, то заметила три вальяжно плетущихся, силуэта. О, просто прекрасно! Мое любимое трио – Олли, Маур и Кайдо. Они вышагивали мне навстречу, будто специально перекрыв дорогу домой, а когда самая рыжая и мерзкая часть команды помахала мне рукой, то я расценила это как повод изменить маршрут в обратную сторону и начать как можно быстрее перебирать ногами.
– А нет, не получиться! – послышалось за спиной, и тогда я побежала.
Прятаться в лавке Луи не имело смыла – он с радостью отдал бы меня на растерзание этим шакалам, а вот спрятаться на заброшенной конюшне, я посчитала отличным решением. Идиотка. О чем я только думала? Что тут пасется Сильвия и на случай моей поимки, забьет парней копытами? Так?
Забежав в заброшенное помещение, я еще раз убедилась, что самостоятельно загнала себя в тупик – здесь даже комару не спрятаться. Смирившись с плачевным ситуацией, я принялась ждать своих карателей, но все-равно таила надежду на спасение. Быть может, они пройдут мимо?
– А вот и мы! – с радостью объявил Олли. Вцепившись руками в дверные косяки, он раскачивался из стороны в сторону и напоминал обезумившую обезьяну. – Всегда знал, что ты не отличаешься количеством мозгов.
Следом в конюшню зашли Маур и Кайдо. Ну конечно.
Тед показал тебе как нужно убегать, а как прятаться – не научил? – безынтересно спросил Кайдо и, сунув руки в карманы, лениво облокотился о стену. – Ты попалась, малышка.
Я попятилась назад и, нащупав рукой деревянную дверцу, нырнула в загон для лошадей.
– Что вам нужно от меня? – раздраженно выкрикнула я, прячась за калиткой. – Я ничего вам не сделала, так что валите отсюда!
– Что ты там вякаешь? – набыченный Олли повалил на меня.
С ноги выбив дверь и вцепившись в мою за кофту, он с легкостью вытащил меня наружу.
– Какого лешего, ты вообще свой рот открыла? – со злостью прорычал он, швырнувшись мной как мешком мусора. Я больно упала на пыльный дощатый пол. – На твоем месте, я бы не стал вредничать. Будь хорошей девочкой и останешься цела.
Отряхнув ладони, я лишь устало выдохнула.
– Почему именно я? Почему, мать вашу, я?
Ко мне подошел Маур и опустился на колени. Одной рукой он держал бутылку с пивом, а другой – хлопал меня по плечу.
– Да уж, не везет тебе, малая, – с издевкой тянул он. – Надо признаться, ты мне нравишься. И, мне жаль тебя. Это действительно так. Мне не доставляет особого удовольствия глумиться над убогими, но, – он развел руками, – ничего не поделаешь. Такие есть законы.