Керри Манискалко – Царство Страха (страница 39)

Гнев владел моим ртом с уверенностью партнера, который точно знал, как правильно и основательно соблазнять. Как целоваться с такой страстью, с такой силой, чтобы захватить дыхание. Я была готова поклясться, что он точно знал, как сильно стучало мое сердце и подгибались колени, что я всеми силами жаждала продолжения, потому что он целовал меня все крепче, требуя, чтобы мое тело уступило наслаждению, которое он предлагал, отдалось целиком и полностью, пока он доставлял мне райское наслаждение.

– Я намерен вкусить вас прямо здесь, на стойке, миледи.

Гнев оставлял поцелуи вдоль выреза моего корсажа, медленно стягивая ткань вниз, обнажая верхнюю часть моей груди. Его теплый язык высунулся наружу, дразня мою ноющую плоть, а другая рука скользнула вверх и обхватила мою вторую грудь. Он посасывал и сжимал ее, каждое прикосновение его рта заставляло жар в моем животе опускаться ниже.

Я притянула его рот обратно к своим губам, желая поглотить его. Он прижался ко мне бедрами, а затем коварный принц проглотил мой стон, засунув свой шелковистый язык обратно в мой рот. Одна рука легла на подол моей юбки, его пальцы сжали ткань, когда он медленно потянул подол вверх.

– Ты невероятно прекрасна, Эмилия.

Гнев отстранился, позволив нашим губам соприкоснуться друг с другом, наше дыхание слилось в едва заметном поцелуе, прежде чем он снова сомкнул свои губы на моих. Этот поцелуй исследовал, поглощал. Я возжелала его еще сильнее. Его пальцы, наконец, нашли пульсирующую область между моими ногами, но как только он собирался положить конец моим мучениям, в дверь постучали. Гнев убрал свою руку и прижался своим лбом к моему, выругавшись.

– Я собираюсь убить и покалечить весь свой двор. Весь этот чертов мир, если кто-то снова нас прервет. Надеюсь, ты не будешь возражать против того, чтобы править пустым королевством.

– Может быть, они уйдут, – предложила я, взглянув на брюки Гнева. Святая Богиня, я желала, чтобы это сейчас было во мне.

Он ухмыльнулся и приподнял мой подбородок, проводя большим пальцем по моей нижней губе, пока она не приоткрылась.

– Может быть. – Он снова поцеловал меня, долго и неотрывно. Раздался еще один резкий стук, разлучивший нас. Гнев отступил назад, посмотрел в потолок, и я подумала, что он не особо шутил насчет убийства всего своего двора. – Я от них избавлюсь.

Через мгновение демон оказался на другой стороне кухни и распахнул дверь. Ворвался Похоть и ухмыльнулся, когда увидел мой помятый наряд и внушительную выпуклость Гнева.

– Серьезно? На кухне? – Он хлопнул брата по спине. – Ты еще можешь оказаться в Доме моего греха, похотливый ты хулиган.

Гнев издал глубокий, рокочущий звук раздражения, который показался мне невероятно милым.

– Почему ты явился без приглашения? И почему я не должен тебя заколоть на месте? – прорычал он.

– У тебя вся кровь в член ушла. – Похоть нашел грушу в большой сервировочной чаше и подбросил ее в воздух, прежде чем потереть о лацкан. Он осмотрел натертый фрукт. – Ты пригласил нас в Яму на рассвете. Все в сборе и готовы начать первый бой. Они ждут тебя.

– В Яму? – спросила я, глядя на них. – Это боксерский ринг?

– Легендарный и эксклюзивный. Это лучший бойцовский ринг в Семи Кругах. Этот ублюдок редко приглашает нас даже посмотреть. – Похоть откусил грушу, и его угольно-черные глаза блеснули при моем пытливом взгляде. – Твой муж предоставляет своему двору способ высвободить свой грех по собственному выбору, в то же время давая смертным душам шанс на искупление. Хотя эта часть довольно скучна.

– А скоро бой?

Похоть кивнул.

– От рассвета до заката.

Мысль о том, чтобы пойти куда-нибудь после такой длинной ночи, заставила мои колени подкоситься. Гнев это заметил. Через мгновение он снова оказался рядом со мной, коснувшись своими губами моих.

– Вернусь, как только смогу. Отдохни.

Похоть фыркнул и доел свою грушу.

– Судя по твоему виду, тебе это не помешает.

Мне не удалось уснуть после ухода Гнева и Похоти, поэтому я решила провести небольшое исследование. Об исчезновении Весты ничего не получится узнать до новой встречи с сестрой, поэтому я занялась следующим самым важным пунктом в моем списке дел. Разрушить заклинание-замок.

Благодаря язвительному замечанию Доменико о том, что у моей матери есть дела поважнее, я знала, что ее там не будет, но все равно пошла в башню Селестии. Если у кого-то и были тексты или заметки о заклинаниях, так это у Покровительницы проклятий и ядов.

