Керри Манискалко – Царство Страха (страница 42)
– В конце концов ты поймешь, как сосредоточиться на настоящем и отпустить прошлое. – Он повел нас по хорошо знакомому переулку. – Бессмысленно переживать о том, что могло быть, но никогда не будет. Это только мешает тебе. Самое сложное в жизни – это пытаться жить здесь и сейчас. Не беспокоиться о будущем, не перемалывать прошлое. Живи сегодняшним днем, в этом секрет другого будущего. Истинного счастья.
Я обдумала его слова.
– Ты счастлив?
– Иногда. – Доменико пожал плечами. – Лучше, чем когда я впервые узнал… обо всем.
– Как твой отец? Он выглядел обеспокоенным, но гордым, когда я в последний раз говорила с ним.
Оборотень на мгновение напрягся, а затем продолжил путь, его широкие шаги поглощали мощеную дорожку. Словно он хотел убежать от вопроса.
– Он мертв.
Я слегка запнулась. Я не хотела давить на явно свежую рану, но мне нужно было знать.
– Это моя сестра…
– Разумеется, нет. – Доменико развернулся на каблуках, его глаза вспыхнули бледно-фиолетовым. Он тут же огляделся, убедившись, что его никто не видел, и продолжил, с трудом сдерживая свои чувства. – Твоя сестра не имеет к этому никакого отношения.
– А как насчет демонов?
– А что демоны? – спросил Доменико.
– Это как-то связано с Жадностью?
При упоминании имени Жадности волк выпустил когти.
– Это были дела стаи. И все.
Я подняла руки в мирном жесте, и оборотень продолжил свой путь вперед через район, граничащий с нашим. Невольно Доменико дал мне ответы на два мучивших меня вопроса. Если Виттория действительно одержима идеей конфликта между волками и демонами, убийство члена стаи – отличная для этого возможность. И имя Жадности вызвало у альфы острую реакцию.
Мое внимание переключилось с вопросов о моей сестре и волке на дорогу, на которую мы только что свернули. Я остановилась, не в силах двигаться дальше. В конце улицы стоял дом нашей семьи.
Лозы вились вокруг шпалеры, бледный камень блестел в лунном свете. Дом выглядел красиво. Нетронутым. Он продолжил существовать, словно ничего не изменилось. Во рту у меня внезапно пересохло. Из всех мест, куда могла пойти Виттория, это задело особенно сильно.
– Моя сестра в нашем доме.
Доменико покачал головой.
– Присмотрись.
– Я не… – Угол нашего дома замерцал, слегка приподнявшись по краям. Словно всю конструкцию накрывала невидимая страница, которая теперь трепетала от легкого ветерка. Мой пульс участился, и я отступила назад, качая головой. – Нет. Нет, нет. Только не это. Пожалуйста.
Виттория внезапно оказалась передо мной, ее волосы развевались от того самого волшебного ветра, который теперь разносил куски нашего дома.
– Потребуй показать тебе правду, Эмилия.
– Я не могу…
– Можешь. Потребуй, – сказала Виттория. – Посмотри на правду.
Мои глаза горели, когда из-под век покатились слезы. Это был последний удар, но я не позволила пролиться ни одной слезинке.
Моя спина выпрямилась, когда я снова обратила внимание на наш непритязательный дом. Я призвала источник своей магии и направила его прямо на мерцающую часть.
– Покажи мне правду.
Мой голос звучал так же мощно, как когда я произносила заклинание правды. Магия вырвалась наружу и вонзилась в стены, словно когти, разрывая иллюзию на куски. Я бесстрастно наблюдала, как исчезает фасад, обнажая каменный храм.
Наш дом был иллюзией. И я никогда этого не знала, не чувствовала использованную здесь магию. Потому что бабушка держала нас в неведении. На этот раз истина не разбила мне сердце; она привела меня в ярость. Этот обман уже не исправить. Была проведена линия раздела – Эмилия до того, как весь ее мир разрушился, и богиня Ярости после того, как все было раскрыто.
– Что еще? – спросила я, не отрывая взгляда от нашего так называемого дома. – Что еще было тщательно продуманной иллюзией? Чертовой ложью.
– Не буду вам мешать. – Доменико тихо вошел в храм, не удостоив ни одну из нас взглядом.
Я приготовилась столкнуться с очередным предательством. Я чувствовала, что его не избежать.
– Это не настоящая Сицилия, – выдохнула Виктория. Я, наконец, оторвала взгляд от дома, который не был нашим домом, и посмотрела на свою сестру. В кои-то веки она выглядела огорченной. – Добро пожаловать на Изменчивые острова.
Восемнадцать
Я вздрогнула, словно от удара.
