Кэрри Прай – Нарисуй меня хорошим. Книга 2 (страница 69)

Я держал содрогающееся тело и не мог предотвратить эту истерику.

— Успокойся, малышка, — мягко сказал я, взяв в ладони её заплаканное лицо. — Ну, ты чего? Перестань реветь. Ведь ничего страшного не произошло, — скверно успокаивал я, ее же словами.

Надрывисто вздыхая, Вася посмотрела на меня глазами беззащитного ребенка.

— Я не уеду от тебя, Рэй. Никогда. Я не смогу без тебя.

Когда-то, я мечтал услышать от нее подобное. Бредил. Ждал. Верил. Надеялся. И если бы я знал раньше, что такое произойдет, был бы самым счастливым пацаном на этой гребанной планете. Её искренность умиляла, но настал тот момент, когда я должен был засунуть свой эгоизм…куда подальше.

— А если твоя мама права? — предположил я, сам не веря в то, что произношу это. — Что если тебе стоит уехать?

Задохнувшись, Вася раскрыла рот, а потом снова разревелась.

— Замолчи, придурок! — она ударила меня кулаком в грудь и снова закрепила в объятья. — Я никуда не уеду, понял?! Не дождёшься!

Я грустно усмехнулся.

— Думаешь, я сам этого хочу?! Ты думаешь, я готов потерять тебя?! Черт, да одна лишь мысль о том, что ты уедешь, кажется мне чем-то смертельным! Меньше всего на свете я хочу лишиться того, чего так долго ждал!

— Так не отпускай меня, идиот!

— Ты не моя собственность, дура! — получилось слишком грубо.

Она попыталась отстраниться, но я ее удержал.

— Ты просто хочешь избавиться от меня! Я не нужна тебе! — извергалась Вася. — И не строй из себя благородного, а просто скажи все как есть!

Не сдержавшись, я громко выругался.

— Ты дура, Вася, отвечаю! Что ты мелешь? Почему ты никогда меня не слушаешь? Проклятье, посмотри на меня! — я притянул её к себе и наши лбы соприкоснулись.

Мое дыхание участилось, но я попытался успокоиться.

Она испуганно хлопала своими ресницами, будто опасалась, что сейчас ей здорово влетит.

Я задрал голову к потолку, проглотил злость и вернулся к ней.

— Вася, -

голос пропал, — я тоже… это… в общем, — мое эго сдалось. — Я тебя люблю.

Уххх, неужели я сказал это? Браво, Рейкин. Садись, пять. Держи конфетку.

Вася остолбенела. Её зрачки расширились и она утихла. Замерла. Даже дышать перестала.

И что это значит?

Я не стал дожидаться ответной реакции, только лишь прикоснулся губами к ее влажному лбу.

— Мне очень тяжело, Вася. Да, мы в полной заднице, но у тебя есть шанс начать новую жизнь.

— Без тебя? — пропищала она, еще переваривая услышанное. — Но я не хочу такую жизнь.

Аналогично.

— Но мы и так не живём, — усмехнулся я. — Мы существуем.

Какое-то время она просто молчала и раскатывала пальцем катышки на моей футболке. Я бы наблюдал за этим вечно.

— И что же нам делать, Рэй?

Я пожал плечами.

— Не знаю, детка. Не знаю.

Я говорил правду. На этот раз, у меня не было плана. Я был растерян, как первоклассница на линейке. Столько всего навалилось. Бам, и я сломался. Кто-то сверху, решил отобрать у меня все сразу. Вероятно, я это заслужил.

Ложно воодушевившись, Вася отпрянула от меня, и на ее лице промелькнул намек на улыбку. Ненормальную улыбку.

— Ты поедешь со мной, — выпалила она. — Да, точно. Мы улетим вместе.

— Малыш…

— Нет, нет, я все решила. Мы найдём новое жильё и будем… как это… жить? Да, мы будем жить. Как нормальные люди. Как все. У нас будет жирный кот, шумные соседи, долги за электричество, тараканы, — ей не хватало воздуха. — Я устроюсь продавщицей в продуктовый магазин, ты будешь таксистом, но главное, мы будем вместе.

— Тараканы? — грустно посмеялся я. — Ну нет, мне твоих хватает.

— Рэй, я серьёзно!

— Я тоже.

— Это единственный вариант, чтоб хорошо было всем!

Обессиленный, я уселся на кровать и потер переносицу.

— Думаю, твоя мама не сильно этому обрадуется.

— Плевать, — отрезала она и припала к моим коленям, взяла мои руки и с надеждой заглянула в глаза.

— Ты поедешь со мной, Рэй? — ее вопрос прострелил мне сердце.

Разве я мог ей отказать?

— Ты ведь не оставишь меня, Рэй? Мы уедем, правда?

***

И даже в самой непроглядной тьме бывает крохотный, но все же просвет — мне позвонили из больницы.

В машине воняло табачным дымом и гнилыми мандаринами.

— Давай, родной. Давай, — поторапливал я водителя такси, тряся его за плечо, — жми на газ. Я капец как опаздываю.

Командир сдвинул густые брови на переносице.

— Ты видэшь пробки, брат? — бурчал тот, с грузинским акцентом. — У меня нэ ковер-самолет. А я нэ Алладин.

Как это я сразу не заметил?

— Хреново. Так бы взял у тебя автограф, — съязвил я и закурил сигарету, но едва ли мне полегчало.

Я был навзводе. И если бы не моя нужда находиться в полном здравие, то мое тело давно бы протерадо гладкую столешницу ближайшего бара.

— И зачем вам городским авто, когда нет возможности на нем, как следует, разогнаться?

— Нэльза лихачить, брат! В больницу попасть можно!

Замечательно, я сел в машину к настоящему провидцу из Грузии. Где же ты был раньше, Пристотнль? Нанял бы тебя Ваньку в качестве репетитора.

Я поник. У меня напросто не было выбора. Оставалось только смириться. Добраться до больницы своими ногами, было бы худшей из идей. Я хромаю, как подбитая дворняга.

— Нэ нервничай, брат. Скоро будэм.

— Я спокоен — солгал я, потому что все внутри меня кричало.

Кричало. Грызло. Разрывало.

Эх, Ванька. Эх, волчара. Ты отомстил. Но отомстил без крови. И кому ты сделал легче, дурень?