Кэрри Прай – Колония "Дельфин" (страница 48)

- Именно поэтому, я тебя недостойна. Я неуверенна в себе, - я стала загибать пальцы, - не понимаю шуток, всего боюсь и вообще зануда. Я вообще не уверена, что смогу кому-то понравиться.

- А знаешь в чем твоя проблема? – Савва повернулся и положил руки мне на плечи. – Ты всегда и во всем видишь только минусы. В себе, в жизни. Всего боишься? Согласен. Ты боишься всего, потому что думаешь, что ты ничего недостойна. Но если ты не попробуешь, никогда не узнаешь, как оно на самом деле. И в тоже время, ты очень смелая. Ты смогла сбежать с колонии, помаешь? Ты, черт возьми, украла все эти долбанные записки! Ты! Никто другой до этого не додумался. Даже у меня таких мыслей не возникало, потому что это казалось слишком опасным. Это сделала только ты! Так что заткнись, и не говори мне про достоинства. У тебя их масса.

Я впервые смотрела на него и не пыталась отвести взгляд. Савва единственный кто видел во мне что-то большее. Потенциал, например. Для него я не была просто Соней, которая любит неприятности. Он не считал меня неудачницей. Это был единственный момент, когда я всерьез задумалась о будущем. Одно я поняла точно, что для Саввы там определенно есть место. И оно значимо.

Я не могла не произнести ни слова. Но мне и не хотелось ничего говорить. С ним, я могла молчать, и быть услышанной.

Этот вечер сулил быть особенным. Так и произошло. Дверь снова, перебила нашу беседу. Сердце инстинктивно начало ускоренно биться. Два силуэта, которые зашли в помещение, показались мне до боли знакомыми. Константин Романович – его у уже видела утром. И…

- Ого, какие люди! – сказал радостный Тихон. – Развлекаетесь ребята?

Моя челюсть была готова отвалиться. Он здесь? Или мне это сниться? Никогда бы не подумала, что буду так рада его видеть.

- У вас пополнение,- сказал Константин, слегка улыбнувшись. Теперь, мне стало ясно, от кого Савва унаследовал эту улыбку. – Надеюсь, вы не против небольшой компании? Так сказать, вместо Плейстейшн.

Я потеряла дар речи. От счастья, и не только. Мои глаза не досчитались еще одного человека. В глазах потемнело, а воздух перестал попадать в легкие. Я хотела вцепиться Тихону в грудки и кричать: где твой брат? Где он? Но из-за находившегося рядом Саввы пришлось сдержаться.

- Можно к вам? – спросил Тихон и, не дождавшись ответа, поставил сумку на диван. – Вот это дом! Красота!

Я видела лицо Саввы, которое ненароком стало чернеть. Я видела Константина, который был рад нашему воссоединению. Я смотрела на Тихона, который вел себя так же, как всегда – непринужденно и нагло. Я не видела себя, но знала, что выгляжу ошарашенной. Мои руки и колени, отказывались двигаться. Меня накрыло незнакомой волной. Страх. Обида. Горечь. Что это? Ведь все налаживается!

Почему, его нет с ним?

- Здорово,- парни сошлись на рукопожатии, прямо перед моим лицом, а мне хотелось сломать их.

Где же он?

Сделав глубокий вдох, я собралась силами, чтобы не разреветься. Но снова задохнулась. На то место, где я мыла полы, вступила еще одна нога. но это был единственный раз, когда я была рада, что пол снова стал грязным.

- Марат?

Глава#22. Синдром неудачницы.

На сердце боль, взгляд смотрит в небо,

Ждет рассвета…

Душа не верит в то, что нет...

Тебя уже нет…

Когда парни общались между собой, я то и дело чувствовала, как покалывают мои кончики пальцев. Я безнадёжно старалась вставить хоть слово в мужской диалог, но губы отказывались шевелиться. И сковал меня вовсе не страх, это было что-то другое.

После нашего небольшого воссоединения прошло несколько часов, а мне с трудом получалось придти в себя. Чувство радости, сейчас доминировало над всеми остальными эмоциями, потому что с сердца отлег самый тяжелый груз – Марат не в опасности и с ним все хорошо.

Вот, он стоит напротив меня, облокотившись плечом об стену, целый и невредимый. Его руки спрятаны в карманы, и я только изредка ловлю его взгляд. Он весел. Никогда не замечала, что эта я хитрая улыбка ему так идёт. Мы возимся на кухне, в попытке приготовить что-нибудь съестное, и при каждом неловком касании с рукой Марата, мои щёки наливаются предательским румянцем.

Отец Саввы оставил дом, уехав обратно в город. Меня восхищало его благородное чувство ответственности за всех нас. Даже представить не могу, чтобы мы без него делали. Но, точно бы не болтались в шикарном особняке.

Тихон остался таким же легкомысленным и, несмотря на то, что этому гаденышу здорово попало от Германа, после моего побега, он вёл себя как ни в чем небывало. Тихон уже успел обмолвиться, как Рина и Гоша, радостно исполняли его наказание, но я лучше забуду этот рассказ, как жуткую байку. Больше никаких наказаний. И даже воспоминаний о них.