Мне казалось, что я уже испытала сильнейший укол предательства, когда узнала, что моя бабушка использовала темную магию для убийства невинных ведьм, чтобы связать нас. Это же была агония. Безжалостная, мучительная, эмоциональная агония. Виттория молчала, и первоначальный шок постепенно начал проходить.
Изменчивые острова. Вот почему она сказала мне встретиться с ней здесь в ту ночь в царстве духов. Я посмотрела на улицу, и у меня скрутило желудок. Все это было ложью. От начала и до конца. Вплоть до того самого мира, который, как мне казалось, был мне знаком. Неудивительно, что Гнев промолчал, когда я спросила об островах. Я сама должна была все узнать. И хорошо, что теперь сюда не могут попасть принцы. Мне нужно было время и свобода от демонов, чтобы примириться с тем, сколько всего от меня скрывали.
Однажды я спросила Гнева, куда отправляются смертные души, и он туманно упомянул об острове возле западного берега Семи Кругов. Если вспомнить урок картографии, который моя сестра преподала мне во время нашей последней встречи, это место определенно подходит под такое описание.
– Сюда отправляются смертные души. – Я не спрашивала, но Виттория кивнула. – Тюрьма для проклятых.
– Да. – Голос сестры был тихим, мягким. Как будто она почувствовала, что моя сила ищет, в кого вцепиться. Покарать. А может быть, в ней все-таки осталась какая-то человечность. Часть, которая понимала, насколько глубока эта конкретная рана. – Некоторые считают это место худшим из кругов. Остров меняет время и место. Превращается в выбранную тобой реальность. Или в реальность, которую выбирает кто-то другой. На время.
– А здешние смертные знают? Что это…
– Нет, – тихо сказала Виттория. – Большинство смертных совершенно не подозревают, где на самом деле находятся. Лишь избранные сверхъестественные существа знают правду. И некоторые души, сбежавшие в царство демонов и сражающиеся за возможность вернуться сюда.
– Понятно. – Ад. Вот что напоминало это место. Не те Семь Кругов, где правили демоны. Не элегантный замок дьявола. Или любой из Домов Греха, где превыше всего царили порок и разврат. Здесь. В месте, которое я когда-то называла домом. На этом острове существовал настоящий Ад. – Мы никогда не были частью мира смертных.
– Нет. – Взгляд сестры опустился на землю, словно она не могла смотреть на меня. – Звездные ведьмы никогда бы не стали так рисковать. Нас послали сюда, в это время и место, где ведьмы должны были скрываться. Если хочешь, можем прямо сейчас переместиться в другую реальность. Это помогает. Узнаешь всю правду.
– Нет. – Мой голос прозвучал жестче, чем мне хотелось. – Я не могу… Я просто… не готова.
Если я сейчас увижу другую реальность, другое время или измерение, то последняя нить, поддерживающая мою психику, оборвется. Виттория слегка улыбнулась.
– Ладно.
– Ведьмы каким-то образом узнали о нашем присутствии здесь? – спросила я. Моя сестра покачала головой. Хоть что-то хорошее. – Они могут призвать нас через кровавую жертву?
– Мы не похожи на демонов или других сверхъестественных существ. Никто не может призывать богов.
В моей голове закрутился следующий вопрос:
– Как часто меняются острова?
– Насколько мне известно, это несколько измерений подземного мира, наложенных друг на друга. Сложно объяснить, но одновременно происходит бесконечное количество реальностей. Хотя это не всегда идеальная система. Иногда бывают небольшие несоответствия, заметные только уроженцам того времени или места, которое является текущей реальностью. Многие просто не обратят внимания на странности; им гораздо труднее переварить правду, и поэтому они ее избегают. Магия и наука усердно работают, гарантируя, что временные линии никогда полностью не объединятся.
Вот почему Гневу потребовалось так много времени, чтобы найти нас. Ему пришлось искать место, которое могло находиться где угодно и когда угодно. Невероятное достижение, что он вообще смог нас найти…
– Ты. – Мой взгляд остановился на моей близняшке. – Ты вызвала демона, который сообщил Гневу о нашем местонахождении. – Я вспомнила записку, которую нашла на столе Гнева. – Жадность. Ты призвала Жадность под предлогом заключения союза. И на всякий случай оставила мне те заклинания призыва. – Надежда расцвела в моей груди. Возможно, моя сестра не так уж и плоха. – Почему?
Виттория схватила мою руку и нежно сжала ее, прежде чем отпустить.
– Потому что одна из нас заслуживает сказочную концовку.
Я обхватила свою близняшку и крепко обняла ее.
– Как-то это не в духе Дома Мести.
Виттория обняла меня в ответ и внезапно рассмеялась, в голосе слышался оттенок грусти.
– Если кому-нибудь расскажешь, я убью твоего первенца. Кроме того, союз с Домом Жадности ради моих целей вряд ли можно назвать таким уж бескорыстным.