Керри Манискалко – Трон секретов (страница 21)
Я была готова поклясться, что он медлил, чтобы еще хоть еще чуть-чуть побыть рядом. На моих губах заиграла легкая улыбка. Меня никогда еще не ловили с поличным, однако я почувствовала едва уловимое мрачное волнение оттого, что за мной наблюдали, хоть и не слишком-то была этим шокирована.
Незнакомец в маске отступил, и часть меня пожалела о том, что наш поцелуй прервался так поспешно. Мне показалось, я потеряла нечто особенное до того, как осознала, насколько оно ценно.
– Очень жаль, леди Л., но мне пора!
Он поколебался, а затем снова подошел и сунул что-то холодное в мою ладонь.
Я посмотрела на ключ в форме семерки. Сердце бешено заколотилось.
– Приходите завтра в полночь, – сказал он. – Я буду ждать вас здесь. Мы просто поговорим, если больше вам ничего от меня нужно. А если вы предпочтете сбежать и найти кого-нибудь еще, я тоже вас пойму.
Я сжала ключ в руке, сосредоточив на нем все внимание.
Он же только что предложил…
Я собиралась поблагодарить, но, когда подняла глаза, моего незнакомца уже не было.
Девять
– Ты солгал!
Зависть проткнул кинжалом кожу на моем горле. Не обращая внимания на лезвие, я дернул подбородком в сторону Похоти. Так я подал ему знак встать в конце переулка и закрыть нас от любопытных глаз.
Похоть стиснул зубы, но исполнил мой безмолвный приказ. Он знал, что Зависть подвергал риску всех нас. Эта часть города кишела шпионами, и темный переулок был идеальным местом, где они могли бы притаиться.
Зависть надавил клинком и еще сильнее прижал меня к стене. Холод проникал сквозь плащ, и от этого ярость внутри меня улеглась. Братец начинал испытывать мое терпение.
– Тебя бы обезглавить на этом самом месте!
– А ты попробуй!
Я оскалился. Струйка золотой крови сочилась из раны, капая мне на воротник.
Воздух между нами бурлил от тлеющей ярости, готовой прорваться наружу.
Часть меня хотела поддаться возрастающему желанию сражаться, чтобы подпитать этим трепетом собственный грех.
Но, как бы заманчиво это ни выглядело, мы были на публике. Я сделал глубокий вдох, затем выдох; облачко пара вырвалось на морозный воздух.
Из ночного квартала мы так и не выбрались, так что, помимо шпионов и осведомителей, рыскавших по улицам, кто угодно мог забрести в этот переулок и обнаружить двух ссорящихся принцев. Такие сплетни любой с радостью продаст желтой газетенке в обмен на увесистый кошелек, набитый монетами.
А если об этой ссоре пронюхают жадные до слухов обозреватели, они примутся копаться в ее возможных причинах. И тогда все усилия, приложенные мною, для того чтобы нападение на наш охотничий отряд осталось в тайне, пропадут даром.
Мне было не так уж сложно выслать братьев за пределы моего круга, но если бы я вернул принцев на их территорию, это бы лишь помешало мне выудить из них нужные сведения.
Потому я вообще и позволил им посетить этим вечером «Семь грехов». Помимо разврата и анонимных встреч, ради которых туда являлось большинство посетителей, в этом клубе процветали азартные игры, причем ставкой могли быть секреты, любые секреты. Именно это и сделал Похоть: он только что выиграл в игре, в которой было принято платить не деньгами, а сведениями.
После его победы я отправил Вэл за осведомителем, который передал моим братьям некоторые данные. О нем я позже позабочусь лично. Казна у меня была практически бездонной, так что ничто не мешало мне заплатить ему за молчание вдвое больше. Я бы дал и втрое, чтобы узнать, с кем имела дело Адриана Сент-Люсент.
В целом этим вечером все прошло хорошо, если бы не Зависть с кинжалом своего дома посреди переулка. Я стал прокручивать в памяти неожиданно приятную ночь, которую провел в ожидании того, как они закончат играть.
Прошло уже много лет с тех пор, как мне в последний раз по-настоящему хотелось оказаться с кем-то в постели.
Даже несмотря на то, что кинжал Зависти раздирал мою плоть, а шпионы могли в любой момент наткнуться на наше дружеское трио, я не мог удержаться от мыслей о столь страстном знакомстве.
