Керри Манискалко – Трон падших (страница 22)

– Верните ее обратно до конца недели, а не то вам придет конец.

Колокольчик над дверью звякнул снова, предупреждая, что они больше не одни.

Дыхание Камиллы замерло в груди. Драгоценные секунды шли, но Вексли так ее и не отпустил. Напротив, его бледные глаза сверкали злобой. Он точно знал, чего она боится, и наслаждался этим.

Наконец Вексли выпрямился. Выражение его лица сменилось с яростного на лениво-безразличное. Он отошел в сторону, притворяясь, что восхищается картиной позади нее.

– Заверните ее и отправьте в Гретна-хаус, мисс Антониус. Все-таки она мне нравится, – продолжал он, пристально глядя на Камиллу. – Эти алые пятна напоминают мне кровь. Такие грубые. Мощные. Знаете, я всегда находил в сломанных предметах некую мрачную привлекательность.

Его способность так быстро менять маски вызывала беспокойство. Раньше Камилла за ним такого не замечала, и это ее встревожило.

– Конечно, милорд.

Она приняла эту уловку, хоть ее улыбка и была натянутой, поскольку напряжение между ними никуда не делось. Наконец Камилла перехватила взгляд посетителя, стоящего у двери: за их беседой увлеченно следил репортер сатирического листка.

– Я могу чем-нибудь помочь вам, сэр? – радушно спросила она.

– Лорд Вексли!

Репортер проигнорировал Камиллу и бросился за Вексли, который быстрым шагом прошел к выходу с таким видом, будто только что вспомнил о гораздо более важной встрече.

– Минутку… правда ли, что вчера вечером Уолтерс сражался с садовой статуей и проиграл?

Вексли остановился и принял беззаботный вид.

– Ну же, Хэвишем. Вы же не думаете, что я так легко выдам вам секреты друзей, не так ли?

Вексли сверкнул своей легендарной ухмылкой, замедлил шаг и неторопливо вышел за дверь, словно не знал никаких забот. Камилла подождала, пока они с Хэвишемом выйдут из галереи, и рухнула на табурет, дрожа всем телом. Она не сомневалась, что Вексли исполнит угрозу. На самом деле Камилле и впрямь показалось, что он готов ее убить. Она ощупала шею. От воспоминания о прикосновении холодной руки Вексли Камиллу пробрала дрожь. Она знала, что Вексли разозлится, если ей удастся украсть подделку, но не предполагала, что он готов будет физически применить силу.

Раньше он не был жестоким. Она ни разу не слышала, чтобы Вексли ввязывался в драки. Ему удалось убедить всех, что он просто пьяница и милый негодяй.

Но что она на самом деле о нем знала?

Никто из респектабельных особ не посещал темный рынок чаще него. Магия струилась по улочкам Сильверторн-лейн. Она высасывала жизнь и эмоции смертных, которые сюда забредали. Камилла знала об этом не понаслышке: после того, что произошло с ее отцом, она понимала, насколько опасно это место. Когда-то отец туда зачастил, и их жизнь изменилась навсегда.

Поначалу, когда Пьеру стало хуже, туда отправилась и Камилла, наплевав на последствия. Раз отец заболел именно там, она решила, что там же найдет для него лекарство. Она тоже почувствовала силу и притяжение тех мест.

После смерти отца она ездила туда всего дважды.

В первый раз она встретила там Волка, легендарного охотника, который одурманил ее мечтами о жизни за пределами Уэйверли-Грин.

Во второй раз Камилла приехала, чтобы порвать с ним и убедиться, что он сохранит в тайне их единственную ночь. Камилла хотела остаться в Уэйверли-Грин, так что никому не стоило знать, как в приступе отчаяния она напрочь забыла о репутации. Ведь в горе утраты ей хотелось почувствовать, что она все еще жива.

Волк ушел, пообещав сохранить тайну, но когда-нибудь обязательно вернуться.

Она до сих пор молилась, чтобы этого не произошло. Вексли и Синтон создали ей достаточно проблем.

И, кстати… Какой же она была дурой, когда решила, что Синтон не стал ее больше расспрашивать, потому что решил оставить историю с поддельной картиной в покое. В чем Камилла соглашалась с Вексли, так это в том, что Синтон каким-то образом пробрался обратно в Гретна-хаус.

Камилла была бы проклята, если бы позволила еще хоть одному мужчине получить над нею власть.

Если Вексли действительно собирался ее погубить, по крайней мере, она получит удовольствие от того, что собственными руками уничтожит злосчастную подделку.

Разъяренная Камилла повесила на дверь табличку, чтобы предупредить посетителей, что галерея закрылась на весь день, а затем пошла искать экипаж.

Ей внезапно понадобилось посетить Хэмлок-холл.

