Кэрри Прай – Плохой хороший парень (страница 10)
— Поздравляю…
Дикая слабость поселилась в коленях.
— Не думаю, что это хорошая идея. Я пойду, пожалуй. Прости.
Марк на полуобороте подхватил меня за плечи.
— Брось, Волкова. Мы с тобой не чужие люди. Все обиды в прошлом. Мне будет приятно, если ты останешься, — его бездонные глаза заискрились, как мне казалось, искренне.
Улыбнувшись, Марк нежно подхватил меня под локоть и повёл в зал. За длинным столом активно галдели сотрудники, остальные места покорно пустовали. Персонал кафе робко толкался за барной стойкой, ожидая очередного заказа.
Каким же облегчением было увидеть в толпе Кабанова. Жутко недовольного, но такого родного. Он злостно протыкал вилкой рыбу, превращая содержимое тарелки в безобразное месиво.
— Неудачная рассылка? — с иронией переспросила я, присев рядом.
— Скорее приказ, — проворчал он, покарябав прибором керамику. — Ненавижу начальство. Они нас за клоунов держат, не иначе.
— Выдохни, Гринь. Пусть будет тебе бесплатным обедом.
— Это жрать невозможно. Ни соли, ни перца. Чепуха помойная.
Окинув взглядом присутствующих, я поняла, как явно выделяюсь из толпы. Ухоженные девушки поправляли бретельки на вечерних платьях и сдували с лица шелковистые локоны, когда мне приходилось оттягивать прилипшие к ногам штанины и закусывать посиневшие от холода губы. Они изящно поедали ломтики пресной курятины, а прикрывалась под звонами бокалов с нарзаном.
— Зря ты пришла, — выдавил Гриша, откинув вилку в сторону.
Из-за громкого шума, мне едва удавалось говорить шёпотом:
— Я здесь тоже не по своей воле, и ты это знаешь.
— Да уж, Петрович постарался, чтобы праздник сына прошёл не без зрителей. Большей половине отдела каторгу устроил.
— Не всё так плохо, Кабачок. Всяко лучше, чем наряд.
— А вот в этом я не уверен, — Гриша поднял голову, на его лице промелькнуло сочувствие. Он стал хмурым, не уступая погоде за окном.
Объяснения ждать не пришлось. Заглянув за плечо сержанта, я увидела губительную для глаз картину. Марк обнимал ту самую брюнетку из отдела кадров, нисколько не чураясь моего присутствия. Они сидели в самом центре стола, выставляя напоказ свои чувства. Заглушенный восторженными возгласами поцелуй поставил точку на моих надеждах. Жирную. Расчётную. Болевую.
— Стоять, — приказал Кабанов, когда я подорвалась с места. Вцепившись в моё запястье, мужчина усадил меня обратно за стол.
— Я вырву ей волосы, — судорожно прошептала я, не сводя глаз с показательной нежности. — А потом убью Юдина. Дай мне вилку. Сейчас же.
— Остынь, Юнга. Он того не достоин. Покажешь сейчас свою слабость и никогда не простишь себя за это. Просто ешь эту чёртову рыбу и улыбайся. Через силу, малышка. Я знаю, у тебя получится.
Сердце пронзил ржавый нож. Слёзы предательски выступили на глаза, и я опустила голову, прикрывшись редкими волосами. На сверкающее блюдце перед носом упало несколько солёных капель.
— Ну всё, всё, рядовой, — глядя по спине, подбадривал Кабанов. — Дело молодое — дело закрытое. Как я тебя учил? Пережуй и выплюнь.
Мне стоило больших усилий выпрямиться, словно каждая мышца окаменела. Ещё сложнее далась кривая улыбка. Справляясь с роем кусачих эмоций, я придвинула тарелку Гриши и стала жадно поедать безвкусную рыбу, изредка поддерживая льстивые поздравления.
Каждый находящийся здесь прекрасно знал о наших с Марком отношениях и догадывался о моих чувствах, но не спешил быть снисходительным. Я ловила на себе мерзкие ухмылки девушек, ироничные взгляды парней и мечтала стать невидимой. Все они насмехались над дочкой подполковника. Неудачницей, что не преуспела в карьере и не смогла удержать генеральский смычок.