Этот поцелуй… Он что-то пробудил во мне, нечто, дремавшее уже очень долго.
Я был просто обязан убить братьев за то, что они помешали этому вечеру стать поистине волнующим. Мне давно казалось, что на меня наложили проклятие, которое никогда больше не даст завести любовницу, но сегодняшний вечер доказал, что подобные предположения ошибочны.
Я был близок к тому, чтобы овладеть леди Льдинкой прямо там, на этой проклятой крыше.
Может, мне стоило вонзить в брата кинжал, а потом вернуться в клуб, и к черту последствия…
Будь у меня другой, более приятный способ питать свой грех, мне не приходилось бы беспокоиться о том, не пропущу ли я следующую охоту и смогу ли утолить жажду приключений.
Леди Л. стала для меня приятным сюрпризом по нескольким причинам. Она мне понравилась, причем безмерно.
Зависть еще сильнее надавил на кинжал, и я вернулся к реальности. В его глазах сверкала с трудом сдерживаемая ярость. Если братец не возьмет себя в руки, порвется мой поводок.
Похоть тихо засвистел, подав знак, что к нам кто-то приближается.
Я оттолкнул кинжал Зависти.
– Захвати его в мой тронный зал, и поскорей!
Я не дал брату возможности ответить, волшебным образом переместившись к себе в замок, где снял пиджак, швырнул его на трон и принялся ждать, когда вслед за мной сюда перенесутся братья.
Казалось, что серебряные драконы, высеченные на престоле, жаждали крови не меньше меня. В их сапфировых глазах отражались языки пламени, которое полыхало в огромном камине на другом конце зала.
Как же мне хотелось рухнуть на подушку из кобальтового бархата и с наслаждением вытянуть ноги… Но вместо этого я повернулся к резным дверям и принялся ждать, положив ладонь на рукоять кинжала.
Раз Зависть так хочет драки, он ее получит.
Через несколько секунд в тронном зале появились братья. Они направлялись ко мне, спрятав оружие. То, что они не напали на меня, а подождали, пока мы не доберемся до моего Дома Греха, свидетельствовало о том, насколько серьезна наша проблема. Если бы ради блага королевства не требовалось сохранить все в тайне, они бы накинулись на меня прямо на улице, и эта потасовка привлекла бы нежелательное внимание.
Мы, Принцы Ада, не славились сдержанностью.
Зависть остановился прямо передо мной, едва не задев мою грудь своей. Я улыбнулся ему: здесь у нас не было свидетелей, о которых стоило бы переживать.
Я выдержал его пристальный взгляд. Напряжение становилось все более ощутимым. Я мог бы за секунду пронзить кинжалом его грудь. Ладонь соприкоснулась с рукоятью кинжала. Дипломатия не была моей сильной стороной. От предвкушения атаки в крови забурлила сила моей магии.
Я вытащил клинок в тот самый момент, когда Похоть подошел к Зависти и оттащил нашего брата назад на несколько шагов, чтобы разрядить обстановку.
– Эй вы, оба! А ну, хватит!
Похоть изучающе посмотрел на каждого из нас. Он ждал, пока не убедился, что мы взяли себя в руки, и только после этого обратил на меня свой гнев.
– Это куда важнее, чем какие-то там секреты дома! – распалялся он. – Из-за нарушения договора пострадает не только твой чертов двор! Вы с Гневом вообще собирались нам об этом рассказать?
Я сжал зубы. Такого ответа для брата было вполне достаточно.
– Черт возьми, Габриэль, – пробормотал он и направился за спиртным, которое я хранил в барной тележке у трона. – О чем вы с Гневом думали? Если придворные в других кругах услышат об этом хоть слово…
– Этому не бывать, – отрезал я. – С этим я разобрался.
Зависть покачал головой.
– Но закопал все недостаточно глубоко, иначе нашим шпионам было бы нечего нам доложить. Как именно вам с Гневом удалось сохранить в тайне то, что он был ранен?
– А с каких пор мы раскрываем секреты своих домов? – спросил я. – Может, тогда ты расскажешь об истинной причине, по которой решил сыграть с Королем Неблагих? Уверен, произошедшее не имеет никакого отношения к твоему двору и досужим сплетням о том, что ты скрываешь от всего проклятого королевства. А ты случайно не находил в последнее время никаких заколдованных предметов, братец? А то, знаешь ли, они вообще-то оказывают влияние на всех нас!