Выйдя на мощеную улицу, она почувствовала, что кто-то ее преследует. Она обернулась и заметила мужчину, стоящего у стены здания через дорогу. Его лицо было скрыто шляпой, низко надвинутой на лоб, а фигуру было не различить под черным плащом.

На нем были кожаные перчатки, которые ей о чем-то напомнили.

Камилла ждала, пока он отойдет от здания и скроется, но он этого не сделал. Он молча стоял на том же месте и напоминал дурное предчувствие во плоти.

Вексли не стал бы нанимать кого-нибудь, чтобы следить за ней, правда?

Скорее нет, чем да.

Камилла сглотнула и поспешила в конец улицы, чтобы поймать экипаж. Когда она забралась внутрь и выглянула в окно, мужчины уже не было.

Тринадцать

Зависть запрокинул голову, размышляя о подделке, которую выкрал. Послеполуденный солнечный свет косо падал в окно и золотил пылинки, поднявшиеся от его шагов.

Большую часть дня он провел, любуясь впечатляющей картиной. Зависть был весьма доволен собой и тем, что вытащил ее прямо у храпящего Вексли из-под носа.

Это был не мужчина, а позорище. Он спал на животе с голой прыщавой задницей напоказ и выпускал газы, столь же отвратительные, как и его манеры.

Первобытная сторона Зависти искушала его повесить подделку в прихожей, пригласить Вексли выпить и пометить территорию вокруг работы Камиллы, пока игра не продолжилась.

Однако Зависть все же взял себя в руки и вспомнил, что для победы в войне необходима стратегия.

А это, конечно же, была война. Вчера вечером провалилась вторая попытка добиться помощи от Камиллы. У Зависти оставалась лишь одна возможность до того, как его дисквалифицируют. И, хотя правила относительно любой неустойки определялись не так уж и четко, суровая правда, перед которой оказался его двор, была совсем иной.

Зависть должен был победить.

Он пытался не терять оптимизма, но дела шли так себе. Он не мог использовать магию, чтобы повлиять на Камиллу, а его собственное обаяние не подействовало. Ответом на прямой вопрос стал сокрушительный провал.

– Проклятье!

Зависть провел рукой по волосам и снова взглянул на картину.

От отчаяния становишься беспокойным и равнодушным. Зависти нужно было сосредоточиться. Поддельная картина стала для него козырной картой, которую можно было использовать в переговорах с Камиллой. Он видел, как сильно ей хотелось заполучить ее. Так что когда Камилла пыталась сорвать подделку со стены, Зависть использовал немного магии, чтобы она приклеилась намертво. Прибрать подделку к рукам стало его запасным планом, козырем в рукаве. А поскольку это не было прямым использованием магии на человеке, ни одно из правил Леннокса не было нарушено.

Теперь, когда подделка была у него, Зависть попытался понять, о чем еще ему стоит подумать.

Подготовка к балу шла полным ходом, так как он должен был состояться уже через два дня.

Поместье полностью восстановили в его былом великолепии и даже больше. Темное дерево блестело после свежей полировки, а обновленные бархатные шторы выглядели дорого и пышно. Картины, привезенные из настоящей коллекции Зависти, были со вкусом выставлены по всему поместью. А еще он научил прислугу готовить его любимый напиток – «Темный и греховный». Этот декадентский коктейль, который он придумал однажды вечером, состоял из пюре ежевики, сиропа из коричневого сахара, бурбона, апельсиновой цедры и небольшого количества шампанского.

Сперва над названием посмеивались, но у тех, кто попробовал этот напиток, никаких замечаний больше не было.

Теперь Зависть мог полностью сосредоточиться на третьей попытке. Его шпионы не выяснили о Камилле ничего важного – только то, что он и так уже знал. Хотя его подозрения о секретном туннеле, проложенном ее отцом, подтвердились. Проход был проложен точно поверх границы между царств, по невидимой магической линии, которая открывала вход в другие миры. Немногие знали об этих линиях, а использовали их и того меньше. Особенно здесь, в мире людей.

Судя по всему, в настоящее время ту линию в туннеле не использовали. Зависть не увидел ни рун, ни скважины для ключа от портала. Хотя это вовсе не значило, что Пьер где-нибудь все это не спрятал. Но даже если так, Зависть сомневался, что смог бы открыть портал.

Насколько ему было известно, ключами от портала могли одарить только две расы: фейри – прежде всего члены королевской семьи Невидимых, которые правили темным двором, – или очень могущественные оборотни, такие, как вервольфы.

Чтобы не проводить остаток дня в нарастающей досаде, возможно, Зависти стоит нанести визит на пресловутый черный рынок. По крайней мере, там ему удастся выяснить побольше о том, чем занимался Вексли. Он был убежден, что этот человек тоже участвует в игре. Но после его вчерашнего выступления Зависть надеялся, что Вексли не был его соперником. Это стало бы огромным разочарованием. И все же будет полезно узнать, кто еще в Уэйверли-Грин посвящен в тайну границ между мирами.