Юдин поразил не меньше. Он танцевал, веселился и всячески меня не замечал. Казалось, что все прошлые годы, полные трепета и нежности, были ничем иным, как подлым сном. Коварным и до кадра фальшивым.
— Давай уйдём отсюда, Гриш, — взмолилась я, проведя несколько часов в индивидуальном Аду. — Пожалуйста, я больше не выдержу. Отвези меня домой.
— Уверена? — задался он, смотря сквозь меня. — Теперь я хочу остаться.
Обернувшись, я ненароком подавилась воздухом; была готова себя ущипнуть. В цвете мерцающих огней красовался Май. В повседневном тёмном и с лукавой улыбкой, извечно застывшей на лице. В руках он держал картонный контейнер.
Ластясь в заинтересованных взглядах девушек, Тимур приблизился к Марку и вручил ему странный подарок, одновременно похлопав Юдина по плечу.
— Это яйца, брат. Куринные. Наверняка тебе пригодятся.
Юдин не нашёл ответа. Глотал воздух, как та пресноводная рыба.
Игнорируя поражённые возгласы, Майский прошёл за стол. На ходу выхватил из вазы ромашку и вручил её мне со словами:
— Я соскучился, Мурка. А ты?
Впервые я была рада его видеть, пусть всячески глушила в себе новое чувство.
Но концерт Майского только начался.
Не дав права ответить, он впился в меня губами, не забывая при этом крепко удерживать на месте. Май не позволял себе лишнего, кроме того, что доставлял лёгкую боль. Скорее приятную, чем невозможную. Однако это не спасало от переизбытка возмущения. Секунды превратились в часы, а ступор — в подчинение.
Я знала, что за нами наблюдает каждый. И даже Марк. Но так и не решилась оттолкнуть от себя интригана. Он отпрянул сам, прикрыто мне подмигнув.
— Ну и чего глаза округлили? Высохнут, — обратился он к зевакам, подняв пустой бокал. — За капитана! За крепкие причиндалы! Ура, товарищи!
7
Обстановка в кафе «Искра» достигла своего предела. Меня лихорадило. Губы по-прежнему горели, предательски напоминая о хамском поцелуе. Вот только Майский чувствовал себя вполне комфортно, развлекая публику дурацкими историями. Мгновение, и неприметный островок стола приковал внимание каждого.
И Марк не стал исключением. Переварив появление незваного гостя, он подошёл к Тимуру. На его когда-то горделивом лице смешались возмущение и злость. Сердце сжалось от мысли, каким будет его ответ.
— Марк, ты прям как не свой, — фыркнул Тимур, устав от его молчаливого взгляда. — Не стесняйся. Садись… То есть, присаживайся.
Юдин послушно опустился на стул, что привело меня в окончательный ступор. Я впервые видела его таким растерянным.
— Не знал, что уже ты не свободна, — посмотрел он в упор, не моргая, сделав акцент на моей стремительной смене статуса.
Но не успела я открыть рот, как влез Май:
— Ещё бы. Ты ведь не думал, что такой бриллиант останется без ювелира?
— Меня удивляет не наличие парня, а его качество, — высокомерно бросил Юдин.
Майский поддался вперёд, и я закрыла глаза, предчувствуя драку.
— Скажу тебе по секрету, капитан, я лучшее, что могло с ней приключиться, — его сладкая фальшь резала уши, выворачивала. — Нужно быть полным кретином, чтобы променять вишнёвый пирог на лежалую ша… шарлотку.
— Как точно подмечено, — поджав губы, Марк выдавил подобие на улыбку. — И давно вы вместе?
— Уже и не вспомнить. Порой мне кажется, что мы знакомы всю нашу жизнь.
— Даже так? — поперхнулся Юдин, а затем вопросительно вскинул брови.
Всё внутри меня похолодело. Майский явно не ведал, о чём говорит, выставляя меня неверной. И пусть это уже не имело никакого значения, я ткнула Майского локтем в бок и, скрипя зубами, позвала на разговор.
— Прости, Марк. Она у меня такая ненасытная. И минуты не может без…
Вцепившись в футболку хакера, я что есть силы потянула его за собой, минуя танцпол и путанные развилки коридора. Наткнувшись на дверь уборной, я с остервенением втолкнула парня в комнату.