Должен быть способ снять заклятие, не жертвуя своим сердцем. Я отказывалась верить, что Виттория, вырывающая мне сердце, единственный вариант. Если получится разрушить чары самостоятельно, одной проблемой станет меньше. Меньше людей будет пытаться разлучить нас с Гневом.

– Ты здесь? Селестия? – Я легонько постучала костяшками пальцев по деревянной двери и подождала пару секунд, прежде чем взяться за ручку. Она легко повернулась, дверь распахнулась, и передо мной открылась пустая темная комната. Тусклый свет, приглушенный пасмурным небом и последней зимней бурей, просачивался из окон, расположенных высоко в башне.

Я вошла и взяла несколько свечей и фонарей. Поставила их на стол, заваленный связками трав и корзинами с сушеными растениями, затем оглядела круглое помещение.

Оно выглядело в точности как и в прошлый раз. На каминной полке стоял череп с выгравированными тайными символами, кругом были различные стеклянные сосуды, наполненные предметами, которые постукивали о стенки, статуэтки, травы, специи, сушеные лепестки, жидкости самых разных цветов, котлы и дымящиеся пузырьки неизвестного происхождения. Но я принялась собирать гримуары и книги. Как только у меня набралась приличная стопка, я вытащила одну из деревянных табуреток и села.

У моей матери (очень странно было думать о Селестии таким образом) были подробные заметки о различных средствах. Я пролистала один гримуар, в котором были наброски растений и количество, необходимое для приготовления идеального тоника. Яды и снадобья для любви, от сердечной боли, от расстройства желудка и боли в голове, для проклятия врага бородавками, оспой или плотоядной сыпью.

Я притормозила, чтобы прочитать один рецепт – заклинание забвения.

Святая Богиня. На мгновение я испугалась, что бабушка наложила на нас это заклинание, но мы собирали могильную землю только для того, чтобы благословить наши амулеты. Мы никогда не чистили камень и не спали с ним под подушками. Хотя я помню, как дразнила по этому поводу свою подругу Клаудию: она призналась, что делала что-то подобное, когда ее отверг любимый человек.

Это было одно из самых простых заклинаний. Я листала заметки, в которых постепенно использовалась более сильная магия. У Селестии было лекарство от любой болезни или порчи.

Поистине поразительно, сколько всего она создала. Я неожиданно поняла, что когда мы с Витторией стали «смертными», то унаследовали частички Селестии: как и она, сестра любила возиться с духами и коктейлями, а я обожала готовить на кухне. Отбросив это тревожное осознание в сторону, я вытащила еще один дневник и пролистала похожие записи.

Не было никаких заметок о блокирующих заклинаниях. Никаких волшебных эликсиров, чтобы разобраться с моей проблемой. Я надеялась найти ответы, хотя и понимала, что их здесь нет.

Если бы заклинание-замок можно было так просто снять, оно бы не было особо эффективным. Кроме того, Гнев знал о заклинании и, вероятно, заставил бы Селестию создать средство против него, если она сама не пыталась его сделать. Виттория говорила, что наша мать склонна отвлекаться, но я сомневаюсь, что она будет сидеть сложа руки, позволит ведьмам убить ее дочерей и не попытается нас спасти. В очередном гримуаре я наткнулась на любопытную настойку с ужасным названием «Кровоточащее сердце».

Я провела пальцем по изображению флакона с бледно-лиловой жидкостью, которую покровительница нарисовала на полях, и пульс участился при виде знакомой настойки. У Гнева был целый графин, наполненный похожей жидкостью. Я даже попробовала ее, когда в первый раз проникла в его личную библиотеку.

Не может быть, что это тот же самый напиток, но все же я затаила дыхание. Казалось, я читаю секрет, который он, конечно же, хотел бы сохранить в тайне, но я должна была знать, пил ли он это и почему. Мое внимание привлекло описание – в отличие от заклинания памяти здесь был просто список ингредиентов вместе с их применением. Я прочитала вслух:

Я перечитала написанную от руки записку, ясно изображающую ее единственную цель. Я наверняка ошиблась.

Кровоточащие растения были ядовиты для смертных, но Гнев таковым не был. Я прочитала список ингредиентов, и мой желудок скрутило в узел. Лепестки кровоточащего сердца. Ванильный боб. Капля лавандового масла. Бренди. Апельсиновые корки, высушенные фиолетовым пламенем дракона и выставленные очищаться при полной луне. Почти все вкусы, которые я идентифицировала в этом лавандовом ликере. Тот самый напиток, который Гнев налил себе сегодня вечером. В ночь, наполненную сильными эмоциями.

– Святая Богиня.

Вот почему проклятие не тронуло его снов. Гнев волшебным образом притуплял свои эмоции, не желая опять влюбляться и разрушать наши отношения. Меня охватила странная смесь понимания и ужаса. Я вспомнила ту ночь, когда впервые увидела, как он пил его, – мы только что вернулись от Покровительницы после купания в Отмелях Полумесяца.