Савва, заметно погрустнел после приезда ребят, но его расстраивало не их освобождение, а сам факт нахождение здесь, с нами. Он уловил мою реакцию на Марата, и скорее всего, это была банальная ревность. Я не хотела его огорчать, но ничего не могла с собой поделать. Моя радость была слишком очевидной. И даже если, я не произнесла ни слова, мое выражение лица говорило больше, чем стоило.

- Самодельный гамбургер готов! – радостно сказал Тихон, соорудив двухэтажный бутерброд из хлеба, сыра и колбасы. – Мне бы пора задуматься о профессии повара. Это же шедевр! Никогда бы не подумал, что настолько я хорош в этом деле! Вы видели это?

Савва, подогревающий воду для чая, кинул недовольный взгляд через плечо.

- Тебе пора задуматься о других. Ты не один в доме, а жрешь так, как будто мы не нуждаемся в пропитании. Ты вернулся с колонии, а не с голодного края.

Тихон состряпал возмущенное лицо.

- А разве это не одно и то же? Даже во время войны у солдат была тушенка, а там, кроме пресной каши только…пресная каша. Была бы такая возможность, я съел все и оставил бы вас голодными без всяких угрызений совести. Я дико голоден.

- Скажи «спасибо» своему папаше, - огрызнулся Савва. – Судя по его брюху, он тоже любитель бутербродов, только вот вас, он почему-то посадил на диету. Да и вообще, посадил. Что еще раз доказывает, какой он шизик.

Марат покачал головой и что-то буркнул себе под нос. Ему не нравились эти разговоры, но не потому, что была обида за отца – она не пройдет до конца его дней. Все дело в моменте. Когда я оказалась на свободе, первые несколько часов, я хотела говорить о чем угодно, но только не о Германе. Мне было бы намного приятнее обсуждать геморрой, чем этого гада.

- Не ассоциируй меня с этим гавнюком, - ответил Тихон, откусывая своё творение. – Не хочу иметь с ним ничего общего. Надеюсь, когда его посадят, над тарелкой с отвратной кормёжкой, он будет вспоминать именно меня.

Савва усмехнулся про себя.

- Тогда у него точно пропадет желание употреблять пищу. У меня бы пропало. Твое лицо совсем не аппетитное.

Тихон нахмурил брови.

- Это потому, что у тебя нет вкуса. Мои девчонки всегда говорили, что я - сладенький.

- А теперь, будет говорить, что ты – лысенький, - парировал Савва.

Мы слегка посмеялись и Тихон тоже. Было непривычно видеть всех их вместе, разговаривающими и готовившими поесть. А мне и вовсе было непривычно находиться в одной компании с ними. Ни одному из парней, я не могла навесить «правильный ярлык». Кто они для меня? Друзья? Враги? Каждый из них перепрыгивал на разные позиции, со слишком быстрой скоростью.

- А ты будешь бутерброд? – наконец-то Марат обратился ко мне. – Я могу сделать тебе тоже.

Не смотря на чувство голода, я робко потрясла головой.

- Спасибо, я буду только чай.

Он задержал на мне молчаливый взгляд, и мне оставалось только догадываться, что он означал. Хоть и теперь, его глаза пронзали мою душу, я не могла понять его настроя ко мне. В последнюю нашу встречу, он вел себя иначе. Он что, не терпит отказов? Или посчитал странным мое «не голодна»?

- Я налью тебе ягодного, - встрял Савва, приготовивший ещё одну кружку.

Мы сели за стол, постоянно переглядываясь друг с другом. У каждого в голове таились свои мысли. Почвы для размышления и вправду было валом, но была весьма тяжело сосредоточиться под звуки чавкающего Тихона. Савва сел рядом со мной, и напоминал мне старшего брата, который старательно ограждает меня от мужского пола.

- Отличная елка, - заметил Марат шедевральное произведение искусства. – Надеюсь, Новый год, мы будем встречать не здесь.

- Я тоже на это надеюсь, - съязвил Савва, пронзая его взглядом. – Меня откровенно уже достала ваша компания Нам с Соней, было куда лучше, когда мы были вдвоём.

В этот момент, парень говорил только за себя. Мне не было лучше. Я переживала и все, что мне хотелось, это увидеть ребят. Правда, увидела я только их часть – Аля, Волкова, Глеб, Ева и Рут, ещё находились в спеццентре. Хотя, даже боюсь представить, как бы выглядело наше чаепитие, собери всех колонистов за один стол.

- Что вы делали все это время? – спросил Тихон у нас с Саввой. – Я просто думаю, чем тут можно заняться таким интересным? Здесь есть бассейн? Или баня?

- Ты можешь вернуться обратно в колонию, - предложил Савва, пожав плечами. – Уверен, никто не будет по тебе скучать.

- Да что я тебе сделал? – пробубнил Тихон с набитым ртом. - Просто с вами невероятно скучно. Я хотел повеселиться. А алкоголь есть?

Савва откинулся на спинку стула, обрадовавшись данному вопросу. Ведь ответ он мог поставить по-своему, только так, как хотелось ему. Он так и